Здравый смысл победил, хотя на фоне событий последних лет это выглядит удивительно, особенно, если учесть, что законодатели мод, англосаксы, дважды облажались и пока не придумали, что же делать с их лажей. Если Макрон еще и выполнит то, что обещает (против чего на следующий день бодро вышли протестовать французские профсоюзы, не желающие, чтобы французов таки заставили работать, немного встряхнув толпу лентяев), то Франция может стать в один ряд с Германией, давно проведшей реформу трудового законодательства и как результат, не знающая, куда девать излишек налоговых поступлений (54 млрд евро, сущая мелочь) и торговый профицит. С другой стороны, победа Макрона уже была в цене, рынки пребывают на исторических максимумах или недалеко от них.

Утро пятницы индекс S&P500 откроет на уровне 2392 пункта. Индексы лишь слегка отбились от потолка на фоне слабеньких данных американских ритейлеров, но волатильность остается на рекордно низких отметках. То ли предрекая будущий обвал, поскольку все расслабились и перестали замечать риски, то ли обещая такое же скучное лето, как замороженный май 2017 года. Выбор как всегда, 50 на 50. И пока мало кто рискует ставить на обвал уже этим летом. Что, впрочем, не мешает дальше падать ценам на руду. Очередной привет украинской гривне, которая почувствует изменения через 2-3 месяца.

Украинские еврооблигации были в таком же замороженном состоянии, что и весь рынок. Без резких движений и красивых ходов. Но даже в такой ситуации цены на наши бумаги слегка подросли, движимые продолжающимся притоком средств на развивающиеся рынки. Благо, конкурировать с Украиной на поле доходности также трудно, как играть с Ювентусом на его поле. Хотя в ближайшее время у Украины может появиться конкурент. В Венесуэле все жарче и жарче, а значит, не ровен час, тамошнего полудурка удастся сковырнуть. А если на его место придут адекватные люди, то лучший потенциал роста в мире будет как раз в округе Каракаса. Правда, для начала нужно сформировать правительство, позвать МВФ, провести реформы, но в офисах крупнейших инвестиционных банков уже наверняка заготовлены репорты на этот счет, где процент апсайда по активам в Венесуэле равен примерно текущей инфляции в стране победившего популизма.

На отечественных полях все тихо. На самих полях кое-где правда лежит снег, по крайней мере, лежал то короткое время, достаточное, чтобы сделать фото, пугая перспективами урожая неокрепшие умы, привыкшие к глобальному потеплению. На футбольных полях тоже по привычке еще бегают какие-то люди, но они с трудом понимают, кто они и что здесь делают. На экономических – продолжает править бал гривня. Национальная валюта укрепляется, заставляя журналистов вызывать в студии уже астрологов, прогнозирующих движение валют по движению планет и бодро находящих причины роста во взаимодействии Марса и Юпитера.

Гривня сделала еще один маленький шажок вниз, позволивший Нацбанку купить 70 с хвостиком миллионов долларов. В то же время, черный рынок перестал бежать. Видимо, кэш аграриев подходит к концу, а значит, и благотворное влияние Марса и Юпитера тоже заканчивается. Отдельные финансовые извращенцы указывают на связь отставки главы НБУ и укрепления гривни, но где они были год назад, когда гривня укреплялась, а с идеей отставки Гонтаревой бегал лишь один бывший олигарх, по ночам печатавший злобный пасквиль на главу регулятора, которому в будущему предстояло украсить мусорные урны в Мировом Банке, МВФ, ЕБРР и еще многих уважаемых организациях.

Украинский рынок акций вышел из майских праздников в плохом настроении. Может, тоже замерзли на огородах. А может, не нашли билетов на Евровидение. Так или иначе, ненадолго вернувшись в офисы, решили продавать. В результате, индекс УБ снова оказался ниже отметке в 1000 пунктов. Не то, чтобы этот уровень был сакральным (для украинского рынка акций в принципе давно нет ничего святого), но указывает на настроение. На рынке облигаций же не было вообще никаких новостей. Можно было бы сказать, правда, что нет рынка, а значит, и новостей. Но это было бы несправедливо и означало бы, что рынок акций больше есть, чем рынок облигаций. А учитывая его объемы это крайне несправедливо.