В 2016 году мы перешли от падения к небольшому росту. Теперь наша цель – удвоить ВВП в течение ближайших 5-6 лет. Об этом на страницах НВ пишет экономист, директор Института экономических исследований и политических консультаций Игорь Бураковский.

В 2016 году, по мнению эксперта, было сделано немало шагов в правильном для страны направлении – как в политическом, так и в экономическом плане.

«Национальный банк начал переход к инфляционному таргетированию, то есть, к новой модели монетарной политики. Решение приняли раньше, но в этом году утвердили соответствующая дорожная карта. Свершилось то, чего мы ждали очень долго.

Второе важное событие года – национализация ПриватБанка. Я ее оцениваю двойственно. В случае с ПриватБанком мы столкнулись с теми же проблемами, что и наши партнеры из Европейского Союза в ходе предыдущих финансовых кризисов. Речь идет о надзоре над большими финансовыми институтами, чтобы их падение не повлекло катастрофических последствий для экономики страны в целом. Но если во всем мире после таких событий делают соответствующие выводы, усиливают или повышают эффективность надзора, то мы таких выводов пока не сделали. Только спасаем ПриватБанк», - отмечает аналитик.

По словам специалиста, очень важно, что, несмотря на все проблемы, страна в 2016 году фактически отказалась от закупок российского газа. Это говорит о том, что наша зависимость от российского газа не такая однозначная, как многим казалось.

«Еще одним позитивом является достижение макроэкономической стабильности, что частично является заслугой Кабмина и Нацбанка, а также проводимой ими политики – при всех критических замечаниях к ним. Мы показали тот результат, который могли показать. Экономический рост на уровне 1,5% ВВП по результатам 2016 года говорит о том, что мы перешли в другой тренд. Перешли от падения к некому росту. Но чтобы почувствовать реальные изменения, рост должен быть более существенным и более длительным. Если мы хотим, например, в течение ближайших 5-6 лет удвоить наш ВВП, то средний темп роста экономики должен составлять примерно 14% в год», - констатирует экономист.

Кроме того, добавляет Бураковский, мы получили третий транш финансовой помощи от МВФ.

«Украина давно страдала так называемым «проклятием третьего транша». Нам ни разу не удалось зайти дальше второго транша. Тем не менее, на этот раз все получилось, и теперь задача состоит в том, чтобы дойти до четвертого транша. Это будет наш рекорд. Впрочем, страна оказалась неготовой эффективно использовать те финансовые средства, которые предоставляются международными донорами и кредиторами. Это и различного рода кредиты международных организаций, и грантовая помощь, и проектно-техническая помощь и много другое. Мы просим предоставить нам большую помощь, указывая на страны, которым международные доноры передали более существенные суммы денег. Но не можем при этом создать некую систему, позволяющую использовать предоставленные средства эффективно, исходя из фундаментальных потребностей страны», - говорит собеседник издания.

Из негативных событий эксперт выделяет провал приватизации Одесского припортового завода.

«Можно долго говорить, почему так произошло, но ключевая проблема заключается в том, что процедуры приватизации не отработаны до такой меры, чтобы заинтересовать реальных, добросовестных инвесторов. Мы можем долго говорить о своих успехах, но бизнес, готовый вкладывать в Украину деньги, этими сдвигами не удовлетворен. Рынок вынес свой приговор, и он является очень жестким», - пишет аналитик.

«Кроме того, в 2016 году мы наблюдали традиционное формирование бюджета. Его приняли относительно вовремя, но все равно не ушли от политического торга. Если бы не было соответствующих политических договоренностей, бюджет вряд ли бы приняли. То есть, фундаментальное лоббирование у нас подменяется политическими договоренностями со всеми вытекающими из этого последствиями. Кроме того, мы до сих пор принимаем бюджет в годовом измерении, никак не можем перейти на среднесрочное планирование. Отсутствие среднесрочного бюджетного планирования говорит о том, что по многим направлениям стратегического реформирования у нас нет среднесрочного и долгосрочного видения и приоритетов. Мы не можем их заложить в бюджет. Годовой бюджет решает только узкие, технические задачи. Он не может быть ни бюджетом развития, ни бюджетом решения каких-то стратегических задач», - отмечает эксперт.

«Наконец, очень важно, чтобы и страна, и политики прошли определенный этап отрезвления. Есть высокие ожидания со стороны общества, многое можно сделать, но те фундаментальные изменения, на которые мы надеемся, могут быть лишь плодом очень сложной, длительной и даже неблагодарной работы. Чудес в экономике не бывает. Поэтому не стоит ожидать решения всех наших проблем в течение 2-3 лет. Даже при самом благоприятном стечении внутренних и внешних обстоятельств», - резюмирует Игорь Бураковский.