14 октября гостем редакции интернет-издания Новости Украины – From-UA был руководитель Бюро комплексного анализа и прогнозирования Сергей Дяченко, с которым мы говорили о том, сможет ли Украина договориться с Россией по газу и на каких условиях, какие альтернативные источники энергии и топлива стоит развивать Украине в долгосрочной перспективе, а также о том, как украинцам согреться этой зимой.

Александр: - Добрый день, Сергей! Саудовская Аравия неожиданно снизила цену на свою нефть и дала понять, что готова к еще большему снижению. Что это? Обдуманный удар по Кремлю или же результат переизбытка нефти на рынке?

Как удешевление нефти может повлиять на цены на голубое топливо в Восточной Европе, в частности в споре меду Киевом и Москвой? Спасибо.

Сергей Дяченко: - У тренда, который связан с серьезным изменением цены на нефть, по разным причинам причинно-наследственные механизмы достаточно сложные. Это связано не только с мотивационным поведением на рынке Саудовской Аравии. Там сложилась ситуация, когда действительно на сегодняшний день предложения превышают спрос. Несколько игроков начали выходить с существенными объемами с пониженными ценами, и это не только Саудовская Аравия. Примерно так же себя ведут сейчас Ливия и Исламская Республика, которая в результате захвата территории получила доступ к определенным ресурсам, и сейчас она их продает по очень низким ценам.

Есть еще несколько факторов, связанных с уходом серьезных финансовых игроков – инвестиционных компаний с нефтяных бирж. Говоря проще – это были спекулянты, которые играли на нефтяных биржах и, соответственно, играли на существенное повышение. Есть факт ухода нескольких серьезных финансовых структур в другие сферы, в частности, в возобновляемую энергетику. Это тоже существенный фактор, который играет на понижение цены на нефть. Плюс ограниченный спрос. Т.е. того экономического роста, который предусматривался на этот период в Европе (мы говорим об основных потребителях нефти), не случилось и прогнозы не оправдались. Соответственно, эти факторы играют на понижение цен.

Насколько будет понижение - нет единогласия со стороны экспертного сообщества, но основные прогнозы – около 70-80 долларов. 70 долларов – это цена на нефть, которая сохраняет экономическую целесообразность добычи основных добывающих структур, в т.ч. сланцевой нефти. То, что ниже уходит под 50 долларов – часть месторождений, в т.ч. и сланцевых, станет не рентабельным. Кроме этого, мы ожидаем падения цены на газ, потому что ценообразование на основных газовых рынках так или иначе привязано к цене на нефть и нефтепродукты. Соответственно, резкое падение цены на нефть будет сопровождаться резким падением цены на газ. Я думаю, что даже примерно в таких же пропорциях будут ценовые показатели. Возникнут вопросы с проектами в Соединенных Штатах, связанными с добычей сланцевого газа, а вне Соединенных Штатов возникнут вопросы, связанные с проектами с нетрадиционной добычей. Если это будет долгосрочный проект на понижение цен на нефть, следует ожидать, что в странах начнется пересмотр корзин потребляемых структур энергоресурсов.

Естественно, что газ сам по себе начнет дешеветь по той структуре ценообразования, которая сейчас существует в Европе. Этот фактор нужно учитывать на переговорах, однако прямо сейчас его использовать будет сложно. Факт тот, что Россия попадает во все более сложную экономическую ситуацию. Это происходит прямо на глазах: рубль обрушается, вчера-сегодня в новостях звучала цифра, что при цене 90 долларов за баррель у России будет дополнительный дефицит бюджета вследствие падения цены на нефть в 12,5 млрд. долларов по курсу 1:40. Если продолжится падение – это 500 млрд. рублей по курсу 1:40. А падение продолжается прямо на глазах, ситуация будет ухудшаться. Позиция россиян в этих сложных переговорах по урегулированию кризиса, который возник вследствие агрессии в Украине, будет ослабевать. Я думаю, что это очевидные вещи, и чем дальше этот процесс будет идти, тем легче Украине будет на переговорах отстаивать свои позиции при поддержке союзников на сегодняшний день. Но нельзя сказать, что это автоматом решит все наши проблемы.

Дмитрий: - Вот все сейчас кинулись менять газовые котлы на твердотопливные. А если Киев раз - и договорится о приемлемой цене на газ, то что, опять ставить газовые?

Сергей Дяченко: - Есть нюанс: газ, который потребляет население – это не российский газ. Население потребляет газ собственной добычи. Если брать объемы добычи с Крымом (будем считать, что Крым – наш), то, что потребляет население – добывает Черноморка и Укргазвидобування – это цена примерно 17 млрд. кубических метров, плюс еще примерно 1 млрд. кубов добывает Укрнафта, из них мы палим 5 миллиардов на конфорках, газовых колонках, а 20 млрд. кубических метров используется в частных системах отопления, проще говоря, в селах и в частных домах, у кого собственные газовые котлы.

Какая первоочередная проблема может возникнуть у пользователей таких отопительных систем в этот отопительный сезон? Это пониженное давление газа. Дело в том, что эти котлы работают до определенного давления – дальше начинаются проблемы. Поэтому твердотопливные котлы – сильно сказано. У селян это в основном грубки, которые у многих сохранились, а у кого не сохранились, сейчас восстанавливают. Твердотопливные котлы ставят более состоятельные люди.

Допустим, мы вдруг договорились с Россией – но тренд на повышение цены на газ сохранится вне зависимости от того, восстановим ли мы покупку газа с Россией или нет. Поэтому в долгосрочной перспективе смена котла – это вещь правильная. Другой вопрос, что можно сохранить и газовый, и твердотопливный в параллельной работе и использовать рационально и тот, и тот.

Также нужно помнить о том, что ценообразование использует барьеры: тот, кто превышает определенный объем потребления газа, начинает платить больше. В таких ситуациях можно использовать газовый котел до определенного объема, а потом подключать твердотопливный и таким образом более рационально использовать энергоресурсы. Я бы так и сделал. Есть варианты, когда у людей не хватает места.

Но то, что будет расти цена на газ до экономически обоснованной, независимо от того, будет решаться сейчас проблема с Российской Федерацией или нет и каким образом, это однозначно. Поэтому пользователям газовых котлов это надо иметь в виду. И зимой, если человек хочет более уверенно себя чувствовать, очень желательно иметь альтернативный источник тепла, кроме газового котла.

Если россияне договорятся поставить нам 5 млрд. кубических метров газа, все равно могут возникнуть проблемы. Мы помним 2005-й, 2009-й годы. Россия сейчас решает геополитические задачи, ее поведение может меняться, и оно трудно прогнозируемое. Страховка нужна в любом случае на эту зиму.

Все зависит от того, где мы живем. Если мы живем в многоквартирном доме, из нормальных вариантов только один – электроотопительные приборы. Не будем говорить о буржуйском источнике тепла, в многоквартирных домах отопительные системы ставить запрещается. Скорее всего, понадобится масляный радиатор, и для того, чтобы его нормально использовать, необходимо проверить внутреннюю домовую сеть, чтобы ее не перегреть и не спалить. Очень советую хотя бы к одной розетке, куда вы будете включать калорифер, провести медную проводку. Проверить можно таким образом: включить калорифер, и через некоторое время проверить, греется розетка или нет. При перегрузке розетка очень быстро начнет плавиться, можно почувствовать по запаху. Лучше так не экспериментировать, а провести медную проводку или сделать новую розетку, куда вы будете включать калорифер, чтобы быть уверенным, что все в порядке. Мощность счетчика должна быть соответствующая, потому что если вы включите калорифер, вы, как минимум, «скушаете» треть мощности счетчика. Калорифер, как минимум, «съедает» 2,5 кВт мощности, а стандартные счетчики сейчас рассчитаны до 6 кВт. А два калорифера практически съедят мощность вашего счетчика.

Я, например, собираюсь себе ставить многозонный – на 10 кВт, плюс ночью платить дешевле. Совет – в многоквартирных домах в часы пик такие приборы лучше не включать, прогревать дом лучше ночью, и тогда с электроэнергией проблем не будет вообще. Также настоятельно рекомендую провести ревизию своей квартирной энергосистемы, чтобы посмотреть, что вы себе можете позволить.

Если говорить об альтернативных источниках, есть варианты тепловых насосов, цена его от 4-6 тыс. долларов на дом 120 квадратов, но зато у вас потом не будет болеть голова. Это достаточно дорогой источник, и он требует хорошего утепления, потому что в плохо утепленных домах он экономически нецелесообразен.

Евгений: - Насколько критичным является вопрос с углем? Какой, на ваш взгляд, самый оптимальный вариант для поставок топлива, когда мы практически потеряли донбасские шахты? И как вы оцениваете вероятность экспорта из Польши, на который намекнула сама Варшава?

Сергей Дяченко: - Дело в том, что мы закупаем уголь из непонятных источников. Есть предположение, что мы его закупаем у Беларуси, хотя, с другой стороны, у нее нет достаточного объема угля, чтобы поставлять его в Украину. Сейчас с этим достаточно сложно.

Тот уголь, который вывезли (думаю, что слышали о том, что из донецких и луганских шахт уголь вывозился в Россию), России не нужен. Там практически вся энергетика на газу. Те шахты, которые в Донецкой, Луганской области, с похожей экономикой в Ростовской области практически закрыты. Вполне возможно, когда говорят об импорте российского угля, речь идет об угле именно с этих шахт.

В 2000-м году я работал в Минтопэнерго начальником информационно-аналитического управления. В то время к середине лета большая часть министерства занималась вопросами подготовки к зиме – контролировались закупки угля и т.д. Тогда топливная проблема была очень актуальна в связи с плохим финансово-экономическим положением генерации. Просто не было достаточного количества денег, чтобы закупить необходимое топливо. В тот период считалось нормальным, если на начало отопительного периода на складах было 2 млн. тонн угля и 15-16 млрд. кубических метров в хранилищах. Примерно так и сейчас.

В последнее время 4-5 млн. тонн – это уже позволяло с абсолютной уверенностью смотреть в отопительный сезон при условии, если проходит нормальное снабжение электростанций и генераторов тепла углем и газом. Если бы решился вопрос с Россией по поводу 5 млрд. кубов угля, думаю, вопрос был бы полностью закрыт. При холодной зиме этого, конечно, недостаточно, ведь газ – это вопрос комфортной температуры в домах, а вот в электроэнергии при дефиците могут быть отключения, хотя сейчас говорят о том, что их, возможно, и не будет. Думаю, что импортом компенсируется то, что мы не дополучили с наших шахт на востоке, и таким образом вопрос будет урегулирован.

Что касается перспективы, мы сейчас получаем негатив от того, что в свое время не диверсифицировали географию добычи угля. Очень много внимания уделялось восточному региону и мало внимания развитию угледобычи во Львовско-Волынском бассейне. Там добывается 3 млн. тонн, а мы потребляем больше 30-ти, соответственно, решить это быстро не получится, но там есть перспективы, и стратегически надо смотреть, сколько мы там можем добыть.

Кроме этого, на перспективу – если раньше во всех стратегиях уголь считался основой энергетической безопасности, т.е. свое топливо и то, что мы практически 30% электроэнергии производили на этом топливе (и это гарантировало нам энергетическую безопасность), то сейчас мы видим, что это далеко не так.  

На перспективу я бы все-таки сделал упор на ядерную энергетику, поскольку у нас урана более чем достаточно. Единственное, при этом нужно решить несколько вопросов: первое – нужно диверсифицировать ядерные технологии, у нас сейчас монополия российского дизайна на ядерные реакторы. Я бы увеличил объем атомной энергетики, тогда в балансе встанет вопрос о регулировании энергосистемы. Есть реакторы, например, французские, у них в балансе 70% атомной энергетики.

Второе – необходимо решить вопросы регуляторной функции, потому что уже такой объем ядерной энергетики за 50% будет регулировать нормально, тем более, что у нас маневровыми мощностями обеспечены в основном угольные электростанции. Сейчас видим, что с этим проблемы. Дело в том, что мы используем в качестве маневровых мощностей часто угольные электростанции, которые проектировались для работы в базовых режимах, это реакторы мощностью в 300 мегаватт. Соответственно, непроектное использование ускорило износ, и мы имеем более 80% физического износа оборудования на этих электростанциях. Это тоже вещь не из приятных.

Для того чтобы нормально регулировать энергосистему, необходимо развивать потребители, регуляторы – это производители тепла на основе электроэнергии. Предполагается, что они будут на ночной атомной электростанции производить тепло, накапливать и потом в течение суток выдавать. Это очень удобно.

Во-первых, это очень дешевая электроэнергия, потому что у атомщиков большая проблема: что делать ночью с электроэнергией. Второе – да не бросят в меня камень экологи – это гидроаккумулирующие электростанции. Их очень не любят экологи, потому что это связано с созданием водоемов. Если брать во внимание пользу, которую они приносят, с моей точки зрения, это вещи несравнимые.

Мы должны помнить, что возобновляемые источники энергии – это не только солнце-ветер, которые в больших объемах очень тяжело регулировать, а это еще и тепловые насосы, и малые гидроэлектростанции, которые очень важны для Украины. В 1952-м году у нас было больше 700 малых гидроэлектростанций – это была основа украинской энергетики. Потом в 60-е годы началось массовое строительство тепловых, в 80-х – атомных, но про них забыли. Это дало бы возможность Украине выполнить наши обязательства перед европейским сообществом по развитию энергетики возобновляемых источников. Это дешевая энергия, поэтому эти моменты надо учитывать в стратегическом плане.

Новости Украины – From-UA: - Сергей, а что Вы скажете о таких альтернативных источниках топлива, как мазут и мусор? Есть ли смысл их развивать в Украине?

Сергей Дяченко: - Как резервное топливо, мазут не надо развивать. Все генераторы, которые работают на газу, они как раз сейчас имеют возможность прямо использовать мазут. Но он будет дороже на 15% от газа в паритете нынешним ценам. Это как вариант прохождения осенне-зимнего периода. Будет чуть дороже, но зато это будет тепло.

Я думаю, что найдется много людей, которые заплатят на 15% больше, чтобы в доме было тепло. Я к ним отношусь. Мусор, биотопливо и т.д. – это все очень хорошо, но там ограниченный объем топлива. Биотопливо, биогаз – это очень хорошее, и самое интересное, в отличие от солнца и ветра, в разы дешевле, чем от традиционных источников, но развитие тормозит именно ограниченность ресурсов. С соломой селяне знают, что делать, и они очень противятся, чтобы ее сжигали. Щелок, который получается в качестве отходов деревообрабатывающих комбинатов, можно сжигать, но у него достаточно ограниченный ресурс. Это надо использовать, но надо иметь в виду, что везде понемногу – очень правильный и здравый подход. В результате биотопливо накапливается и позволяет уже выйти на какие-то достаточно серьезные цифры. Но пока нет возобновляемого источника, чтобы одним моментом решить все проблемы.

Инна: - 1. Если потребителям хватает газа внутренней добычи, как давно уже уверило всех не одно правительство, почему тогда дорожает газ для населения и квартплата соответственно?

2. Много ли добывалось газа в Крыму? Есть ли вероятность, что Украина компенсирует эти потери?

Сергей Дяченко: - Есть экономически обоснованный орган, который позволяет нормально развивать газодобычу. Т.е. на сегодняшний день цена на газ собственной добычи позволяет покрывать операционные расходы добывающих компаний, но не позволяет покрывать капитальные затраты. Они могут финансировать поисковые работы и, соответственно, обустраивать новые скважины. Есть еще рента, т.е. государство на добыче может еще хорошо зарабатывать.

Есть еще макроэкономический вопрос – наличие нескольких цен на газ, а это именно так: есть цена на газ для населения и цена на газ для промышленности, есть цена на технологический газ, а она ведет к колоссальным злоупотреблениям. Люди, которые имеют доступ к формированию балансов, дают информацию о том, сколько добыто и поступило, у них есть соблазн занизить объемы собственной добычи и соответствующие объемы продать промышленности уже по ценам, как российский газ, что, в принципе, и происходит.

Как правило, злоупотребление связано с завышением потребления газа населением, применяются разные хитрые схемы, завышают нормы потребления, ведь далеко не все имеют счетчики газа. По разным оценкам, по стране ежегодно гуляло от 1 до 3 миллиардов контрафактного газа, который таким образом теряется в угле собственной добычи. Там наведение порядка может очень быстро дать серьезные результаты – где-то 800 тысяч тонн нефти. Это напрямую связано с реформированием таких структур, как облгазы, что касается газа, и облэнерго, что касается электроэнергии. Там тоже серьезные злоупотребления, связанные с объемом и двумя ценами. Там, где две цены, там колоссальные злоупотребления.

По второму вопросу: где-то 1,5 млрд. добывалось и 2 млрд. потреблялось. Крым был на нулевом балансе по газу. А сейчас после введения в эксплуатацию вышек Бойко, добывается 2 млрд. и ожидается увеличение еще на 0,5 млрд. В Крыму будет от 0,5-1 млрд. излишек газа, благодаря нам. Сделали подарок Черному морю.

Там есть несколько спорных вышек, которые находятся сейчас на территории Украины: знаменитая вышка в Херсонской области, которая сейчас оккупирована российскими военными, и нам еще предстоит решать проблему Крыма и нахождения российских военных на нашей территории. Планируется судиться, но прецедентов, насколько мне известно, не было, и поэтому все это будет достаточно сложно и долго.

Ольга, Киев: - Cергей, Европа уже давно поговаривает о переходе альтернативными источники энергии. Каковы перспективы ЕС в данном вопросе? Что мешает Украине взять пример с Европы?

Сергей Дяченко: - Можно развивать все там, где это целесообразно. Я не противник полностью ветра-солнца, только считаю, что там есть ограничение по целесообразности использования. Солнечную энергетику надо развивать там, где переизбыток солнца. Сейчас Крым мы не можем использовать, но у нас есть еще южные территории, о которых не стоит забывать.

Я в 2002-м году прошел стажировку в Южной Корее именно по возобновляемой энергетике. Мне показывали рыболовецкие острова в Республике Корея, которые полностью обтыканы ветряками. Там нет такого, чтобы не было ветра. Туда не поступает энергия, но они 100% обеспечиваются энергией ветровых электростанций. Это правильно.

Но ставить вопрос о том, что мы 15% обеспечим в балансе ветряками – абсолютно неверно. Расчеты показывают, если мы поставим такую задачу на базе ветряной-солнечной энергетики, мы получим к 2030 году увеличение цены на электроэнергию в 1,5-2 раза. Потому что это дорогой источник, если он расположен нерационально. А в таких объемах ветряки разместить рационально невозможно. Я общался со своими коллегами из Центральной Европы, которые начинали с энтузиазмом развивать "солнце-ветер", так они рассказали, что население сначала начало с энтузиазмом потреблять, а потом энтузиазм прошел, и они начали искать что-нибудь подешевле.

Допустим, словаки очень быстро пришли к пониманию того, что возобновляемые источники - это не только солнце-ветер (а у них структура производства похожа на нашу), а и атомные электростанции. Украине очень важно понимать, что возобновляемые источники – это не только солнце-ветер. Биогаз – это великолепнейший источник энергии, как сопутствующий большим сельхозпроектам. Например, ставим большую свиноферму и на отходах производства организуем производство биокала. Хватает, чтобы обеспечить теплом свиноферму и еще близлежащие поселки. Все надо развивать рационально – это самый правильный путь для Украины.

Новости Украины – From-UA: - В Польше, например, при установление солнечного оборудования государство покрывает 45% затрат. Как Вы думаете, такое возможно в Украине и должно ли государство помогать людям переходить на альтернативный источник энергии?

Сергей Дяченко: - В Украине это возможно на 100%. Известны случаи, когда были потрачены практически все средства Фонда развития инновационных технологий на подключение солнечных электростанций структур господина Клюева. После этого был большой скандал. В принципе, подключение – достаточно сложный вопрос, особенно если речь идет об аутсорсинговых электростанциях, тех, что строятся в море. С этим сталкиваются все. Надо правильно подходить и там, где это экономически целесообразно, и государство должно помогать. А если речь идет о том, что люди хотят прилепить где-то ветряк или солнечную батарею, покушать зеленый тариф, тут извините.

Новости Украины – From-UA: - Вопрос касается добычи сланцевого газа на Украине, он перспективный на сегодняшний день?

Сергей Дяченко: - Да, очень. У нас два поля – на Западной Украине и на востоке – Луганская, Донецкая и Харьковская области. Мы говорили, что сейчас падает цена на нефть и будет падать цена на природный газ. Из общения со специалистами, в частности с компанией «Шелл», с американскими добывающими компаниями, которые имеют практический опыт добычи сланцевого газа, говорят, что себестоимость украинского сланцевого газа ожидается 120-140 долларов за 1000 кубов. У нас этот газ будет конкурентоспособным, особенно с тем, который нам поставляет Россия.

Поэтому я считаю, что сланцевый газ у нас следует добывать, единственное, что его реальную перспективу мы увидим с 2017-го года, когда закончат геологическое исследование. К сожалению, на востоке Украины эти исследования отложены до стабилизации ситуации. Есть информация, что на Львовщине предусмотрено 15 скважин, разработка которых должна была начаться в этом году, и к 2017-му году сделать выводы о том, что есть, в каких объемах и когда можно начинать промышленную добычу. На востоке это отложится на некоторое время из-за того, что этот год практически потерян, а как будет на Львовщине – не знаю.

Алексей: - Сможет ли Украина обойтись без российского газа? И если нет, то сможет ли договориться, о чем и на каких условиях?

Сергей Дяченко: - Украине было бы очень важно перейти к разговору с Россией с позиции члена европейского рынка газа. Т.е. чтобы у нас решались вопросы на основании третьего энергетического пакета. России он крайне неудобен. Россияне ставят вопрос, что он не соответствуют нормам ВТО, но вопрос стоит не только с точки зрения покупки российского газа, а вопрос стоит в транзите. Мы могли бы иметь гораздо больше средств, если бы мы перешли на третий энергетический пакет, на систему оплаты за транзит вход-выход и на систему оказания услуг, но не так, как сейчас – россияне продают газ сразу с транспортными услугами, а с нами заключают договор на транзит, что, кстати, противоречит третьему энергетическому пакету.

Было бы правильно, если бы мы напрямую заключали с европейскими потребителями договор на оказание транспортных услуг на основании нынешней структуры рынка. Транспортные услуги должны оказываться на конкурсных условиях или продажи активов. Наземные газопроводы более эффективные, чем подводные, и северные потоки были бы нам не конкуренты, кроме условий, когда подача газа идет прямо к потребителю, который ближе, в Германию, например.

Я думаю, что таким образом мы могли бы очень резко увеличить объемы транзита через нас, потому что потребители решали бы, через какую трубу идет газ, а не поставщики.

Можно ли обойтись без российского газа? Однозначно. Вопрос – когда? У нас на газ неоправданно высокий процент в балансе. Одна из причин – заниженная цена на газ для населения. Как я уже сказал, его используют 19 млрд. кубов в котлах, еще активно – 6-8 млрд. кубов предприятия Теплокоммунэнерго, НАК «Нафтогаз» продает им на треть дешевле, чем промышленности, и, соответственно, получают на этом дотации. Это приводит к тому, что у нас газа в балансе неоправданно много, больше, чем в других странах, если брать в пропорции.

Поэтому нам необходимо провести реформу ценообразования  с точки зрения экономически обоснованных цен, потому что в электроэнергии ситуация такая: население платит четверть того, что стоит производство киловатта электроэнергии. А система ценообразования такова, что недоплачивает население, платит не генерирующая компания, а промышленность. И в результате для промышленности сейчас самые высокие в Европе цены на электроэнергию. Но это было при курсе доллара 8 гривен. Сейчас эти пропорции поменялись, и все, что в гривнах, стало существенно дешевле.

Ценообразование должно быть направлено на достижение экономически обоснованных цен, которые бы позволили всем нормально работать с точки зрения покрытия капитальных операционных затрат. Это должно сопровождаться реформой социального обеспечения, потому что есть малоимущие люди, которые не смогут нормально обеспечиваться энергоресурсами по таким ценам. Этим должны заниматься специалисты по монетизации льгот. Это достаточно сложно, надо посмотреть европейский и американский опыт, там есть виды продаж социальной электроэнергии. Производители, которые по определению производят более дешевую электроэнергию – атомщики или гидростанции, они получают нагрузку по обеспечению, по продаже более дешевой электроэнергии социальным объектам. Есть прямые субсидии. И последний вопрос, который должен сопровождаться реформой ценообразования, – это формирование нормальных рыночных отношений с прямыми выходами на производителя.

Новости Украины – From-UA: - И вопрос напоследок, Сергей – какая у нас перспектива реверса газа из Европы?

Сергей Дяченко: - Это вопрос политический. Россия и Европа будет давить, а мы будем сопротивляться. А как оно решится – не знаю. Думаю, если решится вопрос, т.к. ведутся переговоры о поставках российского газа, так называемое временное Соглашение, то вопросы с реверсом автоматом решатся. А если нет – тогда следует ожидать давления «Газпрома» вплоть до остановки поставок электроэнергии в Европу.

Я долго в это не верил, а сейчас посмотрел – Россия действует все более рационально. Сейчас встал вопрос об оплате технологического газа. Есть народная примета, если птичка запела… В газовых вопросах у меня есть своя примета: если заговорили об оплате технологического газа – ожидай остановки транзита. С этого начиналось отключение газа в Европе в 2009-м году – спорами об оплате технологического газа. Раз заговорили, значит, все может быть.