…нашего Гаранта, что он решил организовать нечто подобное и в Украине. По мнению Президента, в экспозиции музея стоит отразить трагедию крестьянских восстаний, ГУЛАГа и массовых репрессий, Голодомора и других драматических тем нашей новой и новейшей истории.

Не входя сейчас в дискуссию о том, насколько это предложение актуально и насколько термин «оккупация» применим к республике, бывшей одной из основательниц СССР, попробуем проанализировать, к чему может привести усиление трагических нот в изложении нашей истории. Мы сделаем это на примере Голодомора.

Трагедия Голодомора, унесшего от 7 до 10 миллионов жизней и катастрофическим образом повлиявшего на демографический облик нашей страны и генофонд украинского крестьянства, замалчивалась в советский период. Ее не очень вспоминали при независимой Украине (и это понятно, потому как за последние 15 лет наша страна потеряла пять миллионов человек!).

Нельзя не оценить смелость властей, впервые в конце прошлого года поставивших этот вопрос на официальном уровне. Однако, как и во многих других случаях, идея была хорошей, только вот реализация подкачала. Уже сейчас заметны тенденции, способные испортить первоначально положительный замысел властей.

Параллельные пути

Если двадцатый век по праву заслужил название «столетия геноцида», то начинающийся двадцать первый претендует на звание «века спекуляций». Когда прошли десятки лет, легко кричать в сторону молчаливого прошлого; требовать наказания виновных, которые давно уже наказаны естественной смертью; искать компенсаций, когда их не у кого взять. Одно ближневосточное государство уже успело отэксплуатировать подобную тематику. Результаты еще не видны, но можно ожидать, что прямой пользы не было, а вот вреда будет много. Мы в этом случае говорим об «индустрии Холокоста».

Приводимое в этой статье сравнение с Холокостом не случайно. Голодомор и Холокост происходили примерно в одно и то же время, на одной и той же территории, с одними и теми же демографическими последствиями (миллионы жертв). Сегодня память об этих трагедиях с одинаковым цинизмом пытаются использовать политики. Впрочем, до политиков свое дело сделали ученые.

Американец еврейского происхождения Говард Астер и канадец украинского происхождения Петро Потичный стали на излете «холодной войны» авторами оригинальной теории о двух народах-«одиночках» (украинцы и евреи), не имевших государственности, создавших значительную диаспору и постоянно терпевших исторические бедствия. Голодомор и Холокост удивительным образом иллюстрируют эту наукообразную теорию.

Холокост в каждый дом!

В годы Второй мировой войны нацистами и их приспешниками было уничтожено около шести миллионов евреев Европы. Эта трагедия впоследствии получила название «Холокост» («всесожжение» на греческом языке). К сожалению, пятьдесят лет спустя на этой беде стали делать деньги. Мир узнал о таком явлении, как «индустрия Холокоста».

Первым значительным продуктом этой индустрии, без сомнения, стал фильм Стивена Спилберга «Список Шиндлера». Слезливая история о немецком предпринимателе, члене нацистской партии О. Шиндлере, якобы спасшем от печей Освенцима несколько тысяч евреев, быстро завоевала коммерческий успех и стала еще одним примером профессионализма голливудских продюсеров. При этом история умалчивает, действительно ли Шиндлер спасал свою бесплатную рабочую силу, или в суматохе конца войны, союзнических бомбардировок и наступлений с отступлениями этих людей просто забыли уничтожить?

Дальше – больше. Лагерь в Освенциме стал символом польской индустрии туризма; американские музеи истории Холокоста стали больше похожи на Диснейленд (стало нормой водить туда детей, любующихся спецэффектами); а отдельные еврейские структуры в Украине стали получателями компенсационных средств, перечисляемых немецким правительством и немецкими компаниями-преемниками фирм гитлеровского периода.

Многолетняя истерия, поднятая вокруг темы Холокоста, успела порядком надоесть. Жителям Украины становится непонятно, почему сейчас к этой проблеме приковано такое внимание? Да, раньше эта тема замалчивалась, но сейчас новенькие синагоги и общинные центры зачастую смотрятся просто вызывающе на фоне неосвещенных улиц и неотремонтированных домов (особенно если мы говорим не о Киеве, а о регионах). Зачем же постоянно вызывать призраков прошлого кровопролития?

Краеугольный камень украинской истории

Еврейский пример оказался интересным для многих национальных движений, бывших объектами геноцида. О своих «холокостах» стали говорить армяне, боснийские мусульмане, руандийские хуту и тутси, негры суданского Дарфура и многие другие.

Нам бы очень не хотелось, чтобы Украина эксплуатировала «комплекс жертвы». Пока же можно заметить тенденцию к копированию отдельных действий еврейской стороны:

– акцент на геноцидном характере трагедии, хотя жертвами Голодомора были крестьяне различных национальностей в разных регионах тогдашнего СССР;

– идея штрафовать отрицателей Голодомора (чем не копия требований международных еврейских организаций о запрете любого отрицания Холокоста?);

– и самое главное – попытка поставить Голодомор в центр национальной истории двадцатого века. Почти так же, как отдельные еврейские активисты умудрились сделать Холокост центром трехтысячелетней истории своего народа, и этот народ теперь воспринимают как вечную жертву.

Украинская история не нуждается в нагнетании и без того присущих ей трагических нот. Украина как государство тем более не нуждается в создании собственного жертвенного образа. В нашем постмодернистском мире как себя оценишь, так к тебе и отнесутся. Но это уже тема для другой статьи.

Трагедия Голодомора нуждается в беспристрастном научном изучении, в открытой общественной дискуссии, но не в политических спекуляциях и создании «образа врага». Нужно чтить память жертв, помнить о них, выявить все их имена, поставить памятные знаки на местах их гибели.

Пока же 15-летняя история независимой Украины подарила общественности новое явление замалчивания трагедии Голодомора в условиях свободы слова и в силу политической необходимости. Возвращаясь к началу статьи, позволим предположить, что музей Голодомора имел бы свой смысл, а вот «советской оккупации»???