…пел. Все время подмигивал и цитировал непроверенные латинские афоризмы. Внезапно рубанул, сказав, что кубик развивает логику, а она непременно способствует денежному благополучию, поэтому надо срочно купить, чтобы разбогатеть и обеспечить будущее. Я молчал.

Воровато оглянувшись по сторонам, он доверительно шепнул: «Кубик древний. Древнее фараонов и пирамид, где его и нашли, точнее, нашел, и не кто-нибудь, а Александр Македонский, поэтому и прихватил полмира». Конечно, это копия, уточнил парень, но сделанная по всем правилам и совсем недорого…

Когда же кубик, сменив нескольких великих владельцев, закатился к Чингисхану и, по всей вероятности, готовился в гости к Наполеону, я подумал написать статью о «канадских дилерах». Мне повезло. Я устроился к ним на работу. На пятый день меня раскрыли и выгнали. Но наблюдения остались и попали на бумагу…

Психологические портреты канадских дилеров

Андрей Петрович — начальник. Он охотник и рыболов. Хороший человек, развивший, при отсутствии других способностей, исключительное чувство долга. Его кабинет расположен очень подло (для подчиненных). Двери у него всегда открыты, и мимо никому не проскочить, учитывая его страсть к охоте.

Чтобы избежать утренней взбучки, надо моментально притвориться дураком и спросить какую-нибудь глупость. Лично я, когда опоздал, выкрутился следующим вопросом:
- Андрей Петрович, а вы знаете, что Отелло мутированный араб?
Отелло, а тем паче «мутированный араб», мгновенно застопорили движение мыслей начальника. Ящик завис. И пока он перезагружался, я получил возможность уйти.

Торговый отдел

Эту комнату средней величины еще называют офис. Внутри полезная площадь заставлена столами, компьютерами, тумбочками, телефонами, шкафами. Плотность запредельная, как у японцев. На стульях сидят «канадские дилеры» и притворяются, что работают.

Неля. Одно слово – никакая. Ее лицо задерживается в голове недолго и постепенно исчезает, как стая журавлей в осеннем небе.

Алена. Красивая, но без огня. Являет собой идеализированный образ советской пионерки с плаката, висевшего перед входом в мою школу. Его я лицезрел каждое утро на протяжении десяти лет, испытывая зависть к нарисованному рядом с ней пионеру.

Она нарисовала схему своей жизни, где, помимо целлюлита, есть муж — молодой бурлак-бухгалтер; кот Альберт, впрочем, уже не совсем кот, зато ласковый; детективы с умными женщинами-героинями; телевизор в рассрочку; субботние пикники, где бутылка водки на восемь ртов; кариес в седьмом зубе сверху и кофейные разговоры с подругой…

Я, когда дослушал ее, с завистью отметил: какая у нее подробная, богатая событиями жизнь. И мне в нее не втиснуться при всем желании…

Володя. Хороший парень, не подлец, но при случае может надуть. Зачем-то вбил себе в голову, что он ужасный развратник, придумал какую-то особенную женскую кардиологию.

Самостоятельно выпекает стихи с бесхитростной лирикой, уходящей в темные закоулки межличностных отношений, презрительно обходя рифму. Лицо его при этом должно выражать некую степень покинутости, но у Володи оно излучает краснощекий деревенский романтизм.

Света. Ртуть. Напор страсти. Она хватается за все, но все и крушит. Быстро говорит, но ни о чем. Днями напролет вытряхивает сор из своей семьи, иногда интимный — муж не тот и не так, а когда так, то мало.

Антон. Сходит с ума по чистоте, даже на работе чистит зубы. Любой пустяк, будь то чашка кофе или сигарета, гонит его с зубной щеткой в туалет. Раз сто в день моет лицо и руки. Протирает спиртом рабочий стол, телефон, клавиатуру. Такие типажи, вполне вероятно, могут шастать с топором по ночным аллеям.

Аня. Усиленно скрывает свой возраст и, несмотря на незначительный «бальзачок-с», красота не спешит оставлять ее. Интересен алгоритм мышления этой женщины. Если к ней не пристают и не говорят любезностей, она логично заключает, что все конторские мужики – латентные гомосексуалисты.

Она посещает курсы психологии: «Как завести друзей…», «Как начать жить…» и прочую глупость, которую пытается применить в офисе. «Канадские дилеры», проходя тестирование у Ани, узнают о себе много нового. Чересчур много. Характеристики часто меняются, только у Антона стабильный диагноз — маньяк в инкубации.

Юля. Очень и очень, даже слишком. За рабочим столом сидит почти голая. Мало одежды, много тела. Все ее наряды воздушные, облегающие, прозрачные. Нижнего белья нет.

Тимофей. Бывший военный. Много сердца, дефицит ума. Раскованный человек, который не боится обнаруживать этот дефицит, ничуть не беспокоясь мнением других. Блестящая способность игнорировать реальное положение вещей.

Стихи он уважает, но не помнит, потому не говорит, предпочитая пословицы, прибаутки и прутковщину, которая так и сыплет из него. Иногда он — мастер короткой прозы: двумя словами — «мокрые трусишки» — может передать сложнейшую комбинацию мужских переживаний в тот волнующий момент, когда Юля рискованно наклонилась…

P.S. Работа у главных «канадских дилеров» начинается со скандала, по-другому это называется «мозговая атака». Ругаются, бранятся, от большого переходят к малому: кто, кому и сколько должен, кто и когда последний раз покупал сахар, кто чересчур громко (читай: намеренно) постукивает ложечкой о стенку чашки. Однако, накричавшись, успокаиваются в одну общую тему: ищут неуловимую особу, которая пересказывает начальству бытовые подробности отдела. И сокрушенно вздыхают, пьют чай, кофе, коньяк. Пьют долго с разговорами, спорами, новостями, могут пить и болтать весь день.

А работа? Она – как незначительное приложение, как получасовые порывы ветра, когда звонят телефоны…