А между тем проблему бездомных собак в столице можно решить в течение года. Нужно всего лишь желание. Животных надо стерилизовать и оставить жить там, где они и обитали.

Стерилизация животного обходится дешевле, чем уничтожение.

Стерилизованные собаки неагрессивные, не собираются в стаи, они тихо доживут свой век, не причиняя никому неудобств.

Вы спросите, почему же этого не делают должностные лица, призванные решать «собачьи» проблемы? Да никто не станет рубить сук, на котором сидит.

Принимаются государственные программы, выделяется финансирование, создаются учреждения, набираются штаты сотрудников с соответствующими зарплатами. Более того, изводятся кипы бумаги на распоряжения и мероприятия, которые никто и не думает воплощать в жизнь.

Я знаю всех дворняжек в округе, но случаи, когда их бы стерилизовали за казенный счет, неизвестны. Либо сами жильцы собирают деньги на это, чтобы сохранить жизнь прибившейся во двор собаке, либо учреждения, при которых они обитают.

Даже живодеры, или как их называют – «гицели», забирая время от времени собак, одну-две да оставят. Зачем? А затем, что через год там снова будет стая. И они никогда не останутся без работы.

Даже столичный градоначальник, который в любви к собакам не замечен (по крайней мере, признался, что собаки у него нет), сказал, что платить надо за жизнь, а не за смерть.

На общественных слушаниях, проводившихся недавно в столице, подавляющее большинство населения высказалось за то, чтобы животных стерилизовать и выпустить.

А воз и ныне там…

В 1996 году из-за «собачьего вопроса» в Украине вспыхнул международный скандал. Тогда в европейских СМИ появились видеокадры о жестоком уничтожении собак. Говорили, что стране, в которой убивают ни в чем не повинных животных, не место среди цивилизованного сообщества. Что же изменилось за это время?

Несмотря на протесты общественности, жителей соседних с Бородянкой сел, которые не могут смотреть на то, что там творится, руководство приюта продолжает доказывать, что все в порядке.

Недавно показанный по телевидению сюжет (безусловно, тщательно подготовленный) как раз и призван был доказать всем, что черное – это белое. Говорят, на содержание животных в Бородянке выделяется 10 грн. в день. Однако те, кто там был, говорят, что непохоже, что их вообще когда-либо кормили.

Кроме приюта в Бородянке, который фактически занимается уничтожением животных, существуют приюты Тамары Тарнавской в Пирогово, Аси Серпинской в Гостомеле. Там и там по четыре сотни животных. Еще одна женщина занимается этим исключительно по зову сердца, переоборудовав заброшенный коровник в приют для собак. Сейчас у нее 200 собак. Поскольку у нее и без того проблемы, она просила о ней не говорить.

Государство не только не оказывает никакой помощи, но исключительно благотворительная деятельность еще и подвергается постоянным «наездам». Так, никому не нужный коровник, каких в округе полно, вдруг кому-то понадобился, и животным предложили попросту съехать. Благо, упросили прожить хотя бы нынешнюю зиму. А ведь там есть собаки, пережившие психическую травму, которые и близко не подходят к людям. Переезд для них – еще один стресс.

Обходится содержание собак недешево: стерилизация, прививки, лечение. С продуктами проще – можно по дешевке взять крупы, мюсли, печенье с истекшим сроком хранения.

Известны случаи, когда люди, сдавшие туда животных (разумеется, не своих, а прибившихся), навещают их, дают деньги на их содержание. Но таких – единицы.

Этих приютов для огромного города крайне мало. Не могу не привести цитаты из иностранной литературы: «Перри Мейсон обошел окрестные псарни и нашел овчарку по кличке Принц», «При погибшем в ДТП находилась собака. Животное было отправлено в приют».

У нас судьбой несчастных животных занимаются исключительно по частной инициативе. Добрые люди кормят их и лечат, прячут от будки, иногда находят хозяев, иногда пристраивают в село или куда-нибудь для охраны.

Государственные чиновники (они же бюрократы) мечтают только об одном – чтобы это никогда не закончилось. Иначе им придется искать другие способы заработка.