…пока не готова!

28 - 29 июня в Стамбуле прошел саммит НАТО – первый после расширения Альянса. В его рамках на заседании комиссии «Украина - НАТО» наша новая военная доктрина собрала свою порцию комплиментов, а вклад украинцев в миротворчество и борьбу с терроризмом снискал очередную похвалу.

Все это заметно скрасило горечь «прощального свидания» между Киевом и Брюсселем и завершение их бурного романа, вспыхнувшего в мае 2002 года. Вывод Леонида Кучмы о том, что «Украина не готова к вступлению в НАТО», подхваченный генсеком НАТО Яапом де Хооп Схеффером, внес наконец полную ясность в отношения. А главный исполнитель «натовского прорыва» Евгений Марчук отнес открытие новых североатлантических перспектив Украины на 2009 - 2011 гг.

«Между Украиной и НАТО есть очень хорошие конструктивные отношения. Но то реальное развитие страны, экономики и гражданского общества и выполнение критериев относительно вступления в НАТО не позволяет ни Украине, ни НАТО говорить о реальных датах вступления Украины в НАТО. У нас есть над чем работать, а время рассудит, где, что и когда», – подытожил Президент, говоря об итогах саммита для Украины.

Собственно, а зачем Украина нужна НАТО?

Аспект 1: Военно-политическая география

Ночной кошмар России – превращение соседних государств в политический, а то и в военный плацдарм НАТО – отчасти становится былью. Прибалтийские государства, готовые разместить у себя военные базы Альянса, прозападная Польша, американизированная Турция… Украина могла бы стать логичным продолжением этого списка. Тем более, что и Варшава и Анкара постоянно ратуют за членство Украины в НАТО (все-таки и у них тогда появится «младший» партнер).

Особенно в этом заинтересована Турция. Кстати, на днях правительства Украины и Турции договорились о дальнейшем сотрудничестве в военно-морской сфере на Черном море. Как известно, первым шагом в этой области после "открытия" Черноморского театра для ВМС не-черноморских государств, стало создание в конце 1990-х т.н. "Многонациональных ВМС Черного моря" - Black Sea Forces - BLACKSEAFOR, в которых приняли участие Болгария, Румыния, Украина, Турция и даже... Грузия - без России. Хотя формально командование этими своеобразными "морскими силами быстрого реагирования" по очереди переходит к каждой из стран-участниц, фактическое руководство их деятельностью осуществляет Турция, которая на сегодняшний день обладает самым мощным и боеспособным флотом из всех причерноморских держав, а также несет львиную долю расходов по материально-техническому обеспечению BLACKSEAFOR.

Фактически, привлечение к "совместному" патрулированию Черного моря ВМС Украины (Болгарии, Румынии... Грузии(!))означает лишь попытку придать "международный" статус учениям турецкого флота в "интересных" (и ранее недоступных) для него районах - у северных и западных берегов Черного моря, в "золотом треугольнике" пересечения торговых путей Варна - Констанца - Одесса, у "горячего" полуострова Крым и т.д.

Особенно интересное положение с "патрулированием" Черного моря (конечно же, во имя пресечения "террористической" деятельности) может сложиться сейчас, после официального вступления в НАТО Румынии и Болгарии, после которого Северо-Атлантический(!) Альянс твердо встал на берегах Черного моря, "законно" обретя здесь военно-морские базы, мощную ремонтную и судостроительную инфраструктуру. Нужно ли говорить, насколько подобное близкое соседство "порадует" Россию? Представим на минуту: многонациональная (НАТОвская) эскадра, охраняющая от происков злобных террористов российские танкера, везущие из Новороссийска сибирское "черное золото" на экспорт в Европу (через турецкие Босфор и Дарданеллы) - прямо апофеоз бескорыстной дружбы.

А если серьезно: страны региона вновь встали перед необходимостью решения серьезного вопроса о допуске/постоянном присутствии в Черном море боевых кораблей не-черноморских государств. И важная роль в решении этого вопроса положительно (что явно не будет соответствовать интересам России) отводится "малым" причерноморским странам - Болгарии, Румынии, Украине и Грузии, первые из которых уже приняты под крыло Альянса, а две последние пытаются доказать ему свою лояльность.


Аспект 2: Политика и демократия

Если Москве удастся окончательно вовлечь Киев в свою орбиту, это компенсирует все ее прошлые неудачи во внешнеполитической стратегии и серьезно ограничит сферу влияния НАТО в Восточной Европе. Если же Альянсу, путем успешного комбинирования методов кнута и пряника, удастся поддержать «промежуточный» статус Украины, то ситуация развернется в противоположном направлении. Заметим, что речь о членстве не идет, требуется лишь сохранение и усиление политической отстраненности от России.

Кроме того, вкладывая инвестиции, нужно позаботиться об их сохранении. Согласитесь, обидно, когда из-за прихода к власти радикально настроенного политика мгновенно теряются достижения многих лет. Поэтому понятна забота НАТО о «честных и прозрачных президентских выборах», без которых нечего и говорить о добрых отношениях Украины и Альянса.

Аспект 3: Экономика

НАТО – не ЕС, и фактор усиленной интеграции Украины в рамках ЕЭП не слишком влияет на отношение Альянса к Украине. Главное, чтобы экономическая интеграция Украины не перерастала в политическую и не препятствовала осуществлению проектов США в регионе, направленным опять же на подрыв российских позиций.

В связи с этим уместно вспомнить, что, поскольку российская экономика держится на экспорте углеводородов, а до основных районов добычи российской нефти и, тем более, газа Вашингтону при всем желании не дотянуться, то борьба с Россией будет перенесена на транзитные пути - на территорию тех держав (и за контроль над теми державами), где проходят основные экспортные газо- и нефтепроводы.

Украина, с ее развитой трубопроводной сетью, представляется весьма важной не только для транзитного экспорта собственно российских углеводородов, но и для поставок в Западную Европу газа и нефти из "независимых" и "нейтральных" прикаспийских республик - ведь себестоимость их добычи в Туркменистане и Казахстане гораздо меньше, чем, скажем, на полуострове Ямал или в Тюмени.

Власть в Украине - это, помимо деклараций достаточно абстрактной "многовекторности" во внешней политике, еще и вполне конкретный контроль за основными экспортными потоками газа и нефти. Кто, как и в чьих интересах (продавца или покупателя) будет осуществлять этот контроль и обеспечивать безопасность, надежность и бесперебойность транспортировки - вот экономическая проблема, решению которой посвящена политическая битва за Украину последних лет, в которых НАТО играет не последнюю роль.

Аспект 4: Армия

Миротворчество – козырная карта Украины в ее отношениях с НАТО. Кроме того, новая Военная доктрина, так кстати подготовленная Министерством обороны аккурат к встрече Альянса, весьма выгодно представила Украину в глазах натовской общественности.

О России говорится только в контексте международных договоров о «временном пребывании Черноморского флота России» на территории Украины. Зато НАТО упоминается не меньше десяти(!) раз. Сам Альянс признается в качестве «основы общеевропейской системы безопасности». Реформирование украинской армии, исходя из доктрины, отныне будет проводиться так, чтобы приблизить ее к натовским стандартам.

Но уже сейчас Украина весьма интересует НАТО в качестве поставщика пушечного мяса (вспомогательных частей оккупационных войск) на рубежи противостояния «сил демократии» «силам террора и тоталитаризма».

Герои саммита

Кстати, Владимир Путин, к сожалению, не стал свидетелем натовского аншлага Украины и ее военно-реформаторских успехов. Одна из версий отсутствия российского лидера в Стамбуле – политический демарш в связи с отказом стран Альянса ратифицировать соглашение об адаптации Договора об обычных Вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ).

Россия настаивает, чтобы прибалтийские страны присоединились к ДОВСЕ или, по крайней мере, обязались придерживаться основных принципов договора, который мог бы сдержать наращивание военных сил близ российских границ. Однако НАТО ставит условием ограничения своего военного присутствия в Балтии вывод российских военных баз из Грузии и Молдавии.

Помимо демарша, похоже, Владимир Путин решил выиграть некоторое время для обдумывания своей реакции на требования НАТО. Эту горькую пилюлю подсластят – по словам генсека Североатлантического альянса, НАТО планирует пригласить Украину и Россию к участию в антитеррористическом морском патрулировании Средиземного моря, которое началось после атак на США 11 сентября 2001 года. Теперь оно может быть расширено до Черного моря, где как Украина, так и Россия имеют военные базы. Украина со своим, с позволения сказать, флотом (уступающим по силе ВМС каждого из причерноморских государств, за исключением, разве что, Болгарии) в предложении явно фигурирует в качестве дополнительной нагрузки, упор делается на Россию.


«Дорога к членству иногда может быть длинной и извилистой»

Итак, если внимательно рассмотреть все факторы, которыми Украина может заинтересовать НАТО, то получается, что никакой необходимости для блока принимать в свои ряды Украину нет – все, что необходимо, западные друзья могут получить от нас и без вожделенного членского билета.

Украина должна поддерживать геополитическую направленность на Запад, продолжать военное сотрудничество c Альянсом, сохранять отстраненность в отношениях с Россией (по крайней мере, воздерживаться от политической и военной интеграции). Ну и, конечно, строить демократичное общество, дабы все эти положения поддерживать в более-менее стабильном состоянии.

Генсек НАТО во время своего визита в Киев всячески открещивался от попыток выведать хотя бы приблизительную дату получения Украиной вожделенного приглашения в натовский клуб: «Я не называю никаких дат, так как, по моему мнению, это вообще не способствует дискуссии. Давайте лучше сосредоточимся на ежегодном целевом плане».

Показательными являются слова Брюса Джексона, президента влиятельной неправительственной организации «Комитет США по вопросам НАТО»: «Большей частью или даже исключительно благодаря впечатляющим взносам Украины в стабилизацию Ирака, которые были очень весомыми, на высочайшем уровне принято решение признать такой взнос Украины и провести в Стамбуле во время саммита НАТО встречу на уровне глав государств».

Мелочи, вроде того, что Киев отдал в ведение блока самый большой Яворовский полигон и разрешил оперативный доступ войск Альянса на свою территорию (по крайней мере, для проведения учений), во внимание явно не берутся.

«Оно нам надо?» (старинная украинская мантра)

Итак, вопрос членства Украины в НАТО на повестке дня пока что не стоит. А, следовательно, не стоит его вносить в планы на грядущие пять лет.

Тем не менее, от Украины НАТО отказываться не собирается и готово на множество мелких ободряющих акций, лишь бы не позволить Украине слишком сильно склоняться в своих симпатиях на восток.

Справедливости ради говоря, сам объект страстного желания украинской политической элиты в последнее время несколько подрастерял свой вес и значимость, постепенно скатившись к полицейско-надзирательным функциям. Главному действующему лицу Североатлантического блока – США – с некоторых пор проще и удобнее осуществлять необходимые военные действия собственными силами, не тратя времени на затянутые процедуры согласования действий со строптивыми европейскими союзниками.

В этой связи НАТО, скорее всего, в ближайшее время будет усиливать свои позиции на Востоке, где будет востребована и Украина. Но допускать ее в Альянс, рискуя ухудшением и без того натянутых отношений с Россией, вряд ли предусмотрено даже самыми рисковыми планами брюссельских стратегов.

Впрочем, официальный Киев, похоже, отнюдь не склонен драматизировать отдаление светлых атлантических перспектив. Своим «натовским рывком», предпринятым в мае 2002 года, украинская правящая элита решила для себя жизненно важную проблему – ослабила позиции правых оппозиционеров, пытавшихся монополизировать любовь Запада. Теперь, накануне официального начала решающей президентской кампании, «НАТО сделал свое дело, НАТО может уходить».