...в плане укрепления своей власти, однако совершенно бесполезным для самой Украины, состояние которой вряд ли удастся улучшить подобными политическими припарками.

Самое интересное, что реакция общества на это, в общем-то, серьезное событие практически нулевая. Всем совершено начхать на то, что какой-то суд, пусть и Конституционный, объявил не соответствующими Конституции поправки, внесенные в эту самую Конституцию, согласно которым вся страна жила почти шесть лет, также согласно которым избран парламент, сформировано не первое уже правительство. Кстати, а как же быть с правительством-то? Оно законно или нет? Наверное, придется придумать какую-то юридическую отмазку, чтобы убедить оппонентов в том, что оно таки легитимно. Но это будет совсем не сложно.

Вообще, закон в Украине – понятие относительное. Он свят и строг только для самых «низов», которые вынуждены лишь беспрекословно ему подчиняться. Более расторопные, имеющие необходимую сумму и связи, уже могут его обойти. Ступенькой выше стоят те, кто вертит существующими законами, как им пожелается, трактуя их в выгодном для себя свете. Ну и на вершине пирамиды, важно подняв к небу палец, стоят государственные мужи, способные эти законы принимать, редактировать или упразднять – в зависимости от того, как они сочтут для себя нужным.

Конституция, которую приняли за одну ночь запертые в сессионном зале депутаты, уже через 4 года не устраивала власть. И в своем противостоянии с парламентом Леонид Кучма инициировал идею внесения в неё поправок, которые бы разделили Верховную Раду на две палаты и отобрали у народных избранников неприкосновенность. Даже подписи соответствующие собирать начали, чтобы создать видимость «требования народа». Но дальше идеи дело так и не продвинулось.

Потом, когда возникла совершенная неопределенность с преемником Леонида Даниловича, у будущего президента решили отобрать часть полномочий, превращая президентскую республику в президентско-парламентскую. Это и было той самой политреформой, которую нынче признали «не соответствующей». Конституцию реформировали долго и мучительно, устраивая демарши-дебоши, потому что ни одна сторона не хотела потерять гарантии своего будущего благополучия. В конце концов, «верхи» сошлись на компромиссе: вы соглашаетесь на политреформу, а мы соглашаемся на президента Ющенко через третий тур выборов. За что дружно и проголосовали. Кстати, тоже вопрос – если политреформу объявили незаконной, то почему бы заодно не объявить таким же и третий тур выборов 2004 года?

«Низы» на Майдане, по своей наивности, думали, что это было их победой, и в экстазе ревели «Ю-щен-ко!». Их оппоненты на Донбассе, обвязывая деревья синими ленточками, тоже думали, что лишение Виктора Андреевича части полномочий является их сокрушительным ударом по «самозванцу». И никто не спешил их в этом разочаровывать. А зачем? Пусть «пипл» думает, что участвует в большой политике, что законы принимаются в его интересах. Так «верхам» будет спокойнее.

О чем думал тогда сам Ющенко, сказать трудно. Может быть, о Голодоморе, а может быть, о сроке за незаконный захват власти. Но уже через пару лет и он счел необходимым обратиться к «духу закона», чтобы отправить в отставку правительство Януковича и разогнать коалицию регионалов и социалистов. После длительных издевательств над Конституционным судом, который противники перетягивали каждый на свою сторону, конфликт снова разрешился полюбовным компромиссом: Виктор Андреевич вернул в казармы своих силовиков, а регионалы согласились на роспуск Рады путем сложения мандатов депутатами БЮТ и НУ-НС.

Стоит добавить, что Ющенко тоже внес свою лепту в кунсткамеру украинской юриспруденции, став зачинателем метода руководства путем издания президентских указов, отменяющих прежние указы. Доходило и до абсурдного, когда первый указ отменял второй указ, отменявший третий указ...

Тогда же Виктор Андреевич, чувствовавший себя очень неуютно со своими обрезанными полномочиями, загорелся желанием принять новый, собственный вариант Конституции. Для чего придумал целый Конституционный совет из «выдающихся украинцев» и пригрозил Раде, что если та будет упрямиться, то он протолкнет свое детище через всенародный референдум. Впрочем, конституционной лихорадкой болел не он один: в 2007 году таких проектов по стране гуляло, как минимум, штук пять.

Собственно говоря, политреформа тогда не устраивала многих. Например, Юлию Тимошенко, которая очень рассчитывала стать новым президентом и тоже хотела бы обладать самыми широкими полномочиями. Правда, теперь она назвала решение КС «убийством демократии» и выразила надежду, что Запад спасет нас от «диктатуры Януковича». И это понятно – ведь президентом она так и не стала.

А вот Виктор Янукович тогда, напротив, находился в числе защитников парламентско-президентской республики. В 2007 году, на фоне всеобщей мании создания новой Конституции, он заявил следующее:

«Не стоит придумывать новый конституционный велосипед или возвращаться к старой модели власти, от которой абсолютное большинство политических сил отказалось в 2004 году. Это нереально. Попытку отменить политреформу большая часть общества расценит как возвращение к эпохе тоталитаризма и никогда не позволит пойти на это... Хочу напомнить один из главных тезисов, который отстаивали и коалиция, и правительство, и оппозиция: никто не должен обладать монополией на власть, никто не может посягать на узурпацию власти. Достичь этого можно только в условиях парламентско-президентской системы, которая обеспечивает реальное народовластие в государстве и основывается на системе сдержек и противовесов трех ветвей власти – законодательной, исполнительной, судебной, с четким распределением полномочий».

Интересно, почему Виктор Федорович в эти дни не спешит выступить с осуждением возврата к старой модели власти? Вопрос, конечно, глупый – зачем же ему осуждать решение, принятое в его пользу! Ну а чтобы сохранить видимость собственной «последовательности», нужно именно промолчать, не выказывая удовлетворения. Можно даже посетовать, разводя руками: мол, я был против этого, но ничего не поделаешь, так решил Конституционный суд!

Правда, его соратники уже поспешили всячески одобрить это решение. Замглавы фракции Партии регионов Михаил Чечетов резюмировал это так: «Говорильня закончилась. Решение КСУ является мощнейшим стабилизирующим фактором». Вице-премьер Борис Колесников считает, что это поможет создать «эффективную вертикаль власти».

Не будем пытаться ничего утверждать, а лишь заметим, что возврат президенту его прежних полномочий путем отмены политреформы через КС – это блестящий шаг. Несколько спорный с юридической точки зрения, однако безупречный с политической. Во-первых, регионалы оказались как бы ни при чем, они лишь приветствуют решение Конституционного суда. Во-вторых, вопрос необходимых конституционных изменений разрешился очень просто и очень быстро, без мучительных попыток провести их через парламент.

Удивительно, как до этого в своё время не додумался Виктор Ющенко! Может быть, он не имел для этого необходимой поддержки в КС? Однако уроки предыдущего главы державы не прошли даром: нужное решение было достигнуто путем отмены предыдущего. И без всякого шума.

Закон туда, закон сюда, отменим, пересмотрим – за годы подобных манипуляций общество уже привыкло, что «верхи» устанавливают и меняют правила так, как им заблагорассудится. Всё больше людей понимают, что битва за полномочия, за власть важна лишь тем, кто в ней участвует. А среднестатистический житель Галичины или Донбасса никак не чувствует на себе эти редактирования Основного Закона. И вообще ему гораздо важнее цены на продукты и коммунальные тарифы.

Одно обидно: отменить политреформу они захотели – и смогли, а вот сделать русский язык государственным – нет...

Но сейчас регионалам явно не до удовлетворения политических требований своих избирателей. Пожалуй, даже эта затея с возвращением к Конституции 1996 года является, скорее, вынужденным шагом, а не только естественной жаждой власти.

Ведь политреформа принималась вовсе не для того, чтобы «верхам» было удобнее формировать свою «вертикаль». Напротив, сам Янукович говорил (и совершенно верно), что парламентско-президентская система зиждется на балансе сдерживания и противовесов разных ветвей власти. Чтобы политическая группировка на Банковой не давила на политическую силу с Грушевского. В идеале это гарантировало кланам украинской элиты более широкий доступ к власти: важными были не только президентские, но и парламентские выборы, потому что они давали возможность сформировать большинство и правительство, и быть независимыми от президента. Такая система позволила бы избежать монополии на власть одной политической силы (и это было осуществлено в 2006 году), менее опасаться поражения на выборах.

Даже то, что первые попытки сотрудничества между разными ветвями власти выливались в конфликты между ними, было совершенно нормальным: через подобные проблемы проходили большинство стран парламентско-президентской системы. И эти конфликты как раз вынуждали «верхи» находить между собой компромисс, вырабатывать более конструктивные методы отношений. Наверное, к этому могла бы прийти и Украина. Однако для подобных реформ необходимы условия более-менее стабильного развития, у нас же наблюдается совершенно иная ситуация.

Когда истерзанный кризисом корабль начинает идти на дно, тут становится не до дебатов на капитанском мостике. И в таких ситуациях монополизация власти, создание пресловутой «диктатуры» может принести пользу. Ведь согласимся, что диктатура Наполеонов (первого и его внука) принесла Франции стремительное развитие, диктаторские полномочия Рузвельта вытащили США из Депрессии, даже диктатура Гитлера дала Германии значительный подъем экономики. Поэтому не стоит кричать «Караул, диктатура!» и критиковать её только за создание суровой вертикали власти. Сначала необходимо понять, будет ли от этой диктатуры толк.

Если верить публичным заявлениям регионалов, то формально они тоже стремятся укрепить систему власти для проведения каких-то важных реформ на фоне крайне обострившегося экономического кризиса. Но верить политикам на слово, как известно, это ходить по граблям. Тем более, что вся полнота власти у регионалов есть и сегодня: в их руках президентский пост, Кабинет министров и парламентское большинство. И всё это они сохранят, как минимум, до 2012 года. Если у них есть какие-то задумки, то их можно реализовывать прямо сейчас.

Но каких-то масштабных проектов мы так и не видим. Спасение экономики свелось к выспрашиванию всё новых займов и намерения сокращения социальных расходов – то есть отчаянному спасению дырявого бюджета, без которого государство потеряет всё свое «мясо», останется лишь скелет административной системы, способной, как известно, прекрасно прожить и без зарплаты. На политическом же фронте регионалы целиком заняты именно вопросами укрепления своей власти: начиная от приближающихся выборов в местные органы власти и заканчивая укреплением всеукраинской вертикали, упирающейся в президентский трон.

Ситуация в экономике ухудшается и, судя по отсутствию каких-то подвижек в этом направлении, она может стать еще горше. Поэтому не нужно быть провидцем, чтобы предсказать значительное понижение рейтинга Партии регионов к парламентским выборам 2012 года. Последствия тоже известны: это риск утратить собственную коалицию, получить правительство, которое уже не будет на 100 % подчиняться Банковой. Вот тут-то спасти ПР от ревизии и может возвращение к Конституции-1996, благодаря которой Президент сможет назначить премьера и губернаторов сам – и плевать на буянящий парламент с балкона своей администрации.

Таким образом, нынешний конституционный кульбит видится совершенно бесполезным в плане реанимации экономики (и вообще будущего) Украины. Потому что этим можно было бы заняться и при нынешней системе власти. А вот отмена политреформы как часть программы по монополизации власти в руках регионалов на долгосрочную перспективу (минимум до 2015 года) можно расценить как самый реальный вариант оценки нынешних событий.

Вот только с чисто человеческой точки зрения непонятно – зачем этим людям абсолютная власть над разваливающейся страной?