...нынешней властью. Но чего же на этот раз не хватает гражданам Федерации? И чего опасаются те, кто теряет над ними управление?

Несколько лет назад журналисты одной из газет примерно прикинули общее количество «братвы», которая в лихие 90-е устраивала «шухер» по всей России-матушке. Учитывали только членов ОПГ и тех отчаянных одиночек, которые не останавливались ни перед чем, не принимая во внимание мирных воров и мошенников. Цифра получилась немалой, и она превышала общее число бойцов белых армий Деникина и Юденича.

То есть, по сути, тогда в России шла самая настоящая гражданская война, только не с белыми, а с криминалитетом, который, в отличие от господ офицеров, не проиграл её вчистую, а кое-где даже и победил, сменив кожанки на пиджаки, а ТТ – на мандаты власти. Кстати, записным украинским патриотам не стоит по этому поводу скалить зубы: в Украине произошло то же самое, возможно, даже ещё хуже.

Можно лишь догадываться, сколько тысяч народу полегло в бандитских разборках и сколько стали жертвами заказных убийств, погибли во время ограблений, пали жертвами акций запугивания, нашли свой конец в лесной яме или на дне пруда. Сколько тысяч были проданы в рабство, умерли на свалке, были вынуждены бежать без оглядки от этих «реформ». А еще была Кавказская война, которую можно сравнить с колчаковскими фронтами.

Такие вот были последствия русского бунта, бессмысленного и беспощадного, происшедшего в начале позапрошлого десятилетия. Сначала – хаос митингов самых невообразимых партий и движений, от язычников-монархистов до ультра-троцкистов, потом путч ГКЧП, затем московское «восстание пенсионеров» на майские праздники 1993-го, и в октябре того же года – вооруженные столкновения с использованием сначала автоматов и пулеметов, а затем и танков. Во время этих столкновений положили народу куда больше, чем при свержении Временного правительства, причем они стали лишь началом кровавого хаоса 90-х...

Но как заметил один современный писатель, при всей катастрофичности сложившийся тогда в стране ситуации, большинство людей все же смотрело в будущее с оптимизмом. Некоторые верили в свою удачу и мечтали отхватить свой кусок от плоти разграбляемой России, и кому-то действительно повезло, а кто-то не дожил даже до дефолта. Другие надеялись, что вся эта деградация – лишь временное явление, потому что не может вот так глупо и унизительно загнуться и погибнуть великая страна. Что правление человека, который приходит в сознание лишь затем, чтобы прореветь «Э-э-э, рассияне, панимаешь!», и передавшего власть кучке экономических мошенников, скоро завершится. И на смену ему придет бравый генерал, который всё восстановит, накажет виновных и поведет державу к новым рубежам.

Почему генерал? Потому что военные были последней прослойкой общества, которой доверяли граждане России. Потому что они верили, что патриотизм, честность, решительность и прочие положительные черты, необходимые нормальной власти, сохранились лишь за высокими заборами военных частей.

И им его дали – чтобы не разочаровывать и не злить электорат. Правда, не генерала, а всего лишь полковника. И не боевого, а ветерана невидимого фронта, храбро ходившего в разведку за столиком берлинских кафешек на территории дружеской ГДР, где провал грозил ему максимум переводом на другое место работы. Тем не менее, на фоне остальных кандидатур (олигархов, чиновников, либералов-демократов, политических клоунов), а особенно своего предшественника, Владимир Владимирович выглядел более чем привлекательно. Потому и выигрывал президентские выборы дважды с первого же тура. Бунт, назревавший в обществе к концу прошлого столетия, сменился всенародным умиротворением и долгим периодом «стабильности».

Пиком популярности Путина было такое же торжественное всенародное избрание его преемника Дмитрия Медведева, который в первые дни своего правления вроде бы показал жесткость и решительность, столь любимые гражданами РФ. Не освободил Ходорковского, отказался от диалога с прозападной оппозицией, успешно выиграл войну с Грузией. Плюс к этому новый российский президент является поклонником высоких технологий, так что «Сколково» и «нанотехнологии» быстро стали самой главной темой российских новостей – так же, как «гласность» и «консенсус» в советской программе «Время» времен Михаила Горбачева.

О реальных успехах этих «нанопрожектов» можно спорить. Однако острую нехватку финансов, эту самую главную проблему 90-х, путинско-медведевская Россия победила, и это неоспоримый факт. За прошедшее время доходы бюджета выросли на порядок, средняя зарплата россиян исчисляется сотнями долларов, а рубль крепко держится на плаву благодаря огромным объемам экспортной валюты. За эти десять лет экономического роста многие граждане РФ смогли, наконец, и накушаться, и одеться, и прибарахлиться. Казалось бы, они должны быть по гроб жизни благодарны своей родной власти.

Но не зря говорят, что сытый желудок подбивает голову на крамольные мысли. Как только россияне победили чувство голода, они стали более внимательно осматриваться вокруг и замечать недостатки, до которых раньше им было недосуг в борьбе за кусок хлеба. И этих недостатков оказалось даже больше, чем во времена Ельцина. Оказалось, что громадные деньги уходят словно в песок, но не меняют ситуацию в лучшую сторону.

Недавно белорусские СМИ в рамках информационной войны с Россией опубликовали сводку «достижений» РФ с 1991 по 2010 год. В частности, они утверждают, что 4 миллиона россиян являются бомжами, 3 миллиона просят милостыню, 3 миллиона занимаются проституцией, 6 миллионов страдают душевными расстройствами, 5 миллионов – наркоманы, более 6 миллионов инфицированы ВИЧ. Ежедневно производится 10 тысяч абортов, в год совершается более 80 тысяч убийств, около 100 тысяч россиян ежегодно гибнет от передозировки и отравления спиртным. Лишь каждый третий ребенок является здоровым, 3 миллиона детей – инвалиды, 1 миллион – наркоманы, а 750 тысяч – сироты или были изъяты (убежали сами) из неблагополучных семей. Это при том, что в 1945 году сирот в РСФСР было лишь 678 тысяч (!).

Одновременно с этим численность чиновников в России выросла в три раза – до полутора миллионов. Еще больше возросли расходы на их содержание. Но кроме легального жалования, российская бюрократическая машина ежегодно поглощает еще 33 миллиарда долларов в виде взяток, подношений, «откатов». А вместе с ростом численности «карательных» силовых структур (МВД, ФСБ, прокуратура) и «частных армий» бизнеса идет сокращение российских Вооруженных сил.

Вообще, российская армия и её министр – это отдельная тема. Достаточно сказать, что когда в прошлом году между российскими офицерами ВДВ и министром Сердюковым возникли некоторые «трения», а потом с несколькими генералами тут же случились странные несчастные случаи, в российском обществе заговорили о военном перевороте и о том, как его «придушил в зародыше» Кремль.

2009 год вообще был богат на скандалы, казалось, все накопившиеся противоречия и претензии начали выплескиваться наружу. И что примечательно, это были претензии непосредственно к системе, к власти. И не от комичной либеральной оппозиции, которую серьезно воспринимают только в редакции «Вашингтон пост», а от народа, который, казалось, доселе был почти аполитичным, интересовался только телесериалами, футболом, водкой и бабами.

Первым тревожным звонком стало дело т.н. «приморских партизан». Вооруженное нападение на милицию, этот главный барьер между властью и электоратом, это вам не митинг с плакатиками «Долой Путина!». Тень махновщины (в российском варианте – антоновщины или семеновщины) заглянула в окна представителей власти, заставив их вспомнить о европейских «красных бригадах» и содрогнуться. Что еще хуже, действия этих самых «партизан» одобряло немало россиян, и у них даже якобы появились последователи.

Власть поступила довольно глупо: уничтожив группировку «партизан», она просто объявила их бандитами и поторопилась заболтать эту тему в СМИ новостями об очередных достижениях нанотехнологий и путешествии Путина на «Ладе-Калине». Хотя прекрасно понимала, что беспредел со стороны органов в ряде регионов – это факт. И его не стоило замалчивать, с этим нужно было публично бороться, хотя бы понарошку.

Потом было массовое убийство в станице Кущевская, которое показало, что с криминалом и коррупцией в России отнюдь не покончено. Но это дело лишь быстренько повесили на «стрелочников», также предпочтя не муссировать негатив. А пока в Кремле думали, чем бы таким хорошим забить головы избирателей к Новому году, их многотысячная толпа собралась под его стенами с требованиями разобраться, наконец, с проблемой этнической преступности.

Это была первая массовая стихийная политическая акция со времен «перестройки». Людей не собирали партии, им не обещали по двадцатке «зеленых» за пару часов стояния, их не сгоняли по разнарядке сверху – они пришли сами, приглашая друзей и знакомых по телефону и через Интернет. Но что еще хуже для хозяев Кремля, участники акции подняли запретную тему межнациональных отношений в России.

Тема эта тоже заслуживает отдельной статьи, потому что национальная политика в РФ весьма странная, она направлена лицом ко всем, кроме самих русских. Более того, само слово «русский» уже практически не упоминается российской властью. Только «россияне». Открыто называть себя русским в РФ уже просто опасно – можно быть обвиненным в национализме, фашизме, в «разжигании». Одновременно с этим Кремль оказывает непропорционально большую поддержку «кавказским народам», и не только финансовую. Так, российские власти открыто, подчас официально решают вопросы с т.н. «диаспорами», хотя по закону все граждане РФ должны быть равны и не прятаться за спинами соплеменников.

За объективом телекамеры ситуация гораздо хуже: этнические группировки просто выкупают своих прямо из КПЗ, завязывают «деловые отношения» с представителями власти, пользуясь безнаказанностью, часто творят форменный беспредел. И именно подобными действиями власть сама разделила граждан на два враждующих лагеря.

Чисто бытовая ксенофобия, возникающая при виде заполоняющих московские улицы мусульман, которые режут баранов в переулках, – это уже давно не самая серьезная проблема. Во всяком случае, она-то как раз очень легко решается соблюдением обычных правил общественного порядка в отличие от проблемы коррумпированной смычки российской власти и этнических группировок. Но в Кремле отказываются признавать существование этой проблемы. Более того, после событий на Манежной там сделали несколько громких заявлений, которые многие расценили как «прокавказские» или «антирусские». Вместе с поддержанной Медведевым «десталинизацией» это лишь опустило его авторитет в глазах многих избирателей.

Что это – откровенная глупость самоуверенных властителей России или очередная хитрость, направленная на сохранение и укрепление власти?

Что же, в истории России уже был один государь-император, кстати, лицом очень похожий на её нынешнего президента, который полагал, что в его державе всё хорошо и стабильно аж до самого 1917 года. Стрелял от скуки ворон, издавал манифесты и прожекты, очень увлекался высокими технологиями (собрав коллекцию автомобилей) и верил, что царская власть незыблема, как стены Кремля. Каково же было его удивление, когда ему предложили подписать отречение!

Поэтому не стоит отвергать версию о том, что российская власть просто не ведает, что творится за окном её персонального автомобиля, и совершенно уверена в том, что мандаты, деньги и охрана защитят её от любых неприятностей. Вообще, сейчас, в преддверии избирательной кампании в Госдуму, российская элита больше озабочена грызней друг с другом за место в парламенте, чем возможной угрозой со стороны «быдла».

Однако более интересной выглядит другая версия: использование национализма как нового знамени, под которым Кремль будет укреплять свою власть. То есть действия этих людей отнюдь не безрассудны, они продуманы и спланированы.

Почему же национализм? Возможно, потому, что сейчас, в отличие от 90-х годов, у россиян уже нет былой надежды. Многие видят, что страна успешно двигалась вперед, но несколько не в том направлении, в каком было нужно. Причем сейчас дать задний ход и выйти из этого тупика будет даже несколько труднее, чем в 90-х годах. Да и выводить Россию уже некому. Вера в генерала-спасителя тоже угасла вместе с медленным разложением армии, в которой на руководящих постах не осталось более Наполеонов, Пиночетов и Корниловых, а одни только штабные паркетные шаркуны.

Но в Кремле и не хотят никаких Пиночетов – там себя прекрасно чувствуют «эффективные менеджеры». Вот только чем же завлекать народ на следующих выборах? Россказнями о создании уникальной нанокраски для олимпийского трамплина в Сочи? Да чихать все россияне хотели на этот трамплин!

Зато тема национализма, тема межнациональных конфликтов в той или иной степени интересна почти всем – и московским мажорам, и челябинским гопникам, и краснодарским фермерам. И вот если её умело разогреть до нужного градуса, то политик, который не побоится публично заявить об этой проблеме, да еще позиционирует себя как сторонник русского большинства, будет иметь хорошие шансы на победу. Например, на президентских выборах 2012 года.

А главное, в более далекой перспективе межнациональный конфликт, как известно из истории, является отличным средством для предотвращения конфликта социального, потому что российской элите гораздо спокойнее, когда толпа избивает на Манежной «чурок», а не громит виллы на Рублевке.
Только экстренная и самая важная информация на нашем Telegram-канале