...не на женщину-математика, а на засидевшегося на троне старца-президента. Кому и почему мешает Хосни Мубарак и что может ожидать страну пирамид после его отставки?

Честно говоря, мешает он многим. Но, в основном, внутри страны. Именно поэтому Египет и взорвался столь массовыми акциями протеста, собирающими на площадях миллионные толпы. Причем эти цифры реальные, в отличие от завышенных в десятки раз числа участников Майдана, потому что собрать в густонаселенном Каире миллион человек – это не трудно. Особенно когда многие из них и без того околачиваются с утра до вечера по улицам в поисках случайного заработка.

Когда западные СМИ с ликованием объявили, что народ Египта вышел требовать демократии, они, как всегда, выдали желаемое за действительное, потому что как раз демократии он жаждет менее всего. Некоторые египтяне даже не знают, что означает это слово, потому что не учились в школе и вообще не умеют читать. Нет, на самом деле народ Египта вышел на улицы потому, что хочет денег – кто-то хотя бы небольшой постоянный доход, а кто-то более высокую зарплату. Как и в случаях других «цветных революций», главной движущей силой египетской бузы являются сугубо личные корыстные интересы индивидуумов. Это вполне нормально, потому что скакать по майдану за голую идею, не имеющую никакой привязки к личному интересу, – это верный признак детства или шизофрении. Ненормально тут то, что египтяне позволяют себя обмануть. Так же, как позволили себя обмануть грузины, украинцы, киргизы и прочие жертвы «демократизации».

Как известно, всё началось с Туниса – государства, которое никому не нужно и не интересно со времен Второй мировой войны. Поэтому когда там случился политический переворот, одобренный Западом и названный «финиковой революцией», то в странах арабского мира Средиземноморского региона заговорили о том, что тунисский опыт нужно развивать и распространять по всем государствам с финиковыми пальмами.

Возможно, Тунис стал эдакой Грузией, на которой первой из стран СНГ отработали механизм «цветных революций» для постсоветских республик, а потом стали его применять в Украине, Молдове, Беларуси, России, Киргизии. Где-то удачно, где-то нет.

Теперь вот революционный клич пронесся по жарким южным пескам, от Алжира до самой Иордании. Трудно сказать, где реально была намечена следующая «финиковая революция» и была ли намечена вообще. Однако свое дело сделало эхо тунисских событий. В Иордании оно настолько напугало короля, что тот приказал сменить Кабинет министров – очевидно, чтобы изобразить перед подданными видимость каких-то реформ. А вот в Египте, похоже, это эхо приняли за выстрел «Авроры».

Действительно, ничего подобного в Египте никто не ожидал. Хотя всем было прекрасно известно, что это страна с большими проблемами, где половина населения с трудом перебивается с хлеба на воду, где часть граждан вообще безграмотна, где власть даже не знает точно, сколько у неё этих самых граждан. Ведь переписи населения в классическом понимании в Египте никто не проводил, приблизительное количество населения тамошние чиновники высчитывают, исходя из непонятно откуда взятых ими цифр средней рождаемости и средней смертности. И вот этой страной, живущей за счет туризма, Суэцкого канала и заливных огородов Нила в течение более тридцати лет правит египетский «бацька» Хосни Мубарак.

В свое время этот бравый летчик-истребитель, который дважды проходил военные курсы в СССР, пользовался большим уважением со всех сторон. Его очень уважала армия (и пока еще уважает до сих пор). А нужно сказать, что армия в Египте – это самая реальная сила, в том числе политическая. В отличие от Украины, где офицеры и генералы – это просто государственные служащие, пристроившиеся растаскивать бюджет обороны и военные склады. Египетские офицеры и генералы, в отличие от своих украинских коллег, видят в танках и бронетранспортерах не тонны потенциального металлолома, который нужно как-то списать и вывезти, а инструмент, которым можно влиять на власть, общество и окружающий их мир.

Мубарака очень уважали и уважают его союзники и даже его противники. Во многом благодаря тому, что при сотрудничестве с СССР, а затем с Россией, он сохранял вполне конструктивные отношения с Западом. С ним можно было иметь дело: Мубарак никого не кидал, не устраивал политических истерик и не тырил товары с проходящих через канал судов. Более того, именно с ним связывают прекращение череды арабо-израильских конфликтов: бывший герой войны 1973 года, командуя тогда египетской авиацией, он взял курс на мирное соседство с Израилем после своего прихода к власти. А без Египта арабская «реконкиста» уже не мела смысла и сошла до уровня мелкого терроризма.

Сменив в 1981 году убитого во время военного парада Анвара Садата, он несколько либерализовал внутреннюю политику в отношении прозападной и левой оппозиции. Однако резко закрутил гайки исламистам, практически разгромив их и загнав в глубокое подполье. Именно поэтому Египту, этой одной из крупнейших мусульманских стран, в ближайшее время не грозит никакая «исламская революция». Пока что её делать просто некому.

Но эта угроза станет реальностью, если нынешние события в Египте пойдут по наихудшему из вариантов. А это вполне возможно, учитывая, что в данном случае мы имеем спонтанную самодеятельность египетской оппозиции, поддержанную некоторыми западными кругами.

Итак, сигналом к египетскому бунту послужили события в Тунисе, однако смелости оппозиции придал назревающий конфликт между Мубараком и армией. Дело в том, что 82-летний президент Египта уже задумался о вечном, а потому начал готовить себе преемника, выбрав на роль оного своего сына Гамаля. Подобная ситуация «прокатила» в КНДР и Азербайджане, однако египетская армия, при всем уважении к своему генералу, не испытывает такого же чувства к его сыночку. Возникли трения, но Мубарак был непреклонен, и тогда, по слухам, военные приготовили на должность будущего главы державы кандидата из своих рядов.

Таким образом, после смерти Хосни Мубарака страну ожидали вначале скандальные президентские выборы, а затем военный переворот. В принципе, ничего плохого для страны и Запада в этом не было бы, потому что военные гарантировали бы порядок в стране, что для туристически транзитного Египта является самым главным. Либерализм же принес бы туда сначала хаос, резкое ухудшение экономической ситуации, а затем традиционное резкое увеличение социального расслоения народа и всевластие местных олигархов. То есть это было бы просто возвращение в эпоху феодализма. А в условиях Востока подобное неизменно влечет за собой рост радикального исламизма как социально-религиозного движения, привлекательного для обозленной, но темной бедноты.

Вы только представьте, какой удар для экономики Европы принесло бы закрытие Суэцкого канала в связи с терактами или гражданской войной в стране!

Именно поэтому до сего времени влиятельные круги Европы не предпринимали никаких попыток сместить Мубарака. Более того, говорили о неких эмиссарах, которые пытались уговорить Мубарака и его генералов найти между собой компромисс и выбрать устраивающего всех преемника. Этой же точки зрения придерживались и США, которым до определенного времени нужно было поддерживать своих европейских союзников.

Но теперь интересы Америки изменились, и Хилари Клинтон гневно требует «демократических реформ» в Египте, наверняка прекрасно понимая, к чему это может привести. Но то, что обернется для Европы резким ростом цен на нефть и товары с Востока (а это огромный поток ширпотреба из Китая, Индии, Кореи, Тайваня и т.д.), то будет выгодным для США. Упадок европейской экономики – это шанс для роста американской экономики, ведущий за собой и укрепление Америки в качестве лидера западного мира. Заодно и возрастет роль контролируемого американцами Панамского канала.

В общем, американские демократы «свистнули», их европейские «пудели» поддержали своих патронов, и всё это придало смелости египетским «революционерам», которые представляют, в основном, движения либерально-демократического толка, защищающие интересы среднего и крупного бизнеса. Но, как водится, народу они навешали на уши лапшу о том, что страну спасут только немедленная отставка «диктатора», избрание «демократического правительства» и немедленные экономические реформы.

Учитывая, что массовые бунты в Египте – явление нередкое, случающееся по самым разным поводам, оппозиционерам оставалось лишь возглавить один из них, а затем усиленно раздувать пламя «революции». В общем-то, видимость революции этому бунту придало лишь то, что бурлящую толпу уговорили скандировать «Имхотеп! Имхотеп!»... то есть, простите, «Долой Мубарака!». А потом это было мгновенно показано по всему миру западными СМИ и прокомментировано как «демократическая революция в Египте».

Судя по всему, к организации этих событий были подключены структуры, в состав которых входит т.н. «перспективная молодежь» – это студенты и выпускники вузов, которые не могут найти себе приличную работу, но имеют огромные амбиции, а потому готовы встать в первых рядах любой революции, лишь бы она давала им хотя бы иллюзорный шанс.

Теперь ситуацию в Египте пытаются взять под свой контроль три силы. Первая – это сам Мубарак, который пытается удержаться у власти и при этом хорошо понимает, что его единственной опорой являются силовики. Вторая – это армия, которой, кажется, удалось найти какой-то компромисс с президентом, потому что тот распустил правительство либерала Ахмеда Назифа и назначил премьером Ахмеда Шафика – человека из армейских кругов, который, кстати, тоже служил в ВВС. Думается, что обе эти силы уже можно назвать одной единой, и ей будут оказывать всецелую поддержку все здравомыслящие круги Европы, заинтересованные в спокойном Египте.

Однако третья сила, представленная «либерально-демократической оппозицией», владеет самым веским аргументом – миллионной разъяренной толпой, которая уже не только скандирует и швыряет камни, но и грабит музеи и государственные учреждения, поджигает полицейские участки. Собственно говоря, толпа вошла в раж, и её всё меньше интересуют какие-то там демократия и реформы – она явно хочет поплясать вокруг повешенного Мубарака с тюками награбленного добра под мышкой.

Пока что этот негатив еще удается прикрывать лозунгами о демократии и личинами «народных лидеров», тем более, что на роль египетского Ющенко был приглашен весьма уважаемый человек – бывший глава МАГАТЭ и лауреат Нобелевской премии Мохаммед аль-Барадеи. С такой «иконой», а также с поддержкой западной прессы, которая по привычке (или по указке) встала на сторону «восставшего народа», оппозиции легче бороться с «диктатором» Мубараком.

В целом же, у Египта теперь есть только два пути. Либо ситуация в нем решится по французскому варианту, когда беспорядки будет продолжаться долго, но в конце концов будут подавлены, и страна снова станет раем для туристов и воротами между Азией и Европой. Либо Мубарак повторит судьбу древнего фараона Пепи II, после рекордно длительного правления которого Древнее Царство погрузилось в хаос восстаний и погибло в бесконечных междоусобицах.