...Юлии Тимошенко он, ни много ни мало, тестирует Европу на решительность в вопросе интеграции своей страны. Вот так нашему лидеру, по их мнению, больше нечем заняться, кроме как играть с огнем своих же евроинтеграционных обещаний.

Впрочем, что там обещания – сколько их уже невыполненных? Одним больше, одним меньше – сути не изменит… Хотя… Если Янукович сможет добиться реальных успехов на западном векторе внешней политики… Только не декларативных, а ощутимых для каждого, вроде отмены или крайнего облегчения визового режима, то кто знает, сколько других промахов избиратели ему простят? Так что не игрушки это, а вполне себе серьезный вопрос политического выживания Президента на следующих выборах. А что думают компетентные в таких делах эксперты?

«Правом автора» назвал утверждение о тестировании Януковичем ЕС директор Агентства моделирования ситуаций Виталий Бала. Он с ним не согласен, хотя и вероятность проблем из-за дела Тимошенко не отрицает. «Здесь надо понимать одну простую вещь. Те представители власти, которые затеяли этот процесс таким образом, который проходит так, что речь не идет конкретно о Тимошенко (не исключая, возможно, хороших личных отношений Тимошенко с представителями европейских структур), а речь идет о процедурах и о том, каким образом это делается. В этом основная проблема, и это ставит под угрозу и подписание ассоциации с ЕС», – сказал он.

«И я думаю, что могут быть проблемы насчет визового режима. Для европейских демократий эти понятия не чисто вербальные, они функциональные – в этом различие в подходах. И пока мы не поймем, что те правила, которые там действуют, надо соблюдать, если мы хотим интегрироваться в ЕС, а не просто говорить, что мы их будем соблюдать, до тех пор у нас всегда будут проблемы», – предупреждает Бала.

Не согласен с утверждением британских журналистов и директор Украинского центра социальной аналитики Евгений Филиндаш. «Янукович судом над Тимошенко решает, прежде всего, свои внутренние проблемы и задачи внутриполитические – он устраняет своего главного конкурента на будущих президентских выборах», – отметил он.

«Что же касается взаимоотношений с Европой, то как бы ни закончился этот процесс (а закончится он, скорее всего, обвинительным приговором), каких-либо радикальных изменений во взаимоотношениях с ЕС не произойдет, так как интересы ЕС нынешней украинской властью соблюдаются ничем не хуже, чем предыдущей властью: мы по-прежнему не входим ни в какие интеграционные объединения в рамках СНГ, отказываемся входить в ТС, в частности. Наши власти по-прежнему заявляют о стремлении в ЕС, о желании подписать договор о ЗСТ и об ассоциации – то есть мы идем на многочисленные уступки, как и раньше, Западу», – считает Филиндаш.

Директор Центра политического маркетинга Василий Стоякин и вовсе обвинил авторов пассажа о «тестировании» в двойных стандартах. «Если в Европе сажают бывшего высокопоставленного коррупционера, то это не считается тестированием Европы на предмет желания сохранить демократические, авторитарные нормы. Никаких вопросов не возникает. А вот если сажают нашу «кицю» – это ужасная обида», – возмутился он.

«Как-то несолидно для «Экономиста» выступать с такими пропагандистскими материальчиками, хотя, с другой стороны, а что еще от них ожидать?» – отметил Стоякин.

Не видит никаких продуманных тестов и глава центра «Третий сектор», политолог Андрей Золотарев. «Суд над Юлией Тимошенко находится в плоскости иррационального, то есть это, скорее, сведение политических счетов, личная неприязнь», – считает он.

«Тестирование – это прагматичный шаг с просчетом ситуации. Какого-то просчета ситуации в данном случае я не вижу», – подчеркнул Золотарев.

Эту мысль развивает директор Европейского института политической культуры Александр Булавин. «Во-первых, я сомневаюсь, что Администрация Президента или сам Президент способны на то, чтобы так далеко заглядывать вперед. А второе – это то, что такое судилище ради того, чтобы протестировать общественное мнение, не нужно. Общественное мнение Запада можно протестировать на примере взаимоотношений Украины и России по поводу маяков или газовых контрактов. Это значительно более масштабные события, по которым можно оценивать деятельность правительства и внимание к этой деятельности со стороны западных государств», – заметил он.

«Я не думаю, что даже европейская страна любая, в том числе и Великобритания, проводила внутри что-либо подобное для того, чтобы протестировать. Сейчас речь идет о Стросс-Кане. Представьте на минутку, что вся история со Стросс-Каном придумана и спровоцирована для того, чтобы определить, как мировое общественное мнение относится к тем чиновникам, которые ведут не слишком моральный образ жизни. То есть в данной ситуации я не поддерживаю это мнение», – объяснил Булавин.

Не верит в сознательность «теста» и эксперт корпорации стратегического развития «Гардарика» Константин Матвиенко. «Достаточно сложная стратегия – испытывать Европу с помощью такого дорогостоящего судебного процесса, который очень сильно бьет по имиджу украинских властей. Поэтому я не думаю, что это делается сознательно», – отметил он.

«Другое дело, что, конечно, реакция европейских государств, США будет учитываться, когда будет определяться допустимая мера репрессивных действий по отношению к так называемой оппозиции в Украине. Поэтому я не считаю, что это тест Януковича для Европы, но сама Европа должна понимать, что от ее отношения к этому процессу будет зависеть очень многое в Украине», – резюмировал Матвиенко.

Версия о тестировании – одна из нескольких, предложенных британскими журналистами для объяснения ситуации с Тимошенко. Но она единогласно отметается украинскими политологами. Действительно, вряд ли Януковичу нужно опытным путем нащупывать, насколько далеко он может отклониться от желаний Запада без вреда для евроинтеграционных перспектив Украины. Это того не стоит. Тут намного проще: если это и впрямь политическая расправа, то что уж тут заботиться о мнении зарубежных оценщиков? Если нет – то зачем какие-то тесты?

Вряд ли Янукович планирует сидеть на двух стульях: внутренней тирании и европейской демократии. Это невозможно. Вопрос остается только в том, на каком из этих стульев Президент предпочтет обосноваться. И ответ даст не «The Economist», а украинская действительность.