Они не предали виновных честному суду, не заменили случайных людей в интернатах на квалифицированных специалистов и не признались в своей халатности. Зато устроили показательные проверки и чистки в интернатах области, чем только усугубили ситуацию.

ЗАМЯТЬ СКАНДАЛ

В апреле 2011 года в Украине разразился скандал, отголоски которого были слышны и за рубежом. В Одесской области, в Новосавицком психоневрологическом интернате избили до смерти подопечного. Подробности этого дела стали достоянием общественности благодаря правозащитникам и журналистам, в том числе - автору LB.ua Татьяне Чорновил. Одесские власти оказались в весьма затруднительном положении: скрыть произошедшее не удалось, пришлось держать ответ не только перед общественностью, но и — самое страшное — перед Администрацией Президента, которой чиновники боятся значительно больше, чем бессильного, в общем-то, гнева народа.

Каким же образом руководство области постаралось выйти из опасной для них ситуации? Для начала суд упрятал в тюремную психбольницу в Днепропетровске воспитанников интерната, фигурировавших в деле и свидетельствовавших против руководства Новосавицкого интерната (Подробнее об этом можно прочесть в тексте Татьяны Чорновил «Під опікою в концтаборі-2»).

После, чтобы сымитировать активную работу, одесский губернатор Эдуард Матвийчук открыл при обладминистрации общественную комиссию. Руководитель для нее нашелся сам: Максим Мелецкий, участник заседания Гуманитарного совета при Президенте, сам инвалид-сирота, воспитанник специнтерната. Главное — этот человек публично требовал отставки губернатора после убийства в Новосавицке. А какой лучший способ обезвредить врага? Правильно, сделать его своим другом.





Максим Мелецкий должен был проверять интернаты Одесской области до 5 ноября, но потом комиcсии разрешили работать дольше.

Мелецкий предоставил губернатору просьбу от общественников о создании комиссии в Одесской области. Просителями выступила организация «Комитет по борьбе с организованной преступностью и коррупцией». Вот этот документ от 26 августа 2011 года:



Важные моменты из этого письма, которые стоит запомнить: автор прошения, Георгий Блощица, представляется исполняющим обязанности председателя Комитета по борьбе с организованной преступностью, а Мелецкий — представителем Ассоциации ХИД по защите прав детей и инвалидов. Письмо скреплено печатью.

Уже 9 сентября Эдуард Матвийчук своим решением создает комиссию, включив в нее, кроме просителя Блощицы и Мелецкого, представителей обладминистрации и журналистов. Поводом для создания комиссии, согласно документу, является именно обращение «Комитета».

КОМУ СИРОТЫ, КОМУ ЗЕМЛЯ ПОД ЗАСТРОЙКУ

Итак, комиссия, получив разрешение на проверки от губернатора, отправляется по интернатам области. Но обнаруживает почему-то только мелкие нарушения — за них делают выговор директорам, но имидж областной власти они не ухудшают. Единственный интернат, к работе которого возникают серьезные претензии — Одесская школа-интернат №7 для детей с ДЦП и последствиями полиомиелита (тут учатся как «домашние» дети, так и сироты). Не психоневрологические интернаты для взрослых, откуда то и дело поступают новости о нарушениях, а чистый, с хорошим ремонтом и приветливым персоналом интернат. Ситуация кажется комиссии настолько ужасной, что директора школы, Юрия Семенюка, предлагают уволить — что и происходит 9 декабря.



Бывший директор интерната Юрий Семенюк остался работать в школе учителем физики
За увольнение директора голосовал облсовет, причем решение удалось провести только со второго раза. Переубедить губернатора не смогли даже родители воспитанников интерната, митинговавшие в поддержку директора под облсоветом. Родители и выпускники утверждают, что Семенюк был лучшим руководителем за все время существования школы, и что они не имеют к нему абсолютно никаких претензий.


Кроме того, у родителей воспитанников есть серьезные основания считать, что директора снимают, чтобы поставить на его место кого-то более сговорчивого — кого-то, готового «уступить» часть территории школы. Дело в том, что седьмой интернат находится в на Фонтанной дороге, совсем близко к морю. Окружающие школу имения впечатляют, а земельный участки стоят огромных денег. За сотку земли тут просят до 50 тысяч долларов. Территория же интерната — целых 1,2 гектара. «Мне предлагали сделки: я подписываюсь под документом, согласно которому часть территории нам совсем не нужна. Чтобы вы понимали, в этом месте у нас сад и спортивная площадка. Взамен мне предлагали деньги либо же намекали, что и для меня найдется в Одессе «домик», - рассказывает Семенюк. Сам он вместе с семьей до сих пор живет в общежитии, участвовать в сделке отказался.



Окружающие интернат имения стоят огромных денег, причем на фото - далеко не самое впечатляющие из них
Родители уверены: директора сняли для того, чтобы забрать у интерната землю. Испуганные возможностью такого исхода, они не только организовали акцию протеста, но и написали гору писем областному руководству и в высшие органы власти, выступили на местном телевидении. Впрочем, ни одно из этих действий не возымело ожидаемого эффекта.

"ИНТЕРНАТ БЫЛ МОИМ ДОМОМ"

Выводы комиссии, повлекшие увольнение директора, изложены в специальном отчете. В пику директору ставят пятно плесени на стене одной из комнат, плохую мебель, незаасфальтированную площадку перед зданием интерната, унижение чести и достоинства воспитанников со стороны директора (хотя никаких фактов такого унижения в документе не зафиксировано).

LB.ua побывал в интернате №7 — это несколько очень старых, но ухоженных зданий с неплохим ремонтом, хорошей территорией, солидным забором и охраной на входе. Внутри чисто, светло и… весело, несмотря на диагнозы воспитанников. В коридоре упражняются в пении ученицы старших классов, младшие толкаются у аквариума с рыбами, между классами снуют деловитые учителя. Разговаривать о конфликте вокруг смены директора тут, ожидаемо, не хотят. Сами воспитанники (имен не указываем во избежание санкций касательно детей) заверяют: им тут хорошо, хотя атмосфера в последнее время стала ужасной. Ребятам, росшим в тепличных условиях интерната, пришлось впервые столкнуться с гадкими интригами взрослых.



В приличное состояние интернат привел именно бывший директор — этого не отрицает нынешний директор заведения Наталья Могилевич, об этом говорят выпускники. Сирота Катя вспоминает, как изменился интернат с приходом Семенюка: «В интернате меня поставили на ноги, тут был мой дом. Раньше мы спали на ужасных кроватях, в туалет было страшно зайти, не всегда были сытые. Помню, как положила на ночь бутерброд под подушку, и до самого утра под моей койкой скреблись крысы. С приходом Юрия Евгеньевича стало чисто и хорошо, появилась новая мебель. Директор искал для меня деньги, организовывал операции».


Другой выпускник интернат, Дима - сейчас участник сборной Украины по паралимпийскому фехтованию (парень планирует представлять Украину на Паралимпийских играх в Лондоне в этом году, его участие должно подтвердиться в ближайшее время). «Кому-то выгодно разрушить слаженный механизм нашего интерната, созданный Юрием Евгеньевичем. Не знаю, правда, для чего», - говорит Дима. Парень вспоминает, что директор ко всем воспитанникам обращался на Вы — даже к самым маленьким.



Выпускник интерната Дима не боится говорить о конфликте вокруг увольнения директора, хотя из-за своей говорливости может потерять губернаторскую стипендию
Сейчас некоторые родители боятся отправлять детей в интернат: после смены директора атмосфера накалилась, более того — стали происходить странные вещи. Когда одна из воспитанниц упала в школе и сломала ногу, это попытались скрыть. Ребенок целый день проплакал, но внимание на него обратили только вечером, когда приехала мама. Ее заверили, что девочка... пришла в школу с уже поломанной ногой. А на вопрос, почему никто не вызвал для ребенка «скорую», ответить не смогли.

ПОДДЕЛЬНАЯ КОМИССИЯ

Родители воспитанников и выпускники интерната отчаянно защищают директора Семенюка.

«Мой ребенок просыпался и спешил поскорее в школу — ему там очень нравилось. Там была такая атмосфера! Все дружные, все друг другу помогают, прекрасные учителя. Завидев директора, дети обступали его и ходили за ним хвостиком — каждый хотел поздороваться и перекинуться парой слов. У наших детей было место, где им были рады, где они могли забыть о своей болезни. Сколько было сделано, как изменилась наша школа, насколько она стала лучше! Разве мы можем не отстаивать этого человека?», - говорит мама воспитанника интерната. (Имен родителей LB.ua не указывает по их просьбе. Эти люди боятся, что за выступление против Мелецкого и его покровителей их дети поплатятся местом в интернате).

Осознав, что обвинения директору выдвигают, фактически, двое людей — Максим Мелецкий и Григорий Блощица — родители и одесские правозащитники навели справки о людях, которые получили кабинет в обладминистрации рядом с губернатором. Обнаружилось, что комиссия по проверке интернатов была создана нелегитимно.

Письмо от Комитета по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, приведенное в начале текста, оказалось подделкой. Как оказалось, Комитет такого письма не писал, а его настоящий автор - Григорий Блощица - соврал, представившись и.о. председателя. Печать он присвоил самовольно. Вот письмо организации к Матвейчуку, в котором Комитет просит признать действия комиссии неправомочными и недействительными:



Мелецкий же в прошении к губернатору назвал себя представителем Ассоциации ХИД по защите прав детей и инвалидов. На самом деле на момент составления письма в организации ХИД Мелецкий не состоял. Сам он утверждает, что был членом общественной организации и поддерживал с ней контакт. Но по запросу о его членстве Ассоциация ответила так:



Эти факты были изложены губернатору — имеются копии писем, зарегистрированных в его приемной. Казалось бы, Матвийчук должен тут же прекратить работу нелегитимной комиссии и восстановить в должности директора седьмого интерната. Но ведь власти затеяли проверку, чтобы себя обелить — как же они могут признать еще одну ошибку?

Максим Мелецкий, подписавшийся под рекомендацией уволить директора, настаивает на своем: «Нарушения при бывшем директоре действительно были, и главное — их не хотели исправлять. Не велся журнал травматизма — важнейший документ, позволяющий оценить уход за детьми и прилежность воспитателей. Я считаю, что нарушения, описанные в нашем отчете — достаточное основание для увольнения директора».

Горячую поддержку Семенюка родителями Мелецкий склонен объяснять банальным страхом: «Представьте себе: звонит директор школы, где учится ваш ребенок, и говорит, что у заведения отбирают землю. Ваших детей выставят просто на улицу, и их придется везти в Херсон — только там есть школа подобного профиля, для детей с ДЦП. Какова будет ваша реакция? Конечно, вы пойдете на митинг. Но отбирать землю никто не собирался, за это я ручаюсь. А родителями и детьми просто манипулировали».

Мелецкий также утверждает, что за прием в интернат Семенюк брал деньги: одна из мам обратилась к общественникам с жалобой, вот этот документ:



Впрочем, другие родители утверждают, что взяток с них никто не требовал.

"УМЕР ЧЕЛОВЕК? НИЧЕГО, ПОХОРОНИМ"

Самое ужасное во всей этой истории — смерть ребенка-сироты, больного ДЦП. Ровно через месяц после голосования за увольнение директора седьмого интерната, Одессу всколыхнула новость: погиб ученик 11 класса этой школы Павел Кулик — утонул в море. Детей, оставшихся в интернате на время каникул (сирот и выходцев из отдаленных населенных пунктов), отправили в санаторий «Зеленая горка», к морю.

Удивляет тот факт, что погибший мальчик, Паша, активнее других воспитанников общался с прессой — выступал в поддержку Семенюка, даже признался, что называет его отцом. Согласно показаниям свидетеля, товарища Паши, мальчик сам прыгнул в море (дело было 8 января!), чтобы достать из воды фотоаппарат друга, упавший в воду накануне. Паша к прыжку готовился — даже принес с собой сменную одежду. Прыгнув в воду, он выбился из сил и не смог доплыть до берега. Фотоаппарат впоследствии так никто и не нашел.

Почему рядом не было взрослых и что они сделали для того, чтобы спасти мальчика? Ничего. В отчете воспитателя санатория, Николая Мрука, указано, что он обнаружил пропажу мальчиков через полчаса после их исчезновения (парни вышли из интерната в 12:30), искать начал только после обеда и не вызвал милицию, как того требует закон. А в конце воспитатель и вовсе признается, что судьба детей его вовсе не волновала — он решил прекратить поиски и ждать их в санатории.



Ни воспитатель, ни директор санатория не уволены. Максим Мелецкий рассказывает, что с вопросом об ответственности виновных в смерти Паши обратился к замминистра здравоохранения Раисе Моисеенко. Ответ был ошеломляющим: «Директор хороший работник, не нужно его увольнять. Ну умер человек. Ничего, похороним».


***

Акция «В интернатах Одесской области все хорошо» прошла весьма успешно. О конфликте в седьмом интернате и его директоре поговорили и забыли — история продолжается в судах, но общественность не проявляет к ним почти никакого внимания. Незаконно созданная комиссия была расформирована, так как сделала всю запланированную работу. Отдел по делам детей обладминистрации уволили в полном составе — что мало повлияло на состояние дел в интернатах, но в заголовках СМИ выглядело весьма эффектно. Тем временем родители, принимавшие участие в митингах в поддержку директора седьмого интерната, боятся водить своих детей в школу. Воспитанники Новосавицкого интерната отбывают пожизненное наказание в спецбольнице — за убийство, которого не совершали. Бывшее руководство и работники интерната на свободе. За смерть Паши Кулика не ответил никто.