Украина имеет самую большую в мире долю расходов на пенсии – целых 18% от ВВП (против 8-10 % на Западе), а через пару десятилетий на 14 стариков будет приходиться всего 10 работающих украинцев. Эти цифры, озвученные пару лет назад Всемирным Банком, стали формальным предлогом для принятия решения о поднятии в нашей стране пенсионного возраста. Пока что для женщин. Однако продолжающиеся стенания власти о невыносимости пенсионного бремени и регулярные повторения этих цифр наводят на мысль, что подобные «реформы» в пенсионной сфере будут продолжаться. А жизненный опыт учит нас не доверять словам политиков и финансистов, а искать в них очередное надувательство.

Сколько можно жить?!

Первой аферой является уже само словосочетание «повышение пенсионного возраста». Звучит, как будто политики и экономисты, из последних пыхтя над стопками бюджетных расчетов, действительно что-то поднимают на своих сутулых спинах. Так и слышен их голос: «Мы вынуждены серьезно работать над этим вопросам ради вашего блага, блага будущих поколений!». Но за этой фразой, как за ширмой, скрывается банальная и жестокая процедура сокращения популяции пенсионеров.

Зачем? Да слишком уж их много, по мнению правительства, развелось. И всем плати пенсии! Так думает не только украинское руководство: процессы «повышения пенсионного возраста» идут во многих странах Запада. В Польше его планируют поднять до 67 лет (с 65 и 60), в США до 69 лет, во Франции с 60 до 62 лет, а шведский премьер заявил, что неплохо бы отодвинуть эту планку до 75 лет!


Впрочем, шведы до своей пенсии хотя бы доживут, у них средняя продолжительность жизни 81 год. По западным странам он колеблется от 77 до 84 лет - и это результат высокого благосостояния и отличного медицинского обслуживания (в том числе бесплатного). Однако пенсионные нормы на Западе принимали еще в середине прошлого века, а то и раньше, когда средняя продолжительность жизни там была на 10-15 лет ниже. В итоге за полвека число пенсионеров выросло в несколько раз, составляя, к примеру, в той же Швеции 19% населения. Именно это вынудило западных политиков задуматься о том, что слишком уж много денег уходит на содержание оравы веселых бодрых стариков, никак не желающих помирать.

В Украине, как известно, за последние два десятилетия продолжительность жизни не выросла, а даже сократилась. У нас тенденции к росту численности пенсионеров нет – напротив, с 1992 по 2011 год их ряды уменьшились (с 14,6 до 13,7 миллиона). Стариков, словно чума, косили нищета, плохое питание, постоянные стрессы, отсутствие медицинской помощи и лекарств. Исключение составляет только одна категория пенсионеров - выходящие на отдых по выслуге лет работники МВД, СБУ и полиции ГНУ, ряды которых с 1991 года выросли в разы. Эти, кстати, будут жить долго и счастливо, поскольку здоровье на своей работе не гробили и наживали не болячки, а валюту, квартиры, джипы, нужные связи. Не будем забывать и про украинских vip-пенсионеров: бывших депутатов (типа Литвина), разных высокопоставленных лиц и почетных граждан.

Дотянут ли до своей пенсии простые украинки, учитывая наш уровень жизни и намерение властей отменить право на бесплатную медицину «на конституционном уровне» (депутат-регионал Василий Кисилев)? Трудно сказать, но средняя продолжительность жизни в стране (69 лет) уж точно не вырастет. Наверное, с точки зрения «реформаторов» так даже лучше. Чем меньше народа доживет до пенсии и будет её получать, тем больше они сэкономят на социальных расходах. Это, можно сказать, такая себе форма геноцида, когда определенную категорию населения сокращают не физической ликвидацией, а бюрократическим вычеркиванием из данной категории и самовымиранием.

«Сколько можно жить?!» - бурчала моя троюродная тетушка, глядя, как часть её семейного бюджета уходит на помощь престарелой свекрови, по мнению тетушки, слишком уж задержавшейся на этом свете. Видимо, похожий менталитет имеют и те политики, которые выступают за экономию финансов за счет пенсионеров. Пенсионный фонд всегда был для украинских властей эдаким выбрасыванием денег на ветер. Особенно для нынешних, предпочитающих использовать бюджетные деньги в своих интересах, а не тратить их на народ.


Таким образом, когда в Украине решили «поднять пенсионный возраст» для женщин с 55 до 60 лет, это означало, что было принято решение исключить из числа пенсионеров украинок в возрасте от 55 до 60 лет. Особенность процедуры «повышения» состоит в том, что пенсии лишают не получающих её сейчас стариков, а людей, которые будут получать её в будущем, растянув процедуру на целое десятилетие, дабы она прошла менее болезненно и не вызвала особого возмущения.

Кто будет следующим? Мужчины, из которых лишь 2/3 доживает до своих 60 лет? А потом, за компанию, еще раз задерут планку пенсионного возраста старушкам? В надежде, что большинство стариков через неё не перепрыгнут, а осилившие недолго будут висеть на шее бюджета…

Стар и мал

Другая афера: хотя поголовье украинских пенсионеров сокращается, мы слышим от властей бесконечные стенания о том, что пенсионеров в Украине стало больше. Как же так? Да очень просто - это смотря как подсчитывать! Лукавые чиновники ведут подсчет не по душам, многие из которых давно мертвы, а по процентам от общего числа оставшегося населения. Как известно, наше население активно сокращалось, вымирая и эмигрируя, а вот восполнялись потери весьма вяло, поскольку немногие решались рожать детей в стране бесконечных реформ и кризисов.

Сокращение рождаемости стало отличным предлогом. Политики и чиновники кивают на него, словно на стихийное бедствие, к которому они якобы не имеют никакого отношения и даже как бы пытаются преодолеть его выплатой «детских». Они убежденно заявляют, что это одна из главных причин, по которой они вынуждены (так и говорят – вынуждены) «поднимать пенсионный возраст». Дескать, в связи с тем, что количество пенсионеров и работающего населения скоро сравняется, а затем первых станет больше, чем вторых (звучит так, словно вырастет число пенсионеров, а не еще уменьшится число работающих), то «будущее поколение не сможет нести эту ношу». Поэтому власти, спасая будущее поколение от грыжи, решились на эту «пенсионную реформу».

Что ж, возразить тут будет нетрудно. Приводимые цифры количества рождаемости и соотношения старых и малых - не более чем вздорная страшилка, рассчитанная на недалеких обывателей родом из села. Это ведь там «внуки стариков кормят», причем в самом прямом смысле. Тот картошки принесет, та обед приготовит, этот денег на хлеб даст. Вот почему в селе издревле все старались иметь как можно больше детей и внуков.


Однако система пенсионного обеспечения совершенно иная. Она не зависит от количества детей. Она зависит исключительно от размеров пенсионных фондов («центральных» и личных накопительных счетов), которые тоже не зависят от количества работающих. Они зависят только от количества поступающих денег. Желаете поспорить?

Давайте отправимся во времена Святой Руси. Малиновый звон, праздничные сермяги, свергают пуговицы на мундире городового, по тротуару прогуливаются дамы в шляпках под зонтиками – полное благообразие и… никаких пенсий. Точнее, на пенсии могли рассчитывать лишь госслужащие, отставные офицеры, инвалиды войны и небольшая часть рабочих – всего менее 5% населения. Причем для простых служащих пенсии были довольно мизерные: от 21 рубля для почтальона до 168 рублей для титулярного советника, и это в год! А инвалидам войны до конца XIX века пенсию часто заменяли «довечным постоем», обязав его односельчан носить ему еду, чинить одежду и крышу. Не хватало у великой православной империи денег на пособие для своих покалеченных в боях солдат. У неё-то и на целых солдат денег не хватало, поэтому целые полки определялись на постой по городам и селам, объедая население, которое отнюдь не восторженно воспринимало свалившуюся на него обязанность кормить, поить и укладывать спать своих «защитников».

Это, заметим, в стране, которая тогда была мировым лидером по рождаемости и приросту населения. Лишь около 10% её населения составляли люди «пенсионного» возраста (от 55 лет), а вот трудоспособные (от 15 до 55 лет) занимали 53%, и остальные 37% приходились на детей до 15 лет. Причем тогда работали все: не только взрослые (папа с мамой), но и старики, да и дети (с 10 лет) без дела по улицам не бегали. Подрабатывали жены рабочих (стирали, мыли, торговали), работали жены мещан и интеллигенции (учителями, машинистками, белошвейками), а в селе, где жило 87% населения, труд был поголовно обязательным. Лишь члены семей крупной буржуазии и высшей аристократии (менее 0,1% населения) не обременяли себя работой (они музицировали). Почему же русский народ не мог заработать себе на пенсию?

Основная причина была в крайне низкой производительности труда. 90% крестьян вели полунатуральное хозяйство, 75% с трудом кормили себя сами или недоедали. Объем сельскохозяйственного производства на душу населения (в рублях) составлял всего 57 рублей против 92 у британцев, 157 у американцев и 193 у французов. Не радовали и цифры объема промышленного производства царской России: всего 44 рубля против 182 у Германии, 263 у Франции, 397 у США. Доля России в общемировом производстве составляла всего 1,7%, при том, что её доля в общемировом населении была аж 13%.

Также Россия отставала и в доходах на душу населения: всего 63 рубля (на 1900 год) против 127 в Австрии, 233 во Франции, 273 в Англии и 346 в США. Ежемесячная зарплата русских рабочих была в 2-3 раза ниже, чем у европейских, и в 4,5, чем у американских. «Если сравнивать потребление у нас и в Европе, то средний размер его составит в России четвертую или пятую часть того, что в других странах признается необходимым для обычного существования», - заявил на совещании министров 17 марта 1899 года С.Ю. Витте.


С людей, которые с трудом зарабатывали себе на обед, было просто нечего взять. Даже в пенсионный фонд. Они не могли даже откладывать себе накопления на старость и лишь «клепали» детей, благо, это дело было нехитрое. Поэтому держава могла выплачивать пенсии лишь ограниченной группе военных и служащих, беря средства из бюджета, который, в свою очередь, наполнялся за счет торговли водкой (26% поступлений), налогов и пошлин на экспорт сырья и продовольствия, и лишь в самую последнюю очередь (всего 7%) за счет прямых налогов на подданных.

В то же время в странах Западной Европы, где демографические показатели были гораздо хуже, но доходы и производительность в разы выше, уже в конце XIX века появились современные пенсионные системы (бельгийского и германского типа), которые быстро охватывали сначала работающее население, а потом и иждивенцев. Ибо было с чего платить.

Таким образом, как мы видим на примере нашего прошлого, даже пятикратный перевес молодого поколения над стариками не может обеспечить работоспособность пенсионной системы. Так какой смысл призывать к увеличению рождаемости и плодить еще миллионы новых граждан, если уже сейчас половина работоспособного населения Украины либо не работают, либо работают временно, где придется, либо работают неофициально или за границей и ничего не платят в пенсионные фонды? Зато по достижению пенсионного возраста они все придут с протянутой рукой к государству.

Собственно говоря, смысл тут простой – людям просто морочат голову. Пока они, поверим политикам на слово, будут увеличивать рождаемость, пока они поймут, что это им ничуть не помогло, пройдут долгие годы и десятилетия…

Потенциал золотого унитаза

Но где же взять деньги на выплаты пенсий? А вот это уже правильный вопрос! Отбросив в сторону вздор про рождаемость и соотношение возрастных групп населения, мы переходим к самой сути проблемы.


Во-первых, необходимо максимально использовать ресурс имеющегося трудоспособного населения. В настоящее время его, так сказать, КПД составляет менее 10%. Как мы уже сказали, добрая половина украинцев вообще не участвует в наполнении пенсионного фонда. От остальных тоже толку немного. С наемных работников с их зарплатами, в разы ниже, чем западные, много не возьмешь. Тем более что им, как и их прадедам в царской России, денег едва хватает на покушать, одеться и заплатить за квартиру. Малый бизнес вообще воспринял новые форматы единого налога и единого социального взноса, как конец света, и завопил об удушении предпринимательства в Украине.

Конечно же, создать в стране миллионы официальных рабочих мест, поднять в разы производительность труда, поднять людям зарплаты до европейского уровня и заставить бизнес платить эти зарплаты плюс отчисления в бюджет и пенсионные фонды – это титанический труд, который не под силу карликам украинской власти. Тем более, что это вовсе не в её интересах, равно как и другой способ наполнения пенсионных фондов.

Он называется социальной рентой. Это совокупность различных доходов, формируемых так же, как государственный бюджет, однако направляемых не в казну, а в социальные фонды исключительно для финансирования социальных программ. В социальную ренту можно перевести часть ныне существующих налогов, пошлин и арендных плат, а можно придумать и новые. Фишка этой системы в том, что собираемые суммы (очень значительные суммы) пойдут именно на выплату пенсий и пособий, а не в распоряжение властной «элиты», которая пилит государственные и местные бюджеты по своему усмотрению.

Есть и третий способ – это подчинение крупного бизнеса (доходов) и бюджетной политики (расходов) строгому соответствию социальных интересов. Одних только вывозимых из Украины на Кипр или тратящихся на золотые унитазы миллиардов хватило бы для решения пенсионного дефицита уже сейчас и сегодня. Если бы Верховная Рада не списала своим корпорациям многомиллиардные долги перед бюджетом, то пенсии можно было бы даже повысить. Но разве это в интересах народных депутатов, правительства и Того, Кто Сидит На Золотом Унитазе?


Нет, подобные идеи они расценят как «коммунистический бред», попытки нарушить стабильность и провокацию оппозиции, рассмеются в лицо, потрясут перед вашим носом буклетом от Всемирного Банка и прогонят взашей, чтобы не мешали им продолжать работать над «покращенням».

Совершенно очевидно, что раз уж даже на Западе буржуазные политики решили заняться урезанием социальных расходов, то в Украине олигархическая власть тем более будет работать не над увеличением, а над сокращением пенсионных выплат. Ведь экономическая формула очевидна: чем больше социальных расходов, тем меньше «эффективность» (прибыльность) бизнеса. Думается, что западные политики и бизнесмены занялись кастрацией социальной системы потому, что темпы развития тамошнего бизнеса слишком замедлились, а последний финансовый кризис усугубил проблему, и теперь их экономика спешно сбрасывает балласт.

В Украине ситуация несколько иная: тут бизнес развивается как раз таки очень неплохо (если ему не мешают), даже мелкие «ЧПшники» за год зарабатывают на капитальный ремонт квартиры, за два - на новую малолитражку. А доходы владельцев корпораций вообще исчисляются миллиардами, и это при постоянных жалобах на кризис! Подобные чудеса экономики возможны именно потому, что украинские бизнесмены, будь то ларечник или олигарх, старательно экономят на зарплате работникам, на себестоимости, на выплатах в бюджет (выбивая себе разные льготы), одновременно стараясь повыше задрать цены. У нас торопятся заработать прибыль, у нас удачный бизнес тот, который приносит состояние за 2-3 года. Наши люди не станут ждать, развивая его медленно десятилетиями, как это делают на Западе. Хапнул, убежал, съел – вот их девиз.

Поэтому не стоит удивляться, когда власти решают сократить численность пенсионеров или упразднить право на бесплатную медицину – а что вы еще ожидали от людей, за которых голосовали последние десять лет? Они поступают так, как должны, в полном соответствии со своими интересами, которые просто кардинально расходятся с вашими.


Единственное, что возмущает, так это их бредовые байки, которыми они пытаются заморочить нам голову и замаскировать свои истинные намерения. Неужели они считают нас недалекими идиотами?