...а Владимир Светличный после признания в изнасиловании и убийстве дочери повесился в камере.

Маньяк Ткач больше не признается и ждет четвертого пожизненного приговора



В деле печально знаменитого «пологовского маньяка» Сергея Ткача можно ставить точку. Все эпизоды изнасилований и убийств, которые маньяк совершал в течение 25 лет, расследованы, по большинству вынесены приговоры. Новых признаний Ткач уже не делает, и сведений, что он что-то скрывает, нет. Об этом сообщил следователь-«важняк» Генпрокуратуры Анатолий Шайда.

По информации, маньяк уже получил три пожизненных срока заключения, и сейчас в суд направлено дело, по которому этих сроков, скорее всего, станет четыре. Первый суд рассматривал 40 эпизодов, второй — 8, третий — 6, в том числе убийство маленькой Яны Попович, за которое отсидел много лет ее родственник Яков Попович. Его арестовали еще школьником. (Остальные 5 эпизодов вменили в свое время Валерию Коршуну, полностью отбывшему срок и реабилитированному лишь посмертно.) И, наконец, четвертый приговор Ткач получит за убийство в 2004 году 17-летней Светланы Старостиной, в котором обвинили Максима Дмитренко, вышедшего на волю лишь несколько месяцев назад. Кроме того, вместо маньяка лучшие годы своей жизни провели за решеткой Виталий Каира, Николай Демчук, а Николай Марусенко был насильно отправлен в психбольницу. Сейчас все они уже на свободе. Понятно, что потерянные годы не вернуть, но о материальной компенсации за весь пережитый кошмар говорить можно и нужно. Об этом мы беседуем с защитником всех этих ребят Ириной Деревянко.


— Мы подали в Пологовский районный суд иски о возмещении морального и материального ущерба за незаконное осуждение потерпевших, — говорит Ирина Александровна. — Ответчики: государство Украина в лице Госказначейства, прокуратура Запорожской области и УМВД области (в лице райпрокуратуры и местной милиции города Пологи). Касательно Дмитренко подали иск примерно месяц назад, рассмотрение назначено на ноябрь. Материальные претензии: частичная оплата адвокатских, то есть моих, услуг (порядка 6 тысяч гривен), около 100 тысяч гривен — невыплаченная заработная плата Максиму за время незаконного ареста и отбывания наказания (сидел он 7 лет и 6 месяцев). А в качестве компенсации морального вреда за исковерканную жизнь мы просим 2,5 млн гривен. Считаю, что суд полностью удовлетворит наши материальные претензии, так как они доказуемы. А за моральный вред, исходя из своего адвокатского опыта, думаю, присудят Максиму миллиона полтора… Но сама процедура наверняка будет весьма долгой, обычно в таких случаях Госказначейство всячески затягивает дело, требует сотни бумаг, выписок из уголовного дела и прочее.

Да что там говорить, аналогичные дела по искам Демчука и Каиры мы слушаем уже год, в каждом гражданском деле уже по 5—6 томов. И только-только выходим на решение… Там материальные претензии примерно такие же (только адвокатские услуги — по 10 тысяч), а моральный ущерб — по 2 миллиона каждому. Думаю, что по 1 миллиону ребята получат. Каира отсидел 5 лет 3 месяца, Демчук — 4 года 6 месяцев. И есть четвертый гражданский иск в том же суде – от Якова Поповича, просидевшего вместо маньяка 8 лет и 3 месяца. Мы запросили 3 млн компенсации за моральный ущерб (так много, потому что его посадили несовершеннолетним, не дали получить образование). Материальный ущерб: 5 тысяч грн услуги адвоката и около 50 тысяч грн невыплаченная зарплата (с момента совершеннолетия).

Касательно Марусенко: чтобы заявить иск, надо согласие опекуна, его брата Виктора. Дело в том, что Николай — душевнобольной, его ведь в свое время усилиями «доблестных» правоохранителей определили пожизненно в психбольницу. Лишь когда выяснили, что он не совершал преступления, выпустили. И там надо заплатить небольшую госпошлину, а также оплатить мне хотя бы бензин (за работу я денег с них не беру). Но это пока я согласовать не могу.

Осудили условно. По словам адвоката, кроме гражданских исков, в суде Марганца (не в Пологах, чтобы исключить предвзятость) слушаются дела по обвинению тех правоохранителей, из-за которых молодые люди попали за решетку. Правда, по эпизоду с Виталием Каирой суд уже закончился. Бывшие полковники милиции Иван Ващенко и Игорь Стаценко, подполковник Николай Глеба приговорены к 5 годам заключения с испытательным сроком в 3 года. Они — экс-работники Запорожского областного аппарата милиции.

Апелляция оставила приговор в силе. До момента оглашения приговора они были под стражей, выпустили их на свободу прямо в зале суда. Такой «слабый» приговор — это следствие очень человечной, мягкой позиции самого Каиры. Он на суде заявил, что ему неприятно видеть офицеров милиции за решеткой. «Я получил моральное удовлетворение, что они, побывав в тюрьме, почувствовали то, что по их вине когда-то почувствовал я, — заявил Виталий. — Но я не желаю, чтобы они отбывали реальное наказание, считаю, их можно осудить условно».


«Я зверь, каких нет в природе, даже расстрела мне мало...»

Вот что сам Сергей Ткач несколько лет назад рассказал для в эксклюзивном интервью:

— Я сам сейчас осмысливаю свои деяния, преступления, которым по жестокости нет равных в мире и которые я совершал на протяжении четверти века… Я даже подсчеты не вел и не хотел быть самым большим злодеем всего мира. Что до меня, то мне даже расстрела мало, это слишком гуманно…

Сейчас знаю, что с 1985 года я находился в оперативной разработке милиции Павлограда и области по этим злодеяниям. Меня неоднократно допрашивали также сотрудники прокуратуры области, милицейские капитаны. Может, они нынче по здешним этажам ходят в звании полковников, им сейчас должно быть стыдно… То есть меня по подозрению в тех преступлениях задерживали, но я приносил (показывает жестами деньги. — Авт.), строил такую версию, что меня отпускали тут же. Потом я уединялся, пил ночами и разговаривал со своей собакой. И снова совершал…

… Последний случай (после которого Ткача арестовали в 2005 году. — Авт.). Я хотел окончательно показать МВД, что они не умеют работать, а только водку жрать и задерживать пьяниц. Я видел, конечно, что там, на озере, кругом люди... И что меня побудило убить девочку, не знаю, просто не знаю… Я увлек ее под корягу и утопил там. Зверь, таких в природе нету, — так могу себя охарактеризовать...

Судят оперов

Дело по незаконному осуждению Демчука (и отправки в «психушку» Марусенко) все еще слушается судом Марганца. Там 5 подсудимых, рассказывает адвокат Ирина Деревянко. Из них 4 экс-милиционера — Л., М., Н. и П. Один — бывший первый замначальника Пологовской раймилиции по оперработе. Остальные — подчиненные ему оперативники. Пятый — следователь Пологовской райпрокуратуры П-в. На «дознании» опера сломали Демчуку ногу, причем так срослось, что держится сустав на одном сухожилии. Слушания идут третий год, сейчас процесс подходит к завершению. Милиционеры поначалу были арестованы, но через полгода им изменили меру пресечения на подписку о невыезде. Правда, Л. и Н. ныне вновь арестованы за фальсификацию обвинений в адрес Якова Поповича.


Что касается самого «дела Поповича», то там еще идет следствие (расследует ГПУ), материалы в суд не поступили. Обвиняемые там те же пятеро, что и по «делу Демчука» (плюс, возможно, кто-то из областных правоохранителей, ибо Яша был несовершеннолетним). Расследуется и «дело Дмитренко», но там лишь начальная стадия, и возбуждено пока оно по факту незаконного ареста и осуждения Максима. Кого обвинят конкретно, решит следствие ГПУ, но можно предположить, что и там под суд пойдут все те же пятеро.

А вот судей, которые поддержали «выбитые» признания и отправили за решетку невиновных, пока к ответственности не привлекли. Правда, в ГПУ считают, что в этом плане еще все впереди…

Заставляли признаваться в убийстве дочери

Одной из самых первых жертв правоохранителей в будущем «деле Ткача» стал житель Павлограда Владимир Светличный. За преступления маньяка он поплатился сначала свободой, опозоренным именем, а потом и жизнью. В массовых изнасилованиях и убийствах малолетних девочек его заподозрили и обвинили еще в далеком 1991 году. Более того, заставили «признаться» в подобном преступлении… относительно собственной 11-летней дочери! В распоряжении есть материалы того давнего уголовного дела, из которых видно, как развивались события.

В 1984—1990 годах в регионах западного Донбасса и Днепропетровщины (в частности, в Павлограде и его окрестностях), как свидетельствуют документы прокуратуры, было совершено 23 нападения на девочек. При этом 11 малышек нашли убитыми, семерых — изнасилованными, было также пять попыток изнасилования, но преступника кто-то спугнул. Было замечено, что негодяй действует обычно в обеденное время, неожиданно нападает, душит руками или подвернувшимся пояском от платья, лишает жертву сознания, насилует и, как правило, убивает. За эти годы милиция и прокуратура не раз задерживали подозреваемых и проверяли их на причастность к преступлениям. Некоторых, как, например, Василия Нестеренко, даже доставляли на следственные действия из мест заключения, где они отбывали сроки за другие правонарушения. Других «брали» после соответствующих заявлений от близких и знакомых. Так, в июне 1991 года некая Б. сообщила в следственную группу по поимке маньяка, что ее сожитель Владимир П., скорее всего, и есть тот самый насильник и убийца. Он, дескать, склонен к насилию, во время близости наносил ей раны бритвой, а также вел дневник, где описывал преступления, очень схожие с теми, за которые разыскивается маньяк. И действительно, на теле Б. нашли десятки шрамов. Однако версия о причастности П. к жутким преступлениям не подтвердилась (в том числе была опровергнута анализами), а сама Б. оказалась склонна к мазохизму и нанесению себе увечий.

Так, повторим, случалось не раз. Но… В июне 1991 года в следственную группу поступили документы о том, что житель Павлограда Владимир Светличный якобы развратничает с собственными детьми и вообще способен на преступления на сексуальной почве. Правоохранители стали отрабатывать эту версию. И 25 июля получили от одной из дочерей официальное заявление о развратных действиях ее отца. (Что подтолкнуло девушку написать такое, осталось «за кадром», однако, учитывая дальнейшие события в «деле маньяка», можно предположить, что на дочь Светличного «надавили».)


Это заявление дало следствию повод 12 августа задержать Светличного, 14-го — возбудить уголовное дело, а 15-го арестовать Владимира Ильича по обвинению в развратных действиях относительно дочерей, а также в изнасиловании родственницы (ее заявление тоже получили). Но, как видно из дальнейших документов, «на уме» у следственной бригады были вовсе не родственные шашни инженера. Его готовили на роль маньяка, совершившего кучу убийств и изнасилований, на роль преступника, которого не могли поймать уже много лет (хотя экспертиза указывала и ранее, что все они совершены одним лицом). Как добились признания от Светличного, документы умалчивают, но вряд ли их «выбивание» в начале 90-х было мягче, чем 10 лет спустя, когда засудили вместо маньяка несколько человек. И признания посыпались… 15 августа Светличный написал явку с повинной о том, что изнасиловал и убил собственную 11-летнюю дочь. 16 августа — 5 явок с повинной о якобы совершенных им других убийствах в Павлограде и окрестностях. 17, 21, 27 и 29 августа — аналогичные «явки». И еще — 31 августа, 1, 4, 5 сентября. Каждый раз он весьма уверенно рассказывал (как теперь очевидно, со слов правоохранителей, которым не терпелось получить звания и ордена за поимку «маньяка»), как и когда совершал преступления, где прятал вещи убитых и пр. Например, 23 августа на воспроизведении событий в Лозовой на месте показал, как насиловал и убивал несовершеннолетнюю Людмилу О. Всего же он взял на себя 9 убийств (в том числе дочери), 2 изнасилования и другие преступления (потом было доказано, что все это совершил Ткач).

«Подсуетились», возможно, по заказу правоохранителей, и эксперты. Еще 13 августа, накануне ареста Светличного, облСМЭ провела исследования и обнаружила в его выделениях антигены А и В, аналогичные оставленным преступником на трупах убитых девочек. Ага, попался! Но потом еще ряд экспертиз (в том числе даже в республиканском Бюро СМЭ Азербайджана) эти данные опровергли. Да, сказали эксперты, волосы и выделения на разных телах принадлежат одному человеку, но это — не Светличный.

Однако для самого Владимира Ильича эти экспертизы уже ничего не значили (разве что для его доброго имени). 8 сентября 1991 года, написано в деле, «Светличный В.И. повесился в боксе следственного изолятора УВД Днепропетровской области, не оставив какой-либо посмертной записки с объяснением причин своего самоубийства». После его смерти провели судебно-психологическую экспертизу, которая установила, что Светличный находился в состоянии, предрасполагающем к самоубийству. Обусловлено это было «реальной оценкой своего положения и резкой сменой эмоциональной настроенности». Видимо, Светличный действительно реально понимал, что его ждет после всех этих «явок с повинной» (напомним, что еще ранее вместо Ткача полностью отбыл 15-летний срок Валерий Коршун, причем так и умер не реабилитированным).
В связи с самоубийством прокурор области возбудил уголовное дело, но виновных, как водится не нашли и дело закрыли по ст.6, п.1 УПК (за отсутствием события преступления). А позже закрыли и дело относительно самого Светличного, причем в материалах о закрытии ни слова не сказано об убийствах, массовых изнасилованиях, явках с повинной и прочих ужасах. Написано так, что, мол, вот его обвиняли в домогательствах в семейном кругу, он их не отрицал (частично), а потом повесился. И все.

Как рассказала на днях для вдова Светличного Людмила Григорьевна, в деле Ткача она была признана потерпевшей (ибо маньяк убил ее дочь, это 9-й эпизод в материалах). Но, увы, никакая компенсация от государства, по сути, в лице правоохранителей, загубившем ее мужа, ей не положена. Причина: официально Владимиру Ильичу никто, как и сказано выше, не предъявлял обвинения в убийствах. И он не сидел «за Ткача», как Демчук, Каира, Дмитренко… А до того, как жилось семье Светличного все годы, пока не поймали настоящего маньяка (когда все соседи считали их родными детоубийцы), никому, по словам вдовы, дела нет.


В милиции Демчука били 40 минут и сломали ногу

Из уголовного дела № 49-2608: «…Лишив, тем самым, Демчука Н.Н. свободы передвижения, Н., осуществляя совместный с Л. и П. преступный умысел, направленный на принуждение Демчука Н.Н. к самооговору в совершении изнасилования малолетней К., то есть в совершении действий, противоречащих его воле, используя незаконные методы ведения дознания, применил к нему пытки, то есть физическое насилие путем нанесения множества ударов руками и ногами в область туловища и конечностей (всего около 80 ударов). В результате этих насильственных действий Н. причинил Демчуку Н.Н. сильную физическую боль, а также телесные повреждения в виде ссадин, кровоподтеков, ушибов, относящихся к телесным повреждениям, не повлекшим кратковременного расстройства здоровья, а также внутрисуставный перелом медиальной лодыжки левой большеберцовой кости, что квалифицируется как средней тяжести телесное повреждение.



Применение Н. пыток к Демчуку Н.Н. продолжалось в течение 30—40 минут до тех пор, когда тот, будучи не в состоянии переносить сильную физическую боль и моральные страдания, был вынужден заявить о своем согласии оговорить себя в изнасиловании малолетней К., то есть того преступления, которого он не совершал и составить об этом требуемый от него заведомо ложный документ — явку с повинной».