То, о чем лишь мечтали  два поколения советских коммунистов, удалось свершить китайским ревизионистам,  которые догнали и перегнали загнивающий Запад. В этом году ВВП Китайской народной республики (17,63 триллиона долларов), подсчитанный по  системе паритета покупательской способности, превысит ВВП США (17,42). И хотя ВВП - это не более чем обобщенная денежная отчетность, никак не характеризующая уровень жизни в государстве, его размер определяет финансовые возможности экономики и место в мировом рейтинге держав. В мире, которым управляют банки, где деньги решают всё, это значит очень многое.

Одно из величайших событий в истории Поднебесной произошло без всяких помпезностей, без торжественных съездов с раздачей орденов и целования в десна. Скромно, буднично, практически незаметно для окружающих. Китай еще раз подтвердил свою непредсказуемость для остального мира.

В отдельно взятой супердержаве

Китайцы не зря называют свою страну Срединной. Тысячи лет они были убеждены, что живут в центре мира, вокруг пупа земли. Все остальные страны были для них окраинами, населенными варварами и демонами. Еще столетие назад участники восстания Ихэтуань неистово верили, что все беды в Китае от иностранцев.

Китайцы всегда были националистами – даже при Гоминьдане, даже при Мао, даже сейчас. Китайцев невозможно ассимилировать и покорить даже столетиями оккупации, что напрасно пытались маньчжуры. Однако и сами китайцы не смогли (или не захотели) навязывать свою культуру «окраинным странам», поэтому китайская цивилизация так и не распространилась по миру – в отличие от европейской или арабской. У китайских императоров не было цели «собрать земли», «освободить братьев» или «отвоевать пролив». Китай не вел экономические захватнические войны в отличие, скажем, от своей соседки Японии. Китай никогда не стремился завоевать мир – ему это было не нужно.

Поднебесная стала замкнутой в себе супердержавой без претензий на мировое господство. Тем не менее, Китай не может полностью отгородиться от остального мира, как это сделала КНДР. На это его толкают причины не политические, но экономические.

Своим нынешним могуществом Китай обязан своей экономике, а она зиждется на тесном сотрудничестве с западным миром. Собственно говоря, Китай не придумал ничего нового. Можно сказать, что он пошел по пути Японии, которая выползла из сёгуната Токугава в самурайском кимоно и соломенной шляпе, а затем упорным трудом и копированием европейских технологий выбилась в передовые экономические страны мира. Правда, в 1931-1945 гг. Япония пыталась решить свои экономические проблемы военным путем, за что и поплатилась. Китай же не стал повторять ошибки своей соседки и не пытался «исправить несправедливость» с помощью НОАК. Один-единственный инцидент на острове Доманском, чуть не приведший к большой советско-китайской войне, сразу охладил воинственный пыл пекинских стратегов. Поэтому свою «красную империю» китайцы строили не оружием, а лопатами и отвертками, прилежно сотрудничая с Западом в экономике, без всяких амбиций и претензий, словно какая-то мелкая страна третьего мира.

При этом никто не понимал, что же у Китая на уме, почему страна победившего маоизма решила стать производственной фабрикой Западного мира? Сегодня даже сами китайцы не догадываются, как их государство распорядится достигнутыми возможностями. Это неведение и молчаливая загадочность китайской внешней политики вызывают массу всевозможных предположений.

Если отбросить разный вздор вроде «штурма Белого дома», то видятся две стратегические задачи Китая. О первой он и не скрывает: поднять уровень жизни китайцев, сотни миллионов которых всё еще живут в очень спартанских условиях. О второй Пекин не распространяется, но она вытекает из его экономической стратегии: добившись товарно-производственной независимости, Китай стремится к независимости финансовой…

Как накормить миллиард

Несколько лет назад весь западный мир был шокирован заявлением пекинского руководства о том, что скоро каждый китаец сможет выпивать стакан молока в день. «Бедняги, молоко для них роскошь!» - вздыхали европейцы и американцы, погружаясь в размышления о «деспотичности коммунистического режима». Они не знали, что молоко в центральном и южном Китае не пьют со времен каменного века, там этот продукт просто непопулярен. Просто китайское руководство решило таки приучить население к здоровой и полезной пище. Молочная кампания в Китае – это что-то вроде кукурузной паранойи Хрущева.

Тем не менее, продовольственная проблема в Китае есть. Прокормить 1,36 миллиарда его населения весьма сложно. Людей много, а земли мало, и даже самые современные технологии с химией, помноженные на три урожая в год, не в состоянии обеспечить всех полным набором необходимых продуктов. К тому же существует проблема социального характера: лишь меньшинство китайцев имеют хорошую работу или свое хозяйство и могут полностью обеспечить себя, свою семью, да еще заплатить налоги государству. По сути, есть целый миллиард китайцев, которые едва сводят концы с концами.

Это не социально-экономическая, это еще и политическая проблема для государства, которая однажды может стать национальной угрозой. Пока что этот нищий миллиард не восстает только благодаря слаженной работе системы идеологического промывания и министерства общественной безопасности. Однако недовольство уже есть и случаются мелкие бунты.

Сократить лишний миллиард невозможно, а вот поднять его жизненный уровень хоть и крайне трудно, но реально. К тому же это вписывается в общую стратегию руководства КНР. Разумеется, там понимают, что поднять уровень жизни китайцев до американского и европейского простым поднятием зарплат невозможно, ведь фишка Китая - это его дешевая рабочая сила. Поэтому доходы китайцев в любом случае будут меньше, чем у немцев и американцев – в противном случае у них вообще не будет никаких доходов.

Однако проблему превращения миллиарда голодранцев в «средний класс» Пекин намерен решать американским методом – кредитованием. Десятки триллионов долларов кредита для постройки жилья, покупки автомобилей, создания новых рабочих мест, своего мелкого бизнеса и т.д. Проблема в том, что сейчас таких собственных свободных средств у Пекина нет. А международные корпорации и банки, охотно вкладывающие деньги в высокоприбыльное китайское строительство и производство, не станут финансировать этот грандиозный, но малодоходный и рискованный, на их взгляд, проект.

И вот тут пути решения двух стратегических задач китайской экономики пересекаются: Поднебесная должна сама стать мировым центром кредитной эмиссии, каковыми сейчас являются США и Еврозона. Это позволит Китаю создать триллионы кредитных долларов, которые он сможет использовать по своему смотрению, в том числе для решения проблемы нищего миллиарда. И это будет такой же полноценный «безнал», как и кредиты американских, европейских, транснациональных банков.

Красная колония

И всё же этот миллиард нужно чем-то кормить. А когда он станет «средним китайским классом», то одной лапшой уже довольствоваться не будет. Решить этот вопрос Китай может тремя способами: оросить пустыню Гоби, закупать продовольствие по всему миру или создать по всему миру собственные аграрные колонии.

Первый вариант фантастичен, второй ставит Китай в зависимость от капризов мирового рынка, а вот третий – самое то, поскольку это позволит стабильно производить продовольствие в необходимых объемах, привозить и продавать его населению по самым низким ценам. Так, усилиями всего мира, и будет накормлен Китай.

Программа китайской колонизации уже работает в ряде стран Старого и Нового Света, а в прошлом году китайцы начали прибирать к рукам и украинскую землю. Этим занимался холдинг «Xinjiang Production and Construction», представляющий собой 3-й Синьцзянский производственно-строительный корпус НОАК. Всего же Пекином создано пять таких трудовых армий, чьей задачей является экономическое возрождение отсталых регионов Поднебесной и создание колоний по всему миру. Словом, Украина капитально вляпалась, едва не став колонией Китая.

Правда, последующие бурные события в Неньке поставили китайскую колонизацию под вопрос. Для успешного ведения агробизнеса нужна стабильность, которой сейчас нет в мятущейся, разрываемой войной Украине. И вот тут возникает первая живая заинтересованность Китая в украинских делах.

Сама китайская пресса пишет, что невмешательство Пекина в украинский кризис – это огромный просчет. Правда, лукавит при этом о возможности Китая продемонстрировать себя игроком на мировой арене. Дело в том, что Китай и без того давно играет в весьма сложные геополитические игры, но предпочитает делать это скрытно. Лавры международных посредников и Нобелевская премия мира красным китайским мандаринам не нужны, они предпочитают иные ценности.

Думается, что видимое невмешательство – это следствие сложности ситуации в Украине для самого Китая. Казалось бы, как просто выбрать одну из сторон: либо встать на сторону Украины и наехать на Россию, либо встать на сторону России и раскритиковать объявленные ей санкции. Проблема в том, что подобный выбор для Китая неприемлем.

Если Китай выступит на стороне России, то это, как минимум, лишит его возможности создать в Украине свою аграрную колонию. Даже учитывая чудовищную продажность украинских олигархов и политиков, в Украине найдется немало сил, которые будут настойчиво требовать разорвать отношения с «еще одним оккупантом». Кроме того, Китай не хотел бы попасть под политическое осуждение Запада, поскольку это может иметь некоторые экономические последствия. Однако и выступить на стороне украинского правительства с осуждением России он тоже не может…

Хто захистить Вітчизну?

У Китая есть четкая стратегия наращивания экономических отношений с Евросоюзом: он хотел бы продавать туда больше продукции, получая оттуда больше инвестиций и технологий. В этом грандиозном плане России отводится роль транспортно-экономического коридора, связывающего ЕС и КНР. Украина тоже является частью этого коридора, а кроме того, и Украина, и Россия интересны Китаю как потенциальные аграрные колонии и сырьевые базы.

В интересах Китая, чтобы экономика Евросоюза работала как часы и уверенно развивалась. В этом отношении объявленные России санкции, которые эхом ударили и по ЕС, создают для Пекина непредвиденные и совершенно ненужные ему проблемы.

Как видим, интерес Китая состоит в том, чтобы между Украиной и Россией не было никакого конфликта. Потому он и не может выбрать одну из сторон, потому он и ограничивается призывами решить проблему за столом переговоров - ему необходимо, чтобы они замирились сами. Однако в данной ситуации антагонизм между Киевом и Москвой достиг очень высокой степени, так что одними призывами тут не обойтись. Кроме того, в этом конфликте заинтересованы США.

Соединенные Штаты не хотят потерять свой статус главного мирового кредитного центра. Вашингтону неинтересно, чтобы однажды китайские банки начали выдавать международные кредиты в юанях, которые вместе с евро будут вытеснять доллар. Но не только в этом состоят американско-китайские противоречия. США сами хотят вновь заполнить Европу своими товарами, как это было когда-то, чтобы поднять свой производственный сектор экономики. Поэтому американцы заинтересованы в вытеснении из Евросоюза своих китайских конкурентов.

В этом плане возникший украино-российский конфликт – очень хорошая возможность напакостить Китаю. Кроме того, возникшие после введения санкций проблемы в экономике ЕС и РФ – это хорошая возможность предложить им новые порции американских кредитов и инвестиций. Американское экономическое присутствие в Европе увеличится – китайское уменьшится.

Как в этой ситуации поступить Пекину? Хотя китайцы и считают всех белых иноземцев дьяволами на одно лицо, они отнюдь не дураки. Китайцы зрят в корень проблемы и понимают, что принять сторону Украины или России ни в коем случае нельзя, но и бесконечно ждать примирения этих дерущихся идиотов тоже невозможно. При этом, когда этот мир однажды таки наступит, он должен быть основан на взаимном согласии, чтобы ни у украинцев, ни у россияне он не воспринимался, как Версальский, и не возникало желание взять реванш, устроив новый конфликт.

Стало быть, к заключению этого мира Киев и Москву должны подтолкнуть посредники, не заинтересованные в продолжении или консервации конфликта, то есть не Вашингтон или его сателлиты, а Евросоюз, лучше всего «Старая Европа», которая одинаково авторитетна и влиятельна и для Украины, и для России. Судя по тому, что Минские договоренности были заключены именно так, то нельзя сказать, что Пекин не вмешивается в украинский кризис. Отнюдь, он является одним из главных миротворцев!

Просто хотя сам Китай и заинтересован в урегулировании больше всех, на роль такого посредника не тянет – он слишком далеко и экзотичен. Так что хотя Пекин в этом процессе играет большую роль, но он стоит за ширмой публичной политики, где, заодно, посильно мешает вмешиваться в этот процесс Вашингтону, в чьих интересах сорвать мирный процесс.

Кстати, если Штаты заинтересованы в эскалации конфликта и срыве первых договоренностей, то им не обязательно делать это лишь с помощью украинских радикальных патриотов. Точно так же они могут использовать горячие головы с другой стороны окопов, через запутанную систему веревочек дергая атаманов «русского мира», продолжающих боевые действия на Донбассе...