«Украине дают томос!» - эти радостные вопли национал-патриотов раздавались за последние полгода уже три или четыре раза. В последний раз не сдержался и сам инициатор этой затеи: Гарант обратился к украинцам с торжественной речью, поздравив их с обретением автокефалии украинской православной церкви и заверив, что томос о ней уже подписан. Вот только вручать его пока что некому, поскольку сама церковь пока еще не создана. Да и текст томоса почему-то скрывают от общественности, утверждая, что публиковать его еще рано.

«В этой стране»

В среде украинских национал-патриотов нынче популяризуется новая забавная идея: они уверяют друг друга, что после «получения томоса» Украина станет… крупнейшей православной страной мира! Это как? Да очень просто, по их словам, в Украине больше «реальных православных», чем в России и любой другой стране. Правда, кто такие эти «реальные православные», пока что выяснить не удалось, остается только догадываться. Это что-то типа «реальных пацанов», но с крестами и хоругвями?

К сожалению, большинство этих «реальных православных» не только постоянно путают крестителя Иоанна с его тезкой-евангелистом, но и путаются в значении слова «томос». Немало из них уверены, что это сертификат на независимость национальной церкви, которые выдает Константинопольский патриархат – причем, вручает его государствам. И многие полагают, что Константинопольский патриархат самый главный, типа «президентской администрации» в православии, и как он решит – так и будет.

Конечно, эту неграмотность можно ликвидировать путем просвещения. Буклеты издать, комиксы выпустить, несколько видео на Ютубе выложить. Но вот как научить людей видеть очевидные вещи за декорациями праздничного спектакля?

Не зря ведь говорят, что Украина это театр (а то и цирк). И в ней вот уже пятый год параллельно идут два спектакля, которыми подменяется реальная жизнь. Первый – это всеобъемлющий официоз затянувшегося мюзикла от политических сил Майдана. Да, они спорят между собою, кто из них больший «патриот Украины» и более «европейский», кто из них сильнее ненавидит всё советское и русское. Но это лишь спор актеров о том, кто их них лучше сыграет один и тот же сценарий. Текст которого украинцам вливают в уши каждый день с утра до вечера: «мы Европа», «весь мир с нами», «остаточно прощавай» и т.д. и т.п.

Второй – это оппозиционный андеграунд, на уровне полузапрещенного советского рок-н-ролла, точно так же заблуждающийся в том, что он является носителем правды и свободы «в этой стране». Но их «правда» - это лишь антагонизм пропаганды партий Майдана. Русофобскому национализму и преклонению перед Западом они противопоставляют пророссийский внешний вектор и мультикультурную внутреннюю политику. И то, что это совсем другое, еще не делает его истинным.

Истина не только лежит посредине, она отвергает любую монополию на истинность и непогрешимость. Вот помните такую поговорку «в споре рождается истина»? Увы, не все знают её продолжение. Если спорщики достаточно мудры, то они приходят к истине, что ни один из них не прав. А если на них снизойдет просветление, то они с горечью поймут, что являются идиотами, потому что потратили время на никому не нужный спор ни о чем.

Так вот, то, что уже много лет происходит в Украине – это как раз и есть такой вот спор между двумя политическими «творческими коллективами». Спор, в который втянулась вся «эта страна». И нынешняя «битва за томос» является частью этого бессмысленного действа.

Игроки и пешки

Сколькими пальцами предписывает креститься Библия? Там об этом вообще ничего не сказано! Тем не менее, в свое время это дискуссия об «истинной вере» привела к расколу, смуте, потом к массовым репрессиям, затем к коллективному суициду. Сколько бед случилось из-за того, что несколько святых отцов устроили между собою спор из-за сущего пустяка!

В Украине тоже может случиться много бед, если нынешняя «церковная реформа» из политического фарса власти трансформируется в неконтролируемую смуту. Тем более, что всё это является следствием давнего столкновения интересов не только Запада и России, но и двух православных патриархатов – Московского и Константинопольского.

Украинцы же в этой игре не более чем пешки, и их интересы вряд ли берутся во внимание. Да и однозначного мнения среди них тоже нет. Одних вполне устраивает нынешняя ситуация: в стране три православные церкви, в какую хочешь – в такую и ходи, а если появится четвертая, тоже хорошо. Другие хотели бы, чтобы разрозненные православные церкви Украины объединились в одну. Третьи пылают неистовым «патриотизмом», желая, чтобы в Украине была только «украинская церковь». Четвертые хотят сохранить единство с русским православием. Компромисса между ними быть не может, пока что речь лишь о том, как удержать от экстремистских действий самые горячие головы.

Впрочем, власть уже сама занимается экстремизмом, устраивая «инвентаризацию мощей» и таская на «беседы» в СБУ священников УПЦ МП. Некоторым ставят в вину отрицание каноничности УПЦ КП – мол, это является «антиукраинской пропагандой»! Тут украинские «нероны» явно начали путать богово и кесарево, хотя в современной Украине это уже едино, раз президент занимается созданием церкви. Но даже его, думающего, что он использует церковную тему в своих интересах, вовсю используют другие.

Украинцы, считающие Московский патриархат важным политическим союзником Кремля и одним из столпов российской экспансии, безусловно, правы. Кто-то к этому относится резко негативно, кто-то позитивно, но это факт. Однако, обмывая косточки Московскому патриархату, не стоит забывать о Константинопольском.

Что большинство украинцев знают о Фанаре? Практически ничего. Многие ошибочно полагают Константинопольского патриарха главой православного мира, многие наслышаны, что он не в ладах со своим московским «коллегой». Для украинских национал-патриотов этого достаточно, чтобы считать патриарха Варфоломея «другом Украины» и близким союзников в борьбе с «русским миром». Поэтому они безоговорочно доверились ему в деле создания «украинской церкви». А зря!

Немного церковной истории

Когда-то Византия имела недобрую славу «империи коварства» - поскольку унаследованное ею от Рима искусство интриг и «спецопераций» было поставлено там во главу угла государственной политики. В конце концов, эти интриги её же и погубили, но в период своего расцвета Византия плела сети заговоров по всему миру, не хуже современной Америки. В том числе и в «скифских землях», откуда византийцы видели для себя угрозу. И они прилагали усилия для устранения этой угрозы: убили князя Святослава руками печенегов, помогли взойти на престол его бастарду и обратили его в православие, после чего походы руссов на Царьград надолго прекратились.

Константинопольский патриархат веками был государственной и придворной церковью Византии, и немало перенял от её политиков. Но так же, как между собою грызлись правители империи, не было единства и во Вселенском патриархате. Несколько веков его фракции боролись между собою по внутренним вопросам, а с началом упадка Византии разделились и в отношении внешних векторов. «Партия унии», то есть союза с католическим Римом, возникла в нем еще во время Лионского собора (1274 год) и значительно укрепилась на Ферраро-Флорентийском (1431), видя в унии возможность защиты от угрозы с востока. Но ей всегда противостояла мощная «православная партия», опиравшаяся на консервативные верующие массы.

О, это было время интриг, достойных экранизации! Флорентийская уния инициировала церковную смуту, длившуюся два столетия, итогом чего стало падение Константинополя (лишившегося союзников), провозглашение автокефалии Московской митрополии, и борьба за Киевскую митрополию – которую упраздняли и восстанавливали несколько раз, разрывая её между Фанаром (в котором надолго воцарилась лояльная к османам партия), католической церковью и набирающей силу Москвой.

Кстати, Брестская уния, давшая начало греко-католическим церквям, была создана не только с целью католической экспансии на восток. Иерархи тогдашней Киевской митрополии (второй после восстановления), принявшие унию, «убегали» тогда вовсе не от Московского, а от Константинопольского патриарха. Как так?

Почему-то все забывают, что вторая половина 16 века была расцветом могущества Османской империи, которая вела медленное наступление на земли Речи Посполитой. Взятие Киева и Львова турками тогда считалось вполне серьезной угрозой – ведь они захватили Будапешт и хозяйничали в Молдавии. Ну а вслед за властью султана распространялось и влияние Фанара – того, что осталось от Константинопольского патриархата после падения Византии. На землях османской империи все православные церкви должны были безоговорочно подчинятся Вселенскому патриарху – который в свою очередь был зависим от милости султана. И все первые автокефалии Сербской, Болгарской и Румынской церквей, а также Охридская православная церковь были уничтожены совместными действиями османов и Фанара. Причем, их окончательная ликвидация произошла не так уж и давно, во второй половине 18 века.

А вот еще исторический факт: когда Богдан Хмельницкий поднял одним из лозунгов своего восстания противодействие унии, то к нему немедленно прибыли эмиссары Фанара. И предложили такую сделку: Хмельницкий признает себя вассалом Османской империи с правом автономии (по примеру Валахии и Молдавии), а Фанар гарантирует, что православная Киевская митрополия (третья по счету) будет процветать под властью Вселенского патриарха. Вот почему Хмельницкий тогда вел переговоры о помощи в борьбе с Польшей не только с Москвой, но и с Турцией – однако Москва предложила ему куда более привлекательные условия. А вот автономию третьей Киевской митрополии она ликвидировала в 1686 году, буквально «выкупив» её у Фанара – который, впрочем, тогда имел над ней чисто формальное «руководство».

А теперь перенесемся в середину 19 века, когда Российская империя решила «освободить Константинополь», заодно присоединив к себе побольше православных стран. Вы напрасно думаете, что на Фанаре тогда царило радостное оживление, и тамошние иерархи выглядывали в окна, надеясь увидеть марширующих русских гренадеров. Конечно, «русская партия» в тогдашнем Константинопольском патриархате была (и поддерживалась Россией), однако большинство иерархов благоразумно понимали, что после освобождения Румынии, Болгарии и Балкан от османского ига, там закончится и власть Фанара – потому что в этих странах захотят автокефалию. Что и произошло в течение следующих десятилетий.

Таким образом, хотя Россия и «подкармливала» Константинопольский патриархат в течение нескольких веков, отношения между ними были весьма сложными. В том числе и потому, что слишком активные деятели «пророссийской партии» Фанара, равно как и сторонники новых уний с Западом, быстро оказывались на турецкой плахе – зато «партия лоялистов» процветала и укреплялась до начала 20 века, а потом рухнула вместе с Османской империей. И на Фанаре верх начали брать «неоуниаты», наладившие связь с западными странами.

Патриархат дал, патриархат взял

Москва могла окончательно добить Константинопольский патриархат в 1948 году. Тогда возникла идея созвать Вселенский собор (впервые большинство православных церквей оказались под контролем Москвы) и отобрать у Фанара почетный титул Вселенского патриарха. Но по каким-то причинам этого не произошло, так что Фанар отделал легким испугом – но обиду не забыл.

Фанар вообще ничего не забывает, и он мстил Московскому патриархату при первой возможности. В 1923 году в Константинополе воспользовались возможностью (разгулом «безбожия» в СССР) и приняли под своё крыло Эстонскую и Финляндскую православные церкви. Это до сих пор является острой темой в их отношениях, потому что Москва в своей ненасытности «собирания земель» (и канонических территорий) тоже никого не прощает.

В 1924-м Фанар заявил, что передача Киевской митрополии Московскому патриархату была якобы незаконной, а потому она по праву всё еще принадлежит Константинопольскому патриархату. И на этом основании он даровал томос об автокефалии… нет, не УАПЦ, которую он так и не признал, а новосозданной Польской православной церкви. В состав которой Фанар передал тогда Почаевскую лавру, а также православные приходы Западной Украины (все они перешли к Московскому патриархата после 1945 года).

Давайте жирно так подчеркнем: Фанар еще сто лет назад, на основании своей претензии на Киевскую митрополию, мог даровать томос об автокефалии Украинской православной церкви. Пусть не в 1924-м, когда большая часть Украины уже была в составе СССР, а чуток раньше, когда в Киеве еще была Центральная Рада и Директория. Но не захотел, предпочтя даровать томос полякам. Вот так впервые Константинопольский патриархат «кинул» украинских национал-патриотов, о чем они уже забыли. А зря! Ведь Фанар может снова «отчебучить» что-то в этом роде.

Люди, которые «заново родились на Майдане» и полагают что «весь мир с нами», не только не знают многовековую историю Константинопольского патриархата, они даже не помнят как менял, год от года, свою политику его предстоятель Варфоломей. А ведь он в 90-х напрочь отказывался даже говорить на тему украинской автокефалии, он «не замечал» УАПЦ и УПЦ КП до 2018 года. Более того, он неоднократно обращался к священникам и прихожанам этих церквей с призывом «преодолеть схизму и вернуться в лоно канонической церкви»!

Конечно, своё слово патриарх Варфоломей держит. Он же не призывал вернуться именно в УПЦ МП! А сейчас он обещает «дать томос» не УПЦ КП или УАПЦ, а церкви, которую еще только планируют создать. Но вот вопрос: а насколько «украинской» она будет? Нет, то, что в ней будет петь литургии на державной мове и украшать колокольни сине-желтыми флагами, можно не сомневаться. Однако такой спектакль предназначен для недалеких «патриотов», а вот что там дальше, за сценой?

Рассудите сами: святейший Варфоломей пошел на такое обострение отношений с Московским патриархатом и Россией, какого у него за 27 лет патриаршества еще не было. И не только с Московским, но и с рядом других патриархатов – некоторые из них являются союзниками Москвы, другие просто сильно не любят Фанар и рады возможности на него «наехать». И всё это лишь для того, чтобы подарить автокефалию украинской церкви, да и отпустить ей с миром? Знаете, на Фанаре было много разных «партий», но ни одна из них не выделялась бескорыстностью и слабоумием!

Святое надувательство

Так в чем же состоят интересы Фанара? И что в действительности Украина получит вместе с томосом? Трудно ответить на этот вопрос, если даже текст этого томоса почему-то прячут от публикаций. Готовят украинцам сюрприз? Но будет ли он приятным?

Давайте исходить из того, что от появления независимой канонической украинской церкви Константинопольскому патриархату будет ни холодно, ни жарко. Более того, если бы хотел создать в Украине каноническую церковь, подчиненную себе (с автономными правами), то он мог сделать это еще в 90-х, на волне пика обострений с Москвой из-за нового признания возрожденной Эстонской церкви. А тогда ельцинская Россия была слаба и куда менее амбициозна. Конечно, с другой стороны, тогда у этой затеи не было поддержки со стороны украинской власти (Кучмы). Но ведь патриарх Варфоломей не стал заниматься этим вопросом и при Ющенко, который просил помочь в создании «единой украинской церкви».

Можно предположить, что Виктор Андреевич настаивал на «легализации» УПЦ КП Филарета, но отказывался создать еще одну православную церковь, подчиненную Фанару – отсюда безрезультатность их встреч. Опять же, Ющенко делал это «для души», а Порошенко делает это «для галочки», в рамках своей предвыборной компании. Поэтому Порошенко может согласиться и на украинскую церковь, зависимую от Константинопольского патриархата - возможно, зависимую даже официально, и уж наверняка фактически. Ведь не зря же он подарил Фанару такой ценный памятник архитектуры, как Андреевская церковь! Вряд ли это только плата за томос.

Но существуют и другие факторы, которые могли повлиять на мнение иерархов Константинопольского патриархата относительно украинского вопроса. Один из них – это режим Эрдогана. Этого исламского популиста уже прозвали «турецким Лукашенко», однако в отличие от Бацьки, Эрдоган намного более жесток и не боится большой крови. После его расправы с прозападными мусульманами Гюлена возникла вероятность того, что он точно также поступит и с прозападной «партией» Фанара, к которой принадлежит патриарх Варфоломей. Расправиться не прямо, а так, как это уже неоднократно было в истории Турции – натравив на Фанар мусульманских фанатиков.

Кто может защитить Константинопольский патриархат? Таким защитником видится только Запад, с которым активно сотрудничает святейший Варфоломей – и не только в плане своих экуменистических идей, но и как один из оппонентов Москвы. В таком случае пазл складывается просто: Вашингтон просит Фанар «помочь Украине с томосом», указывая на тревожную ситуацию в Стамбуле и обещая, в случае чего, свою «крышу». Но это лишь одна картинка, сложенная из имеющейся скудной информации. Возможно, мы еще многого не знаем.

Как будет поступать Московский патриархат? Ну, Россию не зря называют медведем, а в последнее время этот медведь какой-то «тормознутый» и неуклюжий. Слишком уж долго Москва почивала на лаврах сверхдержавия, самодовольно считая что «всё само рассосется». Вот и сейчас в Кремле рассчитывают на то, что весной следующего года Порошенко проиграет выборы и уйдет – а с ним будет заброшена и затея с томосом.

В Москве в основном делают ставку на то, что томос об автокефалии может быть вручен только новосозданной церкви – объединительный собор которой всё время откладывается. А когда он соберется, то неизвестно, чем закончится. Ну и, наконец, даже если большая часть УПЦ КП и УАПЦ войдет в новую объединенную каноническую церковь, то баланс сил от этого не изменится. Для Москвы важно сохранить УПЦ МП, её приходы и монастыри – а уж кто будет ей оппонировать, под каким названием, это уже второстепенно.

А что же украинская власть? Томоса еще нет, как нет и объединенной церкви, но «наезды» на УПЦ МП уже начались – вопреки недавним обещаниям Банковой её не трогать. И есть устойчивое мнение, что это затевалось не столько ради украинской автокефалии, сколько против московской церкви, потому что это позволить создать больше шума и собрать больше политических очков к выборам. Что же касается томаса, то не вышло бы с ним как с безвизом в Европу - и вместо автокефалии единой канонической церкви украинцы получат лишь небольшой филиал Константинопольского патриархата в Киеве.