Не все законы одинаково позитивны, даже если их принимает поддержанная вами на выборах политическая сила. Украинцы поняли это еще в 90-х, и с тех пор внимательно присматриваются к бурной деятельности своих избранников, ибо мало ли что! И вот теперь озабоченность общественности вызвал законопроект №1083 «Об электронных коммуникациях», зарегистрированный в Верховной Раде нового 9-го созыва и сразу же ставший скандальным. Многие увидели в нем намерение набросить на пользователей интернета ограничительную узду, а некоторые и вовсе угрозу тотальной слежки за гражданами.

Уже на следующий день после его регистрации в украинском интернете поднялась волна негодующих публикаций о грядущем «цифровом концлагере» и эмоциональных споров между противниками и сторонниками этого законопроекта. В итоге еще через пару дней его авторы решили отозвать законопроект на доработку. Таким образом, законопроект №1083 установил сразу два рекорда: он был отозван уже через три дня после своей регистрации, и это первый случай, когда народные депутаты так быстро приняли во внимание «неофициальное» возмущение общественности.

Что ж, с одной стороны очень радует, что новая власть прислушивается к мнению народу, а не навязывает ей своё – как это делала предыдущая. Но с другой, законопроект №1083 лишь отозвали на доработку. После которой его могут вернуть, а там и неожиданно принять, ибо нынешняя Верховная Рада работает стахановскими темпами, штампуя законы конвейером.

Причем, давайте отметим, что авторами законопроекта являются 7 депутатов фракции «Слуга народа». Людей, впервые попавшими в парламент от только что созданной политсилы - но сразу же написавших и зарегистрировавших столь сложный законопроект. Почему-то создается впечатление, что его реальным авторам является кто-то другой, возможно «офис президента», а этим нардепам его просто вручили и поручили принять. Если это так, то он вряд ли откажется от своих намерений, продвигая их не мытьем, так катанием. И эти намерения четко прописаны в данном законопроекта, являющемся лишь инструментом их реализации…

«Закон об электронных коммуникациях», который можно также назвать законом об интернете и мобильной связи, вызывает немало озабоченных вопросов. Напомним, какие его пункты инициировали этот резонанс: продажа сим-карт по паспортам, регистрация IMEI на паспортные данные покупателей покупателей, новая попытка «запретить» VPN, требование к провайдерам и операторам хранить всю историю пользователей (когда, что, с кем, о чем) и предоставлять её по первому требованию органов.

Но помимо этого, озабоченность также вызывают: определение языка сферы электронных коммуникаций в соответствии с «Законом о языке» (будут запрещать русскоязычный контент?), обязанность провайдеров и операторов регулярно отчитываться о своей работе перед регулирующими (надзирающими?) структурами, а также предоставление сетей, ресурсов и всей информации в распоряжение органов во время чрезвычайных положений, антитеррористических операций и в интересах национальной безопасности.

Теперь по существу. Все утверждения о том, что это нужно якобы для борьбы с контрабандой, коррупцией или интернет-пиратством, а также заявления типа «во всех странах мира уже так» не соответствует действительности. Даже пресловутая продажа сим-карт по паспортам. Дело в том, что паспортные данные абонента мобильной связи изначально записывались только для контрактов и тарифных пакетов, предусматривавших разговоры в кредит. О борьбе с «телефонными террористами» и речи не было: все эти «шутники» еще в допотопные времена успешно пользовались анонимностью уличных телефонов-автоматов.

Поэтому страны, где «симки» продают по паспортам (а такое не во всех странах мира), обычно делятся на две группы - в одних данные абонента нужны для его кредитной истории, а в других для контроля за ним со стороны государства. В Украине почти все тарифы мобильной связи работают только предоплате (кроме контракта), а значит, паспортные данные абонента нужны не мобильным операторам, а оперативникам МВД и СБУ!

Регистрация IMEI – дело хорошее, но оно должно касаться только мобильных устройств, без привязки к ним паспортных данных владельцев. Потому что если мы боремся с контрабандой, то бороться нужно с ввозом телефонов в обход таможенной регистрации, при чем тут их покупатели? Зато очень даже понятно, что привязав конкретный телефон к конкретному человеку, его можно «вести» круглосуточно, отслеживая даже куда он ходил - уж не на митинги ли оппозиции?

То же самое касается сбора и хранения истории посещения сайтов и общения пользователей интернета. Похоже, что от общего запрета ряда ресурсов предлагает перейти к конкретной слежке за украинцами – не сидят ли они на «Одноклассниках», не ищут ли ссылки в «Яндексе», не читают ли новости с «РИА»?

Безусловно, закон об электронных коммуникациях Украине нужен, однако не такой одиозный. Подавляющее большинство украинцев в целом устраивает такая ситуация в сфере интернета и мобильной связи, которая существовала на конец 2013 года. Почему именно на тот период? Потому что это был последний момент в истории современной Украины, когда государство не оказывало на электронные коммуникации почти никакого давления. «Закручивание гаек» началось с приятия пресловутых «законов 16 января 2014 года», которые предусматривали закрытие незарегистрированных СМИ, предоставление услуг сотовой связи только по контракту с паспортом, уголовную ответственность за призывы к свержению власти (в том числе в интернете), власти получили право на свое усмотрение отключать или блокировать неугодные им интернет-ресурсы.

Тогда эти закона назвали диктаторскими, они вызвали возмущение украинцев (что лишь подогрело Майдана) и даже осуждение США, ПАСЕ и ОБСЕ как «ограничивающие демократию и свободу». Так что уже через две недели 9 из 12 законов были отменены той же Верховной Радой.

Но вот прошел год, и уже следующая, постмайданная власть приняла несколько аналогичных решений: запретила ряд российских сайтов (включая невинные «Одноклассники» и очень удобный «Яндекс»), начала сажать за экстремистские призывы в интернете. При этом бывшие активисты Майдана аплодисментами приветствовали запрет «вражеских ресурсов» и поддерживали аресты «антиукраинских блогеров». Запад же эти новые «ограничения демократии и свободы» в Украине почему-то не замечал. И всё же дальше этого режим Порошенко не пошел.

Когда украинцы научили обходить эти блокировки, а также прятать свои «лица» за анонимайзерами, украинские чиновники заговорили о необходимости борьбы с VPN. Правда, в основном эти разговоры прикрывались заявлениями о борьбе с интернет-пиратами (что очень поддерживали США) и интернет-мошенниками. А самое интересное, что данной инициативой украинская власть загорелась одновременно… с российской и китайской, которые тогда же занялись выстраиванием «ограниченного интернета в отдельно взятой стране». И получалось так, что язвительно высмеивая с трибун «путинский режим», украинские политики хотели «втихаря» сделать то же самое.

Последней инициативой Порошенко был новый языковый закон, принятый с целью тотального выдавливания русского языка их всех сфер, под предлогом внедрения государственного украинского. В том числе в интернете, поскольку «сермяжных патриотов» очень нервирует тот факт, что 75% украинских сайтов являются русскоязычными, а среди языков интернета в мировом масштабе русский занимает второе место (6,1%) после абсолютного лидера английского (54%), в то время как украинский лишь 0,2%. Мысль о том, что украиноязычным сайтам нужно было просто перестать выкладывать «порохоботский» бред и ориентироваться на интересы широкой публики, им в голову не пришла. Они видели единственное решение этой проблемы в традиционном рецепте «нужно запретить русское, и тогда будет развиваться украинское». Однако реализовать языковый закон в интернете можно лишь частично, только на зарегистрированных СМИ, да и то они легко его обойдут.

Повторимся, эти намерения режима Порошенко остались только намерениями. Их приветствовали только «порохоботы» и «ура-патриоты», поддерживавшие идеи запретить любое инакомыслие внутри и оградить украинцев от тлетворного влияния снаружи, создать из них нацию «шагающих молотков», в едином порыве марширующих мимо приветствующих их «гетмана» с воплями «героям слава!». Однако сокрушительное поражение прежней власти на выборах 2019 года показало, что большинство украинцев эту политику не поддерживают.

Но что мы сейчас видим? Новая власть, команда Зеленского, уже в первый день работы новой Верховной Рады, предложила к принятию закон, который по своему содержанию являются куда более диктаторским, чем «законы 16 января» Януковича и все запреты Порошенко вместе взятые! Почему? Зачем?

Если более внимательно присмотреться к данному законопроекту, то можно увидеть, что на «тело» в общем-то неплохого закона, мягко регулирующего отношения в сфере электронных коммуникациях, наложен ряд дополнений и правок такого себе тоталитарного характера. Именно они, а не весь закон в целом, делают его одиозным инструментом государственного контроля и ограничения свободы.

Возникает мысль, что его реальными авторами (не теми кто его подавал, а теми, кто его писал) были, минимум, две группы людей. Первая составила основу нормального закона, а вторая внесла в него всё то, о чем только могли мечтать «крутильщики гаек» времен Януковича и Порошенко. Интересно, а может они действительно «помогали» составлять этот закон? Или этот закон был вынут из архивов старой власти и на него лишь наклеили авторский логотип «Слуги народа»? Но тогда возникает вывод: либо команда Зеленского не читала этот законопроект и не знала о его спорном содержании, либо она знала и регистрировала его сознательно – и это она намерена внедрить все перечисленные пункты, начиная с «украинизации» контента и закачивания прикреплением IMEI устройств к паспортным данным громадян.

Окончательный ответ мы получим тогда, когда доработанный законопроект №1083 вновь вернется для рассмотрения и голосования. Если ничего из того, что подняло такую волну недовольства, из него не исчезнет, значит, нынешняя власть действительно решила последовать примеру России и Китая, загнав своей народ в «цифровой лагерь». Если же доработка исключит из него пункты о контроле и запретах, значит, данный законопроект был «диверсией» старого режима, пытавшегося его незаметно пропихнуть в суете законотворческой деятельности. Но тогда за этот должны по любому объясниться семь нардепов «Слуги народа», подписавшиеся как его авторы.