…ЕМС, остается еще и национальной валютой США. И администрация США для решения своих национальных проблем занимается разного рода «вредительством» в отношении остального мира. Например, печатает эти доллары в очень больших объемах. В результате у вас начинается девальвация, и операции с долларом становятся невыгодными. И поэтому вы начинаете разговоры о том, не перейти ли, скажем, в торговле нефтью на евро или еще что-нибудь в этом роде. Если когда-либо это произойдет, для США случится катастрофа, хотя и остальному миру придется пережить немало неприятностей.

От алхимии к доллару

Базовая экономическая модель, которая сегодня в мире доминирует и называется финансовым капитализмом, была изобретена в конце XVIII века, как полагают специалисты, Натаном Ротшильдом. Суть ее состоит в следующем. В средневековье появилась мысль, что, используя «достижения» алхимии, можно богатеть, получая золото в реторте. Идея, как известно, оказалась нереализуемой. Но если невозможно получить золото в пробирке, почему бы вместо золота не придумать другую ЕМС, которую можно производить, и при этом создать систему, которая обеспечит субъекту такого процесса монопольный контроль над этим производством?

Результат столь блестящего замысла сегодня известен каждому: ЕМС – это доллар. Единственная колба, в которой доллар может печататься, называется Федеральной резервной системой (ФРС) США. Говоря образно, это частная лавочка, акционерами которой являются 10 крупнейших инвестиционных банков Уолл-стрит, а за ними реально стоят те самые люди, в том числе Ротшильды, которые эту идею родили в XVIII веке. Отсюда следует принципиальное требование МВФ ко всем странам, с которыми он сотрудничает, - жесткое ограничение национальной эмиссии. Печатать деньги может только ФРС США. Это и есть контроль над той самой алхимической «колбой» новейшего времени.

«Дутый» ВВП

Сложилась система, при которой несколько частных лиц реально контролируют мировую финансовую систему. А богатство в рамках современного финансового капитализма производится не трудом и даже не рентой. Оно создается путем печатания фиктивных финансовых активов. В начале прошлого века объем финансовых активов был значительно меньше, чем материальных. Сегодня, как считает ведущий российский экономист Михаил Хазин, объем материальных активов, по сравнению с финансовыми, составляет не более каких-то сотых долей процента.

В этом смысле ВВП Соединенных Штатов, достигший 12 трлн. долларов, давно уже является во многих отношениях «дутым», виртуальным, тогда как ВВП Китая или России хотя и значительно меньшие, зато в них преобладает материально-вещественный фактор.

«Интересная» ситуация

После отступления «реального социализма» система мирового разделения труда стала единой по всему земному шару. И основана она исключительно на американском долларе. Глобализация в этом смысле представляет собой политическую, идеологическую и культурную надстройку над материальным процессом мирового разделения труда. Но даже при минимальном падении доллара эта система становится нерентабельной.

Нужно учитывать, что нынешняя система разделения труда, будучи привлекательной для капитала, поскольку за счет дешевой рабочей силы на мировой периферии позволяет максимизировать прибыль, на деле несет в себе немалые риски. Например, кто-то переносит производство, чтобы выиграть дополнительные проценты прибыли за счет снижения себестоимости производимой продукции. Но если вдруг начинает прыгать курс валюты, в которой все это рассчитывается, то эти проценты теряются. В результате все производство становится нерентабельным.

Иными словами, мир находится в очень «интересной» ситуации. Долгое время существовала экономическая модель, при которой миром правили фактически несколько человек, но сейчас эта модель начинает рушиться. Реакция тех, кто ее контролирует, может быть крайне неадекватной. Не исключено, что они даже не понимают глубины и масштабов надвигающегося кризиса. Неадекватное поведение и непрофессиональное управление финансами в нестандартной ситуации может повлечь за собой тяжелейшие последствия.

От доллара к евро

Между тем время такой ситуации приближается. Сейчас мир столкнулся с так называемой «ядерной проблемой» Ирана.

Мы не знаем доподлинно, вынашивают ли иранские власти планы обзаведения собственным ядерным оружием или их устраивает использование мирного атома. Однако, в любом случае, как пишет Джованни Порци на страницах итальянской Panorama, «смертельное оружие, которое готовят аятоллы в Тегеране, вовсе не атомная бомба. Для этого оружия не требуется обогащенного урана, нелегально приобретенных центрифуг, подземных предприятий. Его разрушительный потенциал намного превосходит последствия ядерного взрыва… Оно называется ИНБ (Иранская нефтяная биржа): система купли-продажи нефти в евро, которая может начать действовать уже в марте, что приведет к серьезным последствиям для экономики США и многонациональных американских нефтяных компаний».

Оказывается, речь идет о том, что ИНБ должна превратить Иран в основной центр сделок по нефти и газу. Для этого есть немало оснований. В географическом отношении Иран имеет завидное стратегическое положение: ключевые импортеры нефти и газа - Китай, Индия и Европа – находятся сравнительно недалеко от Ирана. Страна располагает 10% всех мировых запасов нефти. На территории Ирана находятся крупные месторождения природного газа: 36 тысяч миллиардов кубических метров.

Нефтегазовый сектор обеспечивают 22,1% ВНП, 80% экспорта и почти 90% доходов. Неиссякаемый поток энергетического сырья позволил стране поддерживать рост национальной экономики в пределах 6% ежегодно, улучшить сальдо торгового баланса, сократить внешний долг, накопить валютные запасы и облегчить жизнь населения, дотируя бензин, который продается в стране по бросовым ценам.

Логика трансформации

Трансформация нефтедолларов в евродоллары не лишена внутренней логики. Более трети экспорта нефти идет в Европу. 45% всего товарообмена происходит со странами еврозоны. Но политические и экономические последствия этого шага можно сравнить с объявлением экономической войны Вашингтону.

Сегодня нефть котируется в долларах на Международной нефтяной бирже в Лондоне и на Нью-Йоркской товарной бирже. Страны-потребители не имеют альтернатив, и центральные банки, чтобы удовлетворять потребности в энергетическом сырье, должны накапливать резервы в американской валюте, помогая тем самым не своим экономикам, а экономике Соединенных Штатов.

Открытие конкурентоспособной биржи с расчетами в европейской валюте станет открытым вызовом гегемонии доллара. У потребителей появится выбор: покупать баррель нефти за 60 долларов на Лондонской или Нью-Йоркской бирже или за 45 - 50 евро на Тегеранской бирже. Этот вариант положительно воспринимается в Венесуэле, Китае, Индии, России, ряде других стран, как производителей, так и потребителей нефти и газа, которые, предвидя развитие событий, еще несколько лет назад озаботились диверсификацией своих валютных запасов.

Европа тоже не против потеснить доллар. Но в силу ряда причин европейцы не хотели бы выступать инициаторами этого процесса. Ведь такой шаг – это для них не только вызов доллару, но и отказ де-факто от пресловутой трансатлантической солидарности, что ставит под сомнение все прежние совместные наработки, включая НАТО. Если же почин будет брошен кем-то, находящимся вне пределов Европейского Союза, в Брюсселе вначале, как обычно, заговорят о компромиссах, а затем начнут использовать при расчетах, параллельно с долларом, и евро. Кому же хочется всю жизнь ходить в пасынках?!

Нефть и война

ИНБ задумана иранскими властями как инструмент разрушения изоляции. Но она рискует стать началом цепной реакции с непредсказуемыми последствиями. Параллельный рынок нефти и газа может на длительное время привлечь к себе внимание, особенно если будет продолжаться тенденция девальвации доллара.

В этой ситуации вряд ли Вашингтон сможет оставаться безразличным к нефтяной инициативе Тегерана. Можно вспомнить, как развивались события вокруг Ирака перед последней войной. Сначала Саддам Хусейн объявил, что Ирак больше не будет принимать доллары за нефть, продаваемую в рамках программы «Нефть в обмен на продовольствие», и приказал конвертировать в евро 10 млрд. долларов, размещенных на счету ООН. Затем американцы вторглись в Ирак. После захвата Багдада иракская нефть вновь стала котироваться в долларах.

Нельзя исключить, что нынешний кризис в отношениях США и Ирана связан не столько с ядерной программой Тегерана, сколько с планами перехода к расчету за нефть в евро. Как замечает в этой связи Джованни Порци, «по мнению некоторых специалистов, перспективы резкого упадка монополии доллара, а также атомные программы Тегерана могут подтолкнуть неоконсерваторов в Белом доме и Пентагоне к военной интервенции в Иран под предлогом нанесения превентивного удара по ядерным объектам. Этот сценарий не отличается новизной».

Если это случится, мы как раз и станем свидетелями «неадекватного поведения» правящих кругов США, о чем шла речь выше. Но для обеспечения энергетической безопасности каждой из стран-импортеров нефти и газа выгодны не только диверсификация источников получения нефти и газа, но и возможность использовать разные валюты. Возможность выбора позволяет сделать лучший выбор и наоборот, соответственно. В этом смысле к намерениям Ирана стоило бы присмотреться, как принято говорить, всем заинтересованным сторонам. В том числе – и Украине.
Только экстренная и самая важная информация на нашем Telegram-канале