...фундаментальное предложение, популярное в последние годы среди «сильных» членов пока еще «старого» ЕС – создание новых принципов интеграции континентальной экономики. Суть его заключается в акценте на качестве: меньше стран-членов, но с крепким запасом прочности, еще более интегрируют свои экономики, в частности, в бюджетной и налоговой сферах. И как результат имеют сильное евро. А остальные государства могут вернуть себе национальные валюты и решать собственные экономические проблемы по собственному усмотрению.

Николя Саркози уже придумал обозначение для данной идеи: «двухскоростная Европа». Мол, все остаемся единым ЕС, но экономически одна часть развивается быстрее – без привязки к депрессивным регионам. Грубо говоря, в такой форме красиво оформлено желание некоторых европейских политиков в кризисный момент сбросить балласт в виде Греции и примкнувших к ней должников, дабы не решать за счет экономик собственных стран чужие проблемы. Стремление, в принципе, вполне объяснимое, вот только некоторые европейские дипломаты видят в возврате превалирования личных интересов над общими начало конца Европейского союза. Мол, это будет уже совсем не тот формат, над которыми десятилетиями работал западный мир.

Отказаться могут от Греции, Португалии и Ирландии – небольших проблемных государств, считает директор донецкого филиала Национального института стратегических исследований Юрий Макогон. «Я Италию не обсуждаю, поскольку в ней тоже критическая ситуация, но Италия является основателем первого варианта ЕС, когда в нем было всего 6 стран – в1956 году. Поэтому трудно себе представить, чтобы об Италии поставили вопрос. Тем более объем экономки Италии очень существенный, это 3-4 экономика в ЕС», – отметил он.

При этом даже вывод Греции и других стран из зоны евро – процесс очень сложный, а негативные последствия от него могут затронуть не только «аутсайдеров», но и «лидеров» рынка ЕС. «Для стран, которые выйдут, это будет катастрофа. Они не справятся со своими долговыми фондами, со своими проблемами. Кроме того, это сразу приводит к укреплению курса евро, и тогда это становится невыгодно производителям, работающим на экспорт в ЕС. Значит, баланс чисто экономической деятельности ЕС, связанный с соотношением экспорта и импорта, резко ухудшится, что не соответствует задачам выхода из кризиса», – обрисовал перспективу эксперт.

Не верит в возможность сокращения географии зоны евро и нардеп-регионал Алексей Плотников. «Что касается вопроса, кому могут указать на выход, это вопрос риторический. В данном случае даже в отношении Греции идет больше элемент устрашения, чем реальные действия. Я пока не вижу ни механизма быстрого выхода из еврозоны, ни реального желания стран еврозоны. Есть определенные сожаления, что Греция вошла, есть сожаление по другим странам, но, в принципе, я думаю, что план будет – да, что будут новации в еврозоне – да, но что сократится количество государств, в которых обращается евро, я в это не верю», – отмечает политик.

Эксперт Фонда общественной безопасности Юрий Гаврилечко оставляет для Греции теоретическую вероятность исхода, потому что экономические противоречия между странами и новыми членами ЕС с началом кризиса действительно усугубились. «Очень возможно, что ЕС действительно будет переформатирован в формате «старый – новый» член. И второй вариант: если начнется рассыпание альянса, можем вернуться к ситуации общества «угля и стали», в которое изначально входило 6 стран. Поскольку Германия и Франция являются двумя сердцами ЕС, то их решение о переформатировании будет решающим», – дал свой прогноз эксперт.

Кандидатами «на выход» могут стать страны Вышеградской четверки, а также Португалия и Испания. Но в любом случае, решающую роль в этом вопросе будет играть не экономика, а политика. Если кто-то решит, что ему легче будет жить отдельно от ЕС – это и произойдет. «То есть вариантов возможного раскола много, чтобы сейчас сказать о том, какие они точно будут. Как только начинает сыпаться система, то кроме только непосредственно экономики начнут вспоминаться все взаимные претензии. Если рассматривать с исторической точки зрения, их может быть такое дикое количество, что сказать, какие могут быть новые варианты объединения, сейчас не возьмется никто», – отмечает Гаврилечко.

Греция, Португалия, Испания, Ирландия и Италия – перечисляет «отставников» экономист Олег Соскин. По его мнению, прогноз о невозможности сохранения единой зоны евровалюты был очевиден уже давно. Поэтому отстающие государства должны покинуть еврозону мягко, создав у себя бивалютную зону, когда национальная валюта будет ходить параллельно с евро. «И никакой трагедии в том не было бы», – уверяет он.

Однако, считает эксперт, лидеры Франции и Германии пошли по иному пути и потратили сотни миллиардов евро для фактически пустого процесса спасения отстающих экономик, что обернулось подрывом стабильности ЕС в целом. «Поэтому чем быстрее они пойдут на реорганизацию еврозоны, тем легче будет будет преодолен кризис. Естественно, что члены еврозоны с сильной экономикой, как Германия, Франция и страны Бенилюкса, а также небольшие страны типа Мальты, Кипра, Словении, Словакии, Эстонии, смогут нормально соорганизоваться, и валютная зона будет достаточно успешной, евро стабилизируется как валюта. А вышедшие страны будут функционировать как страны ЕС, имеющие свою национальную валюту», – советует Соскин.

При этом экономист обращает внимание на то, что сегодняшние последствия в экономике Европы стали возможны из-за одной причины – космических скоростей по созданию единого ЕС, единой валюты, правительства, банка. Все это было ошибкой, тем более в условиях глобального кризиса. «Можно говорить, что сейчас уже не просто кризис, а меняется вся система мирового хозяйства. Южные страны – это слабое звено, они не готовы к таким правилам игры, поэтому их не надо держать, надо просто принять новую реальность и отказаться от жесткого детерминизма», – заверил экcперт.

«Укажут на выход всей инфраструктуре периферии: Португалии, Греции, я думаю, Румынии – половине стран Восточной Европы», – делится своими ожиданиями руководитель социологической службы «Украинский барометр» Виктор Небоженко. «Ничего страшного, нам легче будет входить в ЕС, потому что у нас появятся братья по несчастью, которых сначала взяли, а потом тихонько вывели в прихожую», – добавляет он.

Главным результатом такой политики Небоженко считает потерю ненужных иллюзий о могуществе ЕС. «Иллюзии были у всех, что ЕС может организоваться без специального плана и без центров правления. Оказалось, что это невозможно. Нужно либо создавать центры управления, либо создавать специальные планы. То и другое не подходит, значит, приняли решение о создании ядра и периферии», – заявил эксперт.

Противоположный замысел увидел в идеях Франции и Германии глава Международного института демократии Сергей Таран. Новый план, по мнению специалиста, призван как раз усилить интеграционные процессы внутри ЕС, а не разбалансировать еврозону. «Прежде всего Германию и Францию интересует вопрос влияния на бюджет тех стран, которые являются опасными с точки зрения финансовой стабильности ЕС, и Греция в первую очередь, но не только она. До сих пор это было сложно осуществить, потому что каждая страна была уверена, что она суверенна, в том числе и в финансовой политике, но последний финансовый кризис показал, что для этого нужны более жесткие меры», – объясняет он.

Поэтому идея локомотивов ЕС призвана политически надавить на государства континента. «Чтобы дать понять этим странам, что Европа не шутит, у них есть два выхода – либо покидать ЕС, либо делать так, чтобы финансовая политика была под некоторым управлением из Брюсселя», – отметил Таран.