О причинах активного вмешательства России в сирийский конфликт, а также возможных негативных последствиях конфликта для мирового сообщества, в эксклюзивном интервью корреспонденту интернет-издания Новости Украины – From-UA рассказал журналист, политолог-международник Алексей Кафтан.

Новости Украины – From-UA: - Добрый день, Алексей! За последние два дня российские военные нанесли серию авиаударов по Сирии. Москва заявляет, что бомбит позиции Исламского государства, но в Вашингтоне заявили, что удары наносятся не по террористам, а по наемникам, которых поддерживают США. Кто же прав?

Алексей Кафтан: - Авиаудары были нанесены вовсе не по террористам ИГИЛа, пострадали позиции группировки «Джабхат ан-Нусра», а также боевики «Свободной сирийской армии». Это отчетливо видно на карте – в городе Хомс отсутствуют позиции Исламского государства. Он удерживается антиасадовскими силами, которые никоим образом себя не ассоциируют с ИГИЛом и, более того, считают его таким же врагом, как и сам Башар Асад.

Первые отчеты о том, что случилась бомбардировка, и первые отчеты о том, что российские самолеты переброшены вместе с персоналом и экипажами в Сирию, были как раз накануне сессии Генассамблеи ООН. Тогда же «Свободная сирийская армия» подверглась первой бомбежке.

Новости Украины – From-UA: - Зачем Путин пошел на такой жесткий шаг и какими могут быть его последствия?

Алексей Кафтан: - Сами по себе авиаудары в Сирии, как и в любой другой войне, ничего не решат. Что нужно Путину? Он отчасти копирует тактику, которую ранее использовали американцы, когда задачи на месте решались при мощной авиационной поддержке наземных союзнических сил в лице курдского ополчения «Пешмерга». В случае России этими союзниками выступают асадовские войска, отдельные подразделения ХАМАСа, плюс ограниченное количество иранского спецназа. Задача Путина – обеспечить выживание Асада и его режима, хотя бы в пределах территории провинции Латакия.

Новости Украины – From-UA: - Что преобладает в логике Путина – геополитические интересы и противостояние с Западом или желание помочь старому личному другу Асаду?

Алексей Кафтан: - Я вообще сомневаюсь, что у Путина могут быть друзья, по крайней мере, среди иностранных правителей. Дело здесь в том, что в Сирии завязан очень тугой узел геополитических интересов, в том числе российских. Асадовская Сирия является последним союзником и последним плацдармом России на Ближнем Востоке. Здесь, конечно, можно вспомнить о функции обеспечения российского флота, который расположен в той же провинции как раз недалеко от Латакии. Для Москвы отчасти это вопрос демонстрации «флага», хотя это, конечно, мелковато. Помимо всего прочего, Россия пытается играть в геополитическую игру, противопоставляя себя США, где это только возможно. То есть в этом тоже присутствует элемент «холодной войны».

Кроме того, здесь завязаны и очень серьезные бизнес-интересы. В 2013 году правительство Асада договорилось с Россией о разработке шельфового месторождения как раз у побережья Латакии, чтобы осуществлять поставки газа в Европу с юга, минуя украинский коридор. И самое главное - Сирия играет очень серьезную роль во всех газотранспортных проектах и вообще во всех проектах транспортировки энергоносителей в Европу по суше. Например, катарский газ не может попасть в Европу иначе, чем танкерами, без прокладки газопровода через сирийскую территорию и т.д. То есть все газотранспортные и энерготранспортные проекты в целом так или иначе завязаны на Сирии. Пока в стране нестабильность и война, реализовать подобные проекты невозможно.

Поэтому можно допустить, что в числе первых целей российской авиации в Сирии будут не только собственно повстанцы, но и некоторые объекты инфраструктуры, в частности нефте- и газопроводной инфраструктуры. Таким образом Россия попытается в несколько раз поднять мировые цены на нефть.

Новости Украины – From-UA: - Да, Вы правильно заметили – первые авиаудары в среду были произведены в район двух нефтепроводов, которые поставляют энергоносители в Европу. Можно ли говорить, что Путин хочет устроить Европе энергетический коллапс?

Алексей Кафтан: - Отчасти, да. Здесь есть попытка малыми силами добиться больших целей. Россия пытается поднять целый комплекс вопросов. Путину очень важно вернуться в мировой пул «вершителей судеб». На Генассамблее ООН в Нью-Йорке он выглядел откровенно слабым и не смог достичь этой цели: американцы не пошли на создание антиисламской коалиции при условии сохранения Асадом власти. И это очень характерный момент.

На самом деле, даже если бы Обама согласился в той или иной форме оставить Асада в покое, Россия бы не остановилась перед этой операцией. Единственное, что бы поменялось – это исключительно новостной фон и подача этих новостей в российских СМИ, - тогда бы Россия вновь бы стала державой мирового значения. Но поскольку ситуация развернулась иначе, теперь Россия является единственным государством, чьи войска находятся в Сирии законно, поскольку об этом попросило легитимное правительство страны. Москву совершенно не волнует тот факт, что сирийское правительство является утратившим легитимность ввиду многочисленных военных преступлений, которыми, кстати, уже занималась французская прокуратура.

Новости Украины – From-UA: - Сирия населена большим количеством различных религиозных общин – большинство составляют сунниты, меньшинство – алавиты, шииты и друзы, а также христиане. Асад представляет меньшинство алавитов и воюет с исламистами. Можно ли говорить, что война имеет религиозный подтекст? Какие цели с религиозной стороны преследует Россия, поддерживая алавита Асада?

Алексей Кафтан: - Любая война может иметь религиозный подтекст, если это соответствует интересам победы. Давайте просто посмотрим, кто такие алавиты. Для суннитов, которые составляют большинство, они вероотступники. Союзниками алавитов являются шииты, а ближайшие шииты – это Иран и палестинский, а также отчасти ливанский ХАМАС. То есть, безусловно, религиозный аспект присутствует, как он присутствует и в любой подобной войне на Ближнем Востоке.

То, что сегодня происходит в Сирии, отчасти можно считать еще одним проявлением крушения идеологии нейшен-стейта (англ. nation state – моноэтническое государство. – Прим. ред.), которая была то ли навязана, то ли подарена Европой Ближнему Востоку после Первой мировой войны, когда прошло переустройство бывших колоний и появились все государства региона в их нынешних границах. Тот же Ирак, та же Сирия, Трансиордания, которая впоследствии стала Иорданией и т.д. То есть оказалось, что национального аспекта для удержания того или иного государства в его нарисованных практически под «линейку» (можно посмотреть на карту, чтобы убедиться в этом) границах, невозможно. Нужна либо некая идеология, которую взять неоткуда, и ее фактически заменяет светская диктатура, либо традиционное единство – на Ближнем Востоке это религия или племя.

Собственно говоря, то, что сейчас происходит, - это иллюстрация распада концепции нейшен-стейта в Сирии, как ранее уже произошло в Ираке. Поэтому говорить о религиозном факторе в сирийской войне вполне уместно. К тому же, у сирийской православной церкви, как одной из наиболее давних церквей в стране, уже появились проблемы, и точно такие же, как на территориях, занятых Исламским государством, поэтому христиан в Сирии ждут очень большие проблемы.

Что касается Путина, то он может использовать этот религиозный фактор, хотя и весьма ограниченно. Вполне возможно, это будет неким эрзацем (неполноценным заменителем. – Прим. ред.) для «русского мира». В каком смысле? В том, что братьев по вере надо спасать, защищать и т.д. Всегда найдется пара тысяч фанатиков, которые могут на это повестись, поверить в это и сыграть роль «пушечного мяса». Кстати, в среду эту карту «русского мира» уже начали разыгрывать в СМИ.

Что касается призыва защищать русских, то здесь, как ни странно, он тоже имеет место. Например, в среду на «1 канале» российского телевидения прошел замечательный сюжет о том, что в Сирии живут около 40 тысяч россиянок, вышедших замуж за сирийцев и осевших там. Ну и контекст такой, что «это же наши люди, их надо как-то защищать и спасать». Эта риторика очень сильно напоминает то, что мы уже слышали в прошлом году, когда россиян пугали страшилками о «бандеровцах» и «Правом секторе», всячески издевающимися над этническими русскими и русскоязычным населением в Украине.

Новости Украины – From-UA: - Существует еще одна версия происходящего нынче кошмара в Сирии. Недавно Куба восстановила дружеские отношения с США, то есть Россия потеряла важного стратегического союзника, да еще и «под носом» у американцев. И вот теперь Путин вмешался в войну в Сирии, чтобы расчленить страну и создать новое союзное Кремлю государство на берегу Средиземного моря. Насколько достоверна эта версия?

Алексей Кафтан: - Я не стал бы привязывать происходящее в Сирии к Кубе, поскольку вотчина Фиделя Кастро ушла из-под российского влияния очень давно и так, по сути, под него и не вернулась. Вслед за закрытием в начале 2000-х годов российской военной базы на Кубе, отношения между странами становились все более деловыми и прагматичными. По этой причине россияне мало что могли предложить кубинцам. Того объема помощи, который предоставлял СССР, Россия предоставить не могла, да и не хотела, хотя периодически речь шла и о кредитах, и о списании долгов, и о развитии инфраструктуры. Но Куба становилась все менее заинтересованной в такой помощи, и она соглашалась ее принять, только когда это действительно было ей выгодно. Соответственно, о восстановлении какого-либо российского военного присутствия на Кубе речь уже давно не идет.

Что касается создания на Средиземноморье нового государства, подконтрольного или союзного России, то да, это вполне возможно. Особенно учитывая тот факт, что Асад мало того, что является представителем религиозного меньшинства, но также является сыном предыдущего диктатора. То есть можно говорить о династии диктаторов Асадов. Собственно говоря, это семейство очень многими в Сирии воспринимается как зло: как минимум – сопоставимое, как максимум – даже намного большее, нежели Исламское государство. Поэтому говорить о том, что Асад сможет вернуть контроль над страной, не приходится. Это невозможно по ряду причин, поскольку затрагивает интересы внешних игроков, прежде всего монархий Персидского залива, Израиля и США как внерегиональной силы. По сути, в такой ситуации у Асада остается всего два союзника – Иран и Россия. Говорить о союзничестве Асада с Китаем в текущих условиях не приходится. Пекин всегда занимает выжидательную позицию, старясь ставить на победителя, и, как правило, никогда не ошибается.

Что касается территорий абстрактно союзного России государства, то это будет как раз та территория, которую сегодня контролируют асадовские войска. Грубо говоря, это приморские провинции плюс небольшой кусочек в лице города Латакия. Можно получить представление, если взглянуть на карту, - там границы так или иначе меняются, но примерно область этого государства уже очерчена. Получается все очень просто: если войскам Асада удастся уничтожить вооруженную оппозицию на контролируемой им территории, то можно говорить о некой «Латакийской народной республике», которая, кое-как стабилизировавшись, в дальнейшем может стать союзником России. Но это, конечно, далеко не вся Сирия.

Что касается перспектив такой стабилизации, то здесь существуют большие сомнения. С одной стороны, можно говорить о том, что Россия, безусловно, хотела бы получить такой вариант развития событий, по крайней мере, как вариант для обсуждения. Но с точки зрения его перспектив сказать очень сложно по той простой причине, что на такой торг вряд ли кто-нибудь согласится, по крайней мере, сейчас. У России единственный способ торговаться в этой ситуации – повышать ставки. Но проблема в том, что она может сделать только хуже, поскольку улучшение этой ситуации не зависит от России, соответственно, здесь возможности для торга весьма ограничены.

Более того, у Кремля достаточно ограничены ресурсы для таких торгов. Для того, чтобы садиться за стол переговоров с позиции силы, нужно эту силу иметь. И здесь, опять-таки, существуют большие сложности. Во-первых, Россия не может себе позволить усиления конфликта, в частности, проведения массированных наземных операций своими силами, то есть российских наземных войск в Сирии будет очень немного. И, во-вторых, Москва может в какой-то степени затянуть агонию режима Асада, но не может предотвратить ее в полной мере. Плюс, опять-таки, для российского руководства остается болезненным вопрос санкций и падения экономики, ведь для любой войны, даже очень дешевой, нужны большие ресурсы. Грубо говоря – нужно очень много денег.

Новости Украины – From-UA: - Возможны ли спонтанные военные боестолкновения россиян с американцами или их союзниками на территории Сирии? К каким последствиям это может привести? Есть ли риск того, что такие инциденты подтолкнут мир к началу Третьей мировой войны?

Алексей Кафтан: - Безусловно, инциденты возможны, причем не только с американцами. Эта тема была одним из вопросов, которые обсуждались во время визита в Москву делегации во главе с Беньямином Нетаньяху, в составе которой находились, в частности, начальник Генерального штаба и начальник разведки Израиля. Этот визит состоялся незадолго до заседания Генассамблеи ООН. Присутствие этих двух генералов в составе одной делегации уже должно было показать, насколько Израиль беспокоится по поводу возможных инцидентов с участием российских войск. Естественно, что Израиль как наносил удары по объектам на территории Сирии, так и будет это делать. Но ему очень бы не хотелось при этом ссориться с Россией, тем более, что отношения между странами и так далеко не самые лучшие.

Что касается американцев, то, безусловно, столкновения с россиянами вполне возможны. Причем не только с американской, но и вообще с авиацией всей антиисламской коалиции. Мы знаем, что в разное время и с разной интенсивностью в авиаударах по объектам на территории Сирии участвовали и участвуют Франция, Саудовская Аравия, Австралия, Иордания, Турция. Поэтому военные инциденты вполне возможны, поскольку союзническая авиация в Сирии работает достаточно интенсивно.

При этом интересным выглядит требование россиян, чтобы американцы покинули воздушное пространство Сирии на время проведения операции, поскольку они не были приглашены правительством Асада. С одной стороны, это выглядит как угроза, а с другой стороны, россиянам самим страшно, как бы чего не произошло. Естественно, эта угроза не впечатлила США – авиация как работала, так и будет работать. Для того, чтобы как-то избежать инцидентов в воздухе, россияне запустили информационный центр в Багдаде, который должен наладить некое сотрудничество, а если и не сотрудничество, то просто передачу информации американцам о том, где и когда будут работать россияне. Но я очень сильно сомневаюсь, насколько эффективной будет работа этого органа. Так что инциденты вполне возможны.

Что касается вопроса, не является ли происходящее сегодня в Сирии прологом к новой мировой войне, то в данном случае однозначно сказать «да», наверное, нельзя. Я бы сказал скорее «нет», чем «да». Потому что американцы с русскими в разное время уже неоднократно встречались в локальных конфликтах – и во времена СССР, и при независимой России, и это никогда не приводило к серьезным последствиям. Была только более или менее сильная степень напряженности. Сейчас будет то же самое, тем более, что у США есть очень серьезные рычаги экономического давления на Россию, куда более серьезные, чем те рычаги, которыми обладал Вашингтон во времена существования СССР. Зная это, Россия, скорее всего, постарается перенести свою войну в медиа-пространство, нежели в реал.