В Украине редко когда царило хотя бы относительное политическое спокойствие. Вот и сейчас, во время пандемии коронавируса, длительного карантина, на фоне угрозы затяжного экономического кризиса и в преддверии местных выборов Украину снова лихорадит.

Власть далеко не всегда справляется с поставленными перед ней задачами, оппозиция при первом же удобном случае беспощадно критикует власть, итоги первого года президентства Владимира Зеленского неоднозначны.

Стоило ли вообще ожидать чуда от нынешнего главы государства, сумеет ли она со своей командой справиться с политическими и экономическими вызовами, какую роль могли бы сыграть профсоюзы в жизни страны, что на самом представляют собой украинские политические партии и стоит ли ожидать сюрпризов во время местных выборов?

Об этом и многом другом в эксклюзивном интервью корреспонденту интернет-издания Новости Украины - From-UA рассказал директор Института развития профсоюзного движения Михаил Чаплыга.

«Я видел Тимошенко президентом»

Новости Украины - From-UA: - Михаил, добрый день! Насколько известно, вы во время президентских выборов поддерживали Владимира Зеленского. Когда вы поняли, что он не оправдывает надежд и стали его критиковать?

Михаил Чаплыга: - Все значительно сложнее. В первом туре я принципиально поддерживал Тимошенко. До сих пор сохранил с ней хорошие личностные отношения, поскольку с партией у меня не сложилось и не со всеми ее депутатами.

Я видел в ней президента, и приложил максимум усилий для того, чтобы разработать с командой экспертов новый курс, новый общественный договор призванный перезапустить Украинскую республику. Мне это было интересно, это не упиралось в фамилии, а в Тимошенко я видел того тарана, который должен был пробить эту стену и высадить в благодатную почву эту идею о новой Украинской республике. Но после первого тура стало понятно, что у нас телевизор, как обычно, рулит.

Народ уже не хочет новых решений, поскольку уже не в состояния понять новые слова, у нас уже полная образовательная деградация. Поэтому народ выбрал шамана. В конструкции «разрушить до основания, а затем...» - Тимошенко ответила: и на «до основания разрушить», и «затем», а Зеленский давал ответ только на один - «до основания». Поэтому, моя мотивация почему я поддерживал Тимошенко, и почему ей писал эту программу, понятна: я хочу разрушить и построить новую республику.

Мотивация тех, кто хочет только разрушить, мне непонятна по нескольким причинам. Причина первая — есть ли у вас подушка безопасности на этих руинах, если речь будет идти о разрушении государства, и есть ли у вас, где пересидеть этот период? И я написал анекдот чего я жду от Зеленского. Это когда ворона залезает на борт самолета, там разные звери собрались. И эти звери летят, и вдруг эта ворона начинает деловито разбирать этот самолет на гайки. Звери спрашивают: «Ворона, ты что делаешь?» - «Раскручиваю гайки». - «Ух ты, а можно с тобой?» - «Кончено можно!» Все звери начинают деловито разбирать самолет. Самолет, естественно, разваливается и начинает падать, звери тоже летят: «Ворона, а что делать?» - «А у вас крылья есть?» - «Нет». - «А чего вы тогда выпендривались?» Вот примерно то же самое и случилось.

Ничего я от Зеленского не ждал. Во втором туре я призывал голосовать за него, потому что в первом уже было понятно, что Тимошенко не проходит. Я говорил: хорошо, если вы не хотите «до основания, а затем», а хотите просто «до основания разрушить», я двумя руками с вами, я поддерживаю. Собственно говоря, он удовлетворяет все, чего я от него и ожидал: он полностью разрушает государство, постУССР. Но потом после него будем строить. А что делать?

Новости Украины - From-UA: - То есть, вы хотите сказать, что Тимошенко шла на выборы с четкой идеологией?

Михаил Чаплыга: - У нее есть идеология партии, я туда не вникаю. Я, честно говоря, не понимаю многих вещей, которые у нее есть, но в тот момент все было заточено под президентские выборы и под идею о том, что с приходом нового президента происходит перезапуск государства. Мы устанавливаем третью республику, мы сносим предыдущие все и устанавливаем третью конституционным путем. Пишем новую Конституцию, новый общественный договор и внедряем новый общественный курс, который был прописан одними из лучших экспертов. Вот в чем, собственно, в чем речь. Тут речь даже не о партии и не об идеологии.

«Партии в Украине – это лицензия на участие в выборах»

Новости Украины - From-UA: - Раз уж речь зашла об идеологии, то скажите, как опытный политолог, – в Украине вообще есть идеологические партии?

Михаил Чаплыга: - Идеологических партий как таковых у нас нет, не было и, скорее всего, уже не будет. Весь мир уже давно перешел на проектные рельсы. Нет уже в старом понимании идеологии, мы живем в постмодернистском мире, где уже этих идеологий нет. Идеология — это комплекс воззрений на средства производства, на ряд экономических вопросов и так далее.

Партии в нашей стране - это просто лицензии на право участвовать в выборах. Эта лицензия имеет цену, ее установил Минюст и она достаточно большая. То есть для того, чтобы Михаил отдельно взятый мог пойти и баллотироваться с партией Михаила, ему нужно купить эту лицензию. Если же Михаил хочет как-то по-другому, то ему тогда надо вливаться в какую-то партию или покупать у этой партии франшизу. То есть, некто владельцы этой партии заранее купили эту лицензию и продают потом франшизу. Вот что происходит. Поэтому каких-либо идеологических вещей у нас нет и быть не может. Я вижу в данном случае только объединение по эгоистичным интересам. Это не значит что-то плохое. Эгоистичный интерес может быть жить в чистоте, эгоистичный интерес может быть получать хорошую заработную плату, иметь достаточный социальный пакет.

Именно поэтому я настаиваю на том, что реальная членская база должна быть в профсоюзах, гильдиях и ассоциациях работодателей, но никак не в политических партиях. Политически партии — это просто лицензии и инструмент для реализации воли граждан, которые объединены каким-то своим эгоистичным интересом. У каждого много хотелок и роль государства заключается в том, чтобы один эгоистичный интерес не мешал развитию другого эгоистичного интереса. Как говорят, права и свободы одного заканчиваются там, где начинаются права и свободы другого. Это функция государства.

Я вижу будущее за партиями работодателей, ФОПов, профсоюзов аграриев. Мы, например, создали небольшую объединенную команду. Партию пока еще не купили, но деньги собираем, может, кто-то продаст или даст в аренду.

«Скоро профсоюзы и ФОПы будут играть огромную роль»

Новости Украины - From-UA: - Возможны ли движения профсоюзов у нас, так как это есть на Западе, где профсоюзы отстаивают непосредственно работников, а не представителей олигархов?

Михаил Чаплыга: - Конечно, возможны. Сейчас вокруг говно, вот просто говно во всем: в госуправлении, в профсоюзах, в работодателях — во всем. Поэтому единственное, что мы можем сделать, это нарисовать модель или принцип, который мы бы хотели воплотить. Я говорю о принципе трипартизм, когда есть гильдия работодателей - у них свой эгоистичный интерес, они создают рабочие месте и дополнительную стоимость, о профсоюзах - это люди нанятые. Профсоюзы и работодатели — они как инь и янь, борьба и единство противоположностей, диалектика. И третья сторона — это государство, которое выступает гарантом. Собственно говоря, вот это и называется трипартизм. Это и есть гражданское общество, а не вот эта свора псевдоактивистов, каких-тогрантоедов. Это не гражданское общество, это вообще непонятно что, это гримасы.

Гражданское общество — это объединение работодателей, профсоюзов, это церковные объединения, это политические партии и это сервисные социальные организации. При этом роль таких активистов от 1 до 5% в зависимости от того или иного общества. У нас просто чуть другую модель нам навязали. Теперь касательно профсоюзов. Модель, которую я вижу там, это модель новой республики Украина. Что такое код профсоюзов? Это когда я осознаю, что у меня есть интерес — тварь я дрожащая или право имею? Право на хорошее рабочее место, на достойную заработную плату, право на нормальный социальный пакет, на уверенность в завтрашнем дне. Право не быть выкинутым просто по желанию кого-то. Право на протест, на забастовку и на многое другое. Это первый шаг. Если я осознал, что у меня есть свой интерес, то второй шаг — я готов бороться за свой интерес, потому что молча, сидя или писать что-то там в Фейсбуке — понятно, что никакие интересы нельзя отстоять. Права не дают, права берут, и эти права надо быть готовым брать. Не идти договариваться с кем-то или просить, не дай боже, правительство или кого-то еще. Всех, кого просят, ставят на колени, а тем, кто встает на колени, рубят голову. Поэтому идти и просто брать свое. Это второе. И третье: для того, чтобы взять свое, надо идти с кем-то. Понятно, что если я приду с одиночным пикетом или требованием под Кабмин, то надо мной посмеются, поэтому я должен идти с кем-то. Вот и есть этот код: первое - осознать, второе - быть готовым бороться, третье - быть готовым бороться вместе. Это коллективная форма защиты наших прав. Собственно говоря, этот код можно положить в основу республики граждан, когда каждый осознает, что у него есть права и свободы, что он готов за них бороться вместе с другими, то есть делегировать частичку своего суверенитета и субъектности другим: своим соседям, знакомым, друзьям, единомышленникам. Этот код можно применить ко всему, поэтому я говорю о профсоюзах в большом смысле. И я не верю в то, что они могут родиться снизу. Для этого нужна правовая база. Для этого нужна группа таких сумасшедших, как я, грубо говоря, которые приходят и получают полноту власти, и они понимают, что нельзя просто все отнять и поделить, если речь идет о национализации.

Нельзя все преференции отдать только работнику, ввести, например, право на забастовку. У нас оно задекларировано в Конституции, но нет механизма реализации, поэтому профсоюзы у нас беззубые, потому что выйти на забастовку у вас не получится, у вас будет только мирный протест, ст. 39 Конституции, а это совершенно другое. Забастовку в классическом понимании вы можете сделать только за 80 дней. Ну, может, кто-то сделает за 30-40, но, тем не менее, это не 2, не 3 и не 5 дней. Даже за 30 дней, поверьте, инициаторам поломают ноги, заведут кучу уголовных дел, поотнимают собственность. Короче говоря, забастовку вы не проведете. Поэтому, тут вопрос законодательного урегулирования.

Я также понимаю, что вопрос в том, что у нас основная масса денег, которые поступают от взносов профсоюзов, остается в первичных организациях. И получается, что какая-нибудьпервичка может быть богаче ЦК. Скажите, а кто будет на уровне правительства говорить с нищим ЦК, который ни на что не влияет и у него куча феодальных баронов, которые сидят в своих первичках? Понятно, никто. Поэтому нам надо менять систему финансирования. Вы себе представляете, какое будет сопротивление со стороны этих феодальных баронов. Например, ЦК химическое - все химические предприятия области. И какая-нибудь первичка отдельно взятого богатого завода на 100 человек будет иметь бюджет 20 млн, а все ЦК - 3 млн. Во всем мире - наоборот: 90% идет в центр, и за счет этого формируется и забастовочный фонд, и влияние на штрейкбрехеров, и влияние на глобальном уровне - на медиа, на все. Тогда ЦК может на что-то влиять. А когда у вас, извините 10 феодальных баронов, 100 каких-то нищебродов, и вы такой же нищеброд во главе, то кто с вами будет говорить на уровне центра? Естественно, это просто идет как феодальная междоусобица и раздробленность. Поэтому нужно менять закон. Второе. Если у вас нет ядерного оружия, в этом глобальном мире вы никто. Но если ядерное оружие есть у государств, то ядерное оружие для профсоюзов - это забастовка.

В то же время, если у профсоюзов есть право на забастовку, то у работодателей должно быть право локаут. Локаут - это забастовка наоборот. Представим себе: карантин, с вас работодатель дерет деньги, с вас государство дерет налоги. У вас нет прибыли, у вас нечего и некому продать. Но у вас есть работники, у которых есть гарантированные права, и вы должны за все это платить: государству налоги, арендодателю, должны платить за содержание, за коммунальные услуги, наемным рабочим и т. д. Но деньги же вы не печатаете, а денег у вас нет. Что делать в такой ситуации? В такой ситуации вы имеете право объявить локаут - это когда вы, условно говоря, уходите на забастовку от своих работников, то есть вы закрываете предприятие - и все. Я понимаю, что все это должно быть прописано в том числе в новом Трудовом кодексе, за который выступают все, но именно за новый современный кодекс, с учетом новых тенденций и трендов рынка труда и отношениями между работодателями и наемными работниками, а не то, что нам пытались навязать Милованов и вся эта шобла во главе с Третьяковой, когда они пытались сделать аля Трудовой кодекс на 5 страничек, и внедряли, по сути, рабство.

Поэтому, если я вижу возможность рождения профсоюзов, то я вижу возможность рождения сначала через идею о них, получение власти группой людей, которые несут эти принципы в общество и говорят, что мы в говне и мы хотим построить наново, и вот наш проект. Получение инструментов власти. Огнем и мечом внедрение этого всего в законодательство, создание почвы для рождения настоящих, а не желтых профсоюзов, настоящих ассоциаций работодателей, нормальное установление диалога в рамках трипартизма.

И тогда я вижу действительно будущее в целой стране, потому что тогда мы будем говорить о том, что в стране есть какая-то система — чего мы хотим. Взаимодействие и взаимное влияние работодателя на наемного и гарантии государства.

Новости Украины - From-UA: - Как, по вашему мнению, нынешние профсоюзы повели себя во время карантина, а как должны были себя вести?

Михаил Чаплыга: - Мы говорим профсоюзы — а что это такое? Никто так не грызется, как дети одной семьи. Внутривидовая борьба более страшная, чем межвидовая. Точно так же и профсоюзы. Там и независимые, и ассоциации независимых, и конфедерации, и федерации - кого там только нет, там сало, мед, говно и танки. Какие-то из них живут, какие-то нет. Многие из них защищены коллективными договорами.

Возьмем учителей. Например, учителя защищены коллективным договором. Молодцы. То есть теперь учитель, пребывая в вынужденном отпуске, он все равно теперь будет получать заработную плату и гарантии. Многие работники металлургических предприятий или химической промышленности защищены колдоговорами, где оплачивается простой не по вине работника. У нас есть статья в Трудовом кодексе, которая гласит, что если не по вине работника, то установлена часть, которая выплачивается работнику, независимо от того, работает предприятие или нет.

Поэтому, роль профсоюзов же не только в том, чтобы митинги водить и забастовки проводить. Роль в том, чтобы заключать коллективные договора, которые работают. Роль в том, чтобы выбивать условия труда для своих наемных работников. Где-то работают профсоюзы, где-то нет. Где не работают, там отмирают. Например, у медиков сейчас идет бурление. На меня официальные профсоюзы потом обижаются, но я им сказал простую вещь. Сейчас огромное внимание общества приковано именно к профсоюзам как коллективной форме защиты своих прав. Право на труд объединило и ФОПы, и аграриев, и профсоюзы, вот как удивительно вышло. Поэтому вы либо модернизируйтесь и возглавляйте, либо вас сносят и придут новые.

Другое дело, что Министерство юстиции в силу разных причин тормозит пока регистрацию нового профсоюза. Если вы помните, была акция «будь, как Нина». Нина Козловская, медсестричка, у которой наболело, и она вышла и сказала, как есть. Антон Гура очень много рассказывает, что происходит в медицинской сфере. Я знаю, что Семен Глузман готов присоединиться к новому независимому профсоюзу. Когда Лех Валенса узнал, что у нас происходит, то хотел бы приехать в Украину и поддержать нас в рождении этого нового независимого профсоюзного движения. То есть я не буду говорить о профсоюзе, а о профсоюзном движении, как о принципе, об идее, об идеологии.

Поэтому, скажу вам так: кризис был очень нужен, он показал, кто настоящий, а кто нет. Вы сильно много видели протестов шахтеров независимых профсоюзов, когда начали закрываться ГОКи и один олигарх объявил чуть ли не банкротство? Я не видел таких протестов. Может быть, не все в порядке, хотя били себя каской в грудь и кричали, что Федерация профсоюзов самая зависимая, а мы самые независимые.

Я рад, что кризис пришел и показал, кто есть кто, и насколько важно понимать, что профсоюз — это не только его руководящие должности, это не только печать и бумага обоснований, но это и простые члены профсоюзов, которые должны и имеют право бороться за хорошее и правильное руководство, влиять на это руководство и осознавать, что тот профсоюз, в котором они состоят, это не просто 1% каких-то отчислений, но это и реальный инструмент в их руках. Но для этого нужно эти руки размять и инструмент таки взять в руки.

Новости Украины - From-UA: - Вы несколько раз вспоминали о представителях мелкого и среднего бизнеса. Насколько карантин пошатнул их позиции, и как это может повлиять на экономику?

Михаил Чаплыга: - Начнем с того, что у нас больше 60% бюджета формируют доходы от 10 крупных плательщиков налогов, и, по-моему, только 20% формируется ФОПами и налогами с граждан. Но, тем не менее, в чем ценность ФОПов? ФОПы — это самозанятые, это те, кто не сидят на шее у государства, которые сами научились бороться за свои права, сами себя кормить, создавать рабочие места и при этом ничего не брать от государства. Представляете себе, какая армия экономически независимых граждан? Конечно, они есть локомотивом в любой стране, и, конечно, их больше всего боится государство. Конечно же, государству легче иметь армию рабов, то есть, всех посадить на субсидии, всех сделать нищими и вех поставить с протянутой рукой.

А ФОПы, получается, это враги государства, потому что они независимые, они могут позволить себе личное мнение, они могут позволить себе протестовать, они вообще ни от чего не зависят. И вот по ним пришелся первый и главный удар этого кризиса, по сфере услуг, потому что у нас, по сути, самозанятые, малый и микробизнес, - это сфера услуг.

А сфера услуг легла первой. А легла сфера услуг — легли и те, кто работали на эту сферу услуг. Занятость-то там тоже в основном была серой, теневой. И отличие этого кризиса от 2008 года в том, что если тот кризис ударил по белой экономике, что можно было спасти банковскими вливаниями и печатанием денег, то этот кризис ударил по серой и теневой сфере, и мы это видим на примере Италии, Испании. Там тоже была огромная доля серой и теневой занятости. И точно так же это ударило по Украине.

Естественно, это породило субъектностьФОПов, они начали пытаться выступать за свои права, протестовать, объединяться. Но, опять же, когда вы начинаете объединяться, то сразу появляются нахлебники. Появилось уже столько профсоюзных деятелей, которые еще в сентябре тыкали в меня пальцем и кричали, что я маргинал, кому эти профсоюзы нужны, то теперь, вы не поверите, все стали светочами профсоюзной мысли и одновременно главными защитниками ФОПов. Вы не поверите, они уже все на передовой возглавляют протесты. Смешно и грустно, потому что это разбивает ФОПовское движение, я вижу, какая грызня идет внутри. Ну, опять же, внутривидовая борьба более страшная, чем межвидовая. Все понимают, что грядут местные выборы, а на местных выборах ФОПы и профсоюзы будут играть огромную роль, потому что в отличие от партий там есть членская база, и они объединены своим эгоистичным субъектным интересом, и, конечно же, будет большая борьба, но это эволюционные процессы, и их нужно пройти.

«Украину ожидает три волны кризиса»

Новости Украины - From-UA: - По вашему мнению, коронавирус – это все-таки глобальная медицинская проблема или вселенский заговор?

Михаил Чаплыга: - Коронавирус — это вирус. Насчет того, это пандемия или эпидемия, это пусть спорят математики с медиками, но я думаю, что через пару лет мы станем свидетелями великолепных расследований, когда нам расскажут о библейских масштабах обмане, который произошел. Но я вам скажу так: экономику нужно было сдуть. Пузырь экономики был раздут настолько, что его надо было взорвать. Все об этом говорил и все об этом знали, но никто не мог предположить, как это будет происходить. Вот оно и случилось - подвернулся под руку вирус. Был бы не вирус, было бы что-то другое, утиная фигня — ну, значит утиная фигня объявила бы пандемию. То есть надо было сдуть мировой пузырь экономки. Раньше это были мировые войны. Мы все стояли и стоим на пороге Третьей мировой войны. Будем воевать или будем сдувать пузырь? Ну и все согласились, что лучше сделать вид, что у нас утиная фигня, поэтому давайте сдувать пузырь таким образом.

По ходу пьесы крупные переделили все под себя, каждая страна избавилась от всего лишнего, что у нее было, начали перекупать и скупать активы друг у друга, начали грозить друг другу долгами. Ну а Украина вместо того, чтобы быть хотя бы субъектной и действовать хотя бы как Беларусь, естественно, повелась в общем масштабе: в пропасть летим? Ну, классно! Давайте еще пропеллером помашем, чтобы быстрее летели. Вот то, что сделало наше правительство. Более того, выходят еще некие официальные лица и начинают нам рассказывать о том, что это делается с целью запугивания нации. Представляете, правительство запугивает и гордится этим.

Плюс общество поделилось на богатых и бедных. Богатые, кому есть что терять и у которых есть возможность жить, как рантье, грубо говоря, до конца дней своих и своих внуков, они все начали требовать задраить верхние палубы нашего «Титаника» и объявить карантин хоть до конца дней. У них все есть и все отлично, можно карантинить. Клубы у них частные по записи, рестораны у них частные — у них все хорошо. А бедные начали требовать, что нам кусок хлеба надо, нам ваш карантин до пятой точки, нам надо выжить как-то, вы тут боитесь от вируса умереть, а мы боимся от голода и холода. Соответственно, поделил этот вирус на бедных и богатых. И те, кто оказался на нижних палубах, в конце концов в начале мая прорвали линию обороны и вырвались на верхнюю палубу, ну и куда уже деваться верхним палубам? Начали рассказывать, что мы так и хотели, извините, а что мы тут чуть-чуть пополовинили ваши бизнесы? Ой, ну вы, конечно же восстановитесь, мы вам даже кредиты дадим. Не денег, а кредиты. Ну, в залог вашей оставшейся собственности, но вы не переживайте. Вот приблизительно что произошло с этой болезнью и карантином.

Новости Украины - From-UA: - Тем не менее из кризиса нужно как-то выходить. Удастся ли это Украине и за какое время?

Михаил Чаплыга: - В конце февраля я сделал прогноз о том, что на фоне падение промпроизводства, падение покупательной способности, объявление этого глупого карантина, падение спроса на сырьевых рынках, в середине мая к нам придет первая волна кризиса. Я назвал ее не страшной, но яркой — и она пришла. И вы все можете наблюдать яркость этой волны, но она не страшная действительно. Сбивать эту волну будут путем определенных послаблений. Как говорил Сталин: сначала закрутим гайки, потом на 20% отпустим, и все подумают, что мы великие демократы. Вот, собственно, что и происходит.

Вторая волна, которая придет в сентябре, это будет серьезно, это будет цунами. У нас будет конец экономики, у нас ее просто не будет, от слова нет. Представьте себе, что где-то пропал свет на насосной станции, и у вас в многоквартирных домах канализация перестала работать. Вот это будет кризис. Вот когда вы это ощутите, тогда будет революция. Собственно говоря, вот что-то подобное нас ожидает. Разрешится это все может через политический клапан - через выборы. Вполне возможно, что местные выборы станут прообразом парламентских, либо будут совмещены с парламентскими выборами, и тогда это будет определенный выход. Помните, как у нас последние парламентские выборы стали третьим туром президентских, вот точно так же и местные могут стать парламентскими. То есть, по сути, они будут парламентскими, а по форме местными. То есть это будет битва ключевых идеологий — большевизма, неомарксизма с неолиберализмом. То есть этот будут серьезные разборки, большие политические мировоззрения. Старые партии уже ничего не тянут. Суммарно старые партии уже имеют около 45% поддержки, 55 % гуляют, и это месяц назад. Скорее всего, к сентябрю у старых партий не останется и 30%, у всех вместе, это и у «Слуг народа», и у всех остальных. Поэтому это будет очень серьезный политический кризис на фоне полного падения развития экономики и отсутствия бюджета как такового. Весь бюджет, судя по тому, как они его поделили в последний раз, мы проедим до 1 августа. Август мы еще как-то протянем, а с 1 сентября уже бюджета нет, и плюс 10 млрд долгов.

Волна эта не будет разрушительной для государства, оно не умрет сразу. Если не дать выхлоп, не дать реализоваться политическому решению, тогда нас ждет третья волна, которая и так придет, но вопрос в ее разрушительности.

Третья волна - это удар и вызов государственности Украины, она придет во второй половине ноября. Представьте, что у вас разваленный завод, в нем были разные цеха — гальванический, механический, цех сборки и т. д., огромный завод, который развалили, еще объявили карантин и рабочих потеряли. В результате перед вами стоит вопрос: а как его поднять? Чтобы поднять его в целом, вам нужно 100 млрд, и у вас таких денег нет, даже у ваших соседей, международных партнеров. Вместо того, чтобы называть их международными мародерами и спекулянтами, их называют партнерами. Даже у них таких денег нет, и никому не нужен целый завод, никому сейчас конкуренты на внешнем рынке не нужны.

Поэтому, каждый будет растягивать кластерами: у меня есть 5 млрд на гальванический цех — отдайте его мне и я буду его поднимать; а у меня есть 10 на механический, я забираю механический и буду его поднимать. В результате нас разошьют. Это вызов государственности. Будут внешние наши партнеры, или как их там назвать, растянут нас на кластеры, и будет консенсусное внешнее управление страной в полном понимании этого слова, и о субъектности Украины можно будет забыть.

«Местные выборы станут борьбой с глупостью центра и влиянием старых партий»

Новости Украины - From-UA: - Мы плавно перешли к местным выборам. Есть мнение, что они станут своеобразным противостоянием местных элит с центром?

Михаил Чаплыга: - инициатива Филатова о партии мэров — это очень серьезная заявка на участие в финале. Сейчас, на фоне глупости и неспособности центра управлять, основная масса реальных проблем и общения с согражданами легло на местное самоуправление. Местное самоуправление на сегодняшний момент обобрано государством, у него забрали рычаги наполнения бюджетов, и еще и недобор составил 25%, и еще все проблемы на них поскидывали в медицине, образовании и т. д.

Поэтому, главным маркером будет – грубо говоря, против центра. Возможно, будет несколько таких партий мэров, возможно, одна. Возможно, какую-то инициирует Кличко, сложно сказать, но это будет местный, большой региональный, но национальный проект политический. Это будет один тренд. Второй тренд - это когда есть ассоциация работодателей, ФОПы, аграрии и профсоюзы. Они организуют свой проект, или это будет несколько проектов. Принцип чуть другой, но по сути, тот же - это против глупости центра и против влияния этих старых партий - лицензий на всю власть в Украине. Ну и, естественно, будут сами старые партии конкурировать между собой. У них эти 40-45%, это то поле, на котором они будут сражаться.

Новости Украины - From-UA: - Стоит ли ожидать после местных выборов уверенно прихода в политику многих ярких личностей. Таких, как Шарий, например?

Михаил Чаплыга: - Я думаю, что у него есть шансы. Я как раз о таких проектах и говорю. Я не называю это партиями, я называю проектами, потому что еще раз говорю: партия - это лицензия на участие в выборах. То есть у Шария главным идеологом является Шарий, и это хорошо, потому что я не верю в писаные на листочке бумаги бесфамильные идеологии. Идеология — это я.

Я, например, 45 лет своей жизни я доказал, кто я есть, у меня есть имя, и оно стоит дороже, чем какие-то коврижки. И принципы, как я поступал всю жизнь, это и есть идеология, я доказал это своими действиями. И вот такие люди будут формировать. Шарий будет формировать, я буду формировать, мэры городов будут формировать. То есть, где идеология будет подтверждена конкретными людьми с конкретными действиями и с конкретной репутацией. Будут ли это новые или старые, это уже неважно, потому что будут приходить профи, то есть люди с жизненным опытом.

Что лежит в основе репутации? Жизненный опыт. Соответственно, будут приходить опытные. Есть огромный запрос не на новые лица, а на опытные лица. И слоганом будет, по крайней мере, я его пока предлагал себе, - это слоган, что у меня лично нет права на ошибку. Те, кто пойдут со мной, мы не имеем права на ошибку. Потому что если мы придем к власти и разобьем этот поезд, то разобьемся и мы тоже, и наши семьи. Мы все живем здесь, и у нас нет запасных аэродромов, как у всех этих «соросят» и у этих богатых, которые поприходили, поэтому такой перелом на местных тоже будет.

Но я думаю, что они будут совмещены спарламентскими, либо в основе своей философии будут иметь парламентские механизмы, и явка будет достаточно большой. Поэтому я думаю, я прогнозирую этот запрос, сейчас 55%, со временем, думаю, будет 60% запрос на что-то, связанное с именем, доказанным временем, на проекты, связанные с опытом, со знанием, на проекты, связанные с ответственностью, этот запрос будет расти и находить свое удовлетворение на выборах.

Только экстренная и самая важная информация на нашем Telegram-канале