Договорённости возможны лишь тогда, когда все стороны одинаково трактуют понятия.

19 сентября подписан еще один документ в Минске, теперь уже итоговый Меморандум на переговорах по украинскому урегулированию. И снова есть повод для надежды на продолжение мира, с полной уверенностью в его постоянном нарушении. Конкретики стало больше, ясности не добавилось. Как и предполагалось –  зона «АТО» или территория войны, как ее ни назови, превращается в плохо заживающую рану. Степень кровоточивости этой раны может регулироваться извне, через представителей системы украинской власти, создавая проблемы во всем регионе и даже далеко за его пределами. И при долгом незаживании эта рана вполне может перейти в состояние гангрены.

Меморандум не прояснил, какими полномочиями пользуются частные лица с фамилиями, похожими на фамилии лидеров ДНР и ЛНР.

Очевидно, что подписанный Меморандум – не окончательный документ в деле урегулирования конфликта на Востоке Украины, он может быть лишь поводом для продолжения перемирия. Впрочем, и это уже не мало.

Также очевидно, что в Киеве и на Донбассе будут читать текст этого Меморандума по-разному. Это все равно, что подписать договор о покупке квартиры без указания деталей, лишь с некоторыми намеками на приблизительную цену – продавец будет настаивать на том, что он продал старую «хрущевку» на окраине, а покупатель будет считать, что покупал пентхаус в центре.

В Киеве убеждены, что территории «некоторых районов Луганской и Донецкой областей»  остаются лишь районами этих областей, но эти же территории на Донбассе считают народными республиками. Также по-разному видят и границы этих территорий. Меморандум задачу по определению границ не облегчает, а наоборот – усложняет. Под чьим контролем будут территории, с которых отводят тяжелую артиллерию и ракетные комплексы (а это 30-километровая зона)? Даже если обе стороны согласятся на их нейтральность, то образуется значительная «серая» территория, которую каждая из сторон будет считать потенциально своей и уж без сомнений, как минимум, «спорной». Если неопределенность затянется, то даже в состоянии мира это будет зона упадка и прозябания с разрушающейся инфраструктурой и коммуникациями – ни одна из сторон не будет вкладывать средства в неопределенность.

Да и хотелось бы узнать список населенных пунктов, на которые распространяется «запрет на размещение тяжелого вооружения и тяжелой техники в районе, ограниченном населенными пунктами…» в соответствии с пунктом 5 минского документа.

Своеобразно в Киеве понимается положение об отводе средств поражения «в течение суток с момента принятия данного меморандума…». Вероятно, руководство ВСУ решило, что сутки еще не прошли и можно запустить несколько ракет по Донецку – утром 20 сентября Донецк был обстрелян, предположительно, двумя ракетами «Точка-У». Есть жертвы.

Нет уверенности, что стороны проявят рвение в исполнении пункта 6, в части, где говорится о снятии ранее установленных минно-взрывных заграждений в зоне безопасности. За этот непродолжительный срок установлено немалое количество мин, которые при любом сценарии развития событий будут давать о себе знать еще многие годы, как это происходит до сих пор на Балканах, на Кавказе, в Афганистане, Ираке…

Запрет на полеты боевой авиации и иностранных летательных аппаратов за исключением аппаратов ОБСЕ над зоной безопасности - без сомнения, нужный пункт, но он и так был близок к фактическому исполнению ввиду истощения запасов летательных аппаратов у ВСУ.

Интересно было бы понаблюдать за выполнением пункта 9 Меморандума о выводе всех иностранных вооруженных формирований, военной техники, а также боевиков и наемников с территории Украины. Узнаем ли мы, сколько и каких наемников успело отличиться на территории Украины? Как после этого будут выглядеть заявления о том, что никаких иностранных военных не было на фронтах гражданской войны на стороне ВСУ? С российской регулярной армией несколько проще – её целыми дивизиями вводили на территорию Украины отечественные СМИ вместе с пресс-центром «АТО» и сами же успели вывести «на 70%».

Так как договориться без международной помощи вряд ли удастся, то и на возможность привлечения международных посредников, и на возможные результаты их работы также будут разные взгляды в Киеве и на Донбассе. Опыт Югославии, к которому так часто невольно приходится обращаться в ходе войны в Украине, и здесь предоставляет разные варианты. Есть опыт Республики Сербской в Боснии и Герцеговине (РС БиГ), а есть опыт Республики Сербской Краины (РСК) в Хорватии.

На первый вариант, как очень компромиссный, с трудом, но, вероятно, могли бы согласиться на Донбассе. При формальном сохранении страны – Боснии и Герцеговины, Республика Сербская имеет свою армию, а жители, кроме гражданства БиГ, имеют и гражданство РС (и имеют возможность иметь и другие паспорта). РС БиГ образовалась в результате подписания Дейтонских соглашений в декабре 1995 года, которые заложили основу конституционного устройства Боснии и Герцеговины. Но по их условиям сербы потеряли значительную часть территории, которую контролировали в ходе войны и на которую рассчитывали. Да и после подписания Дейтонские соглашения нарушались, в результате сербы дополнительно потеряли некоторые территории (округ Брчко). Кстати, подписаны они были в Париже лидером боснийцев Алиёй Изетбеговичем, президентом Сербии Слободаном Милошевичем и президентом Хорватии Франьо Туджманом – от самой Республики Сербской подписантов не было. Ничего не напоминает?

Но Киеву больше по душе пришелся бы вариант с Республикой Сербская Краина. Сербы надеялись на оформление независимости РСК или хотя бы на сохранение автономии в составе Хорватии. Но в ходе хорватских операций «Молния» и «Буря» при поддержке Запада, в 1995 году потеряли большую часть своих территорий. Остаток РСК в Восточной Славонии, Баранье и Западном Среме согласно Эрдутскому соглашению при помощи ООН был «мирно» интегрирован в Хорватию в 1998 году. Говорить о том, что интересы этнического сербского большинства были учтены хорватской властью, сложно. Сейчас сербам приходится отстаивать даже свое право писать кириллицей.

И тем не менее... Хрупкое, постоянно нарушающееся, но все же относительное перемирие есть. Правда, обеспечивается оно в значительной степени массовым дезертирством – целыми ротами и батальонами – ивано-франковскими, николаевскими, кировоградскими… Перспектива попасть под суд за дезертирство пугает людей меньше, чем возможность погибнуть на фронтах гражданской войны и оставить семью без средств к существованию. Что-то никто не вспоминает про «миллион гривен страховки» для солдат, «тысячу гривен в день для военнослужащих-контрактников», да и добровольный набор остался только в лозунгах и декларациях для СМИ.