Международный валютный фонд ставит условия по повышению цены на газ для населения не потому, что это какие-то происки против Украины, а это логика реформ. То есть единая цена — это индикатор рынка газа. Для того, чтобы создать конкурентный рынок газа, обычно выводят цены для всех потребителей на один уровень. Об этом говорилось еще несколько лет назад, просто из разных политических соображений правительство с этим делом тянуло, а теперь вынуждено в авральном порядке все же повышать цену. И вот здесь как раз нужно отметить, что еще раньше это можно было делать постепенно и не так болезненно для людей, как это будет сейчас.

А как проводится формирование рынка энергетики? Выравниваются цены, грубо говоря, отпускаются, и отпускается вход в рынок. Естественно, что рынок был фактически монопольным, субъектов в стране немного, и цены стразу подскочили. Поэтому в энергетике прогнозируется действительно очень серьезный рост цен: в газе он уже произошел (у нас сейчас промышленность достаточно давно покупает газ по европейским ценам газ), а в энергетике еще нет. Происходит скачок и даже перехлест в несколько раз. Потом начинают заходить инвестиции, сначала в сбыт, потом в производство, рынок насыщается, создается конкуренция, цены начинают падать, и лет через пять обычно происходит так, что цены падают ниже начального уровня, с которого начали формировать рынок. Этот период надо как-то пережить. Для этого, в общем-то, международные организации и дают кредиты: для того, чтобы смягчить это шоковые явления для потребителей, которые будут происходить на рынке.

Правительство должно помнить, что это только первый этап реформ. Для чего повышается цена на газ? Для того, чтобы создать привлекательные условия для прихода инвестиций. К сожалению, в такой военно-политической ситуации, как у нас, этого может быть недостаточно для прихода инвесторов, то есть именно правительство должно создавать соответствующие условия для этого.

А наше правительство зависло с этим реформами и в энергетике, и в газе, потому что этот переходный момент в социальном плане очень болезненный. Понятно, что правительство не очень-то хочет браться за это дело, но теперь уже выхода нет, так как реформы запущены в действие. Вся их логика в том, что новые цены в энергетике должны простимулировать приход инвесторов, что в итоге может привести к росту добычи в Украине. К сожалению, в «Укргазвидобування» пока не видно инвестиционной активности: они что-то там делают, но, к сожалению, они заняты не тем. Вот как раз им конкуренция для того и нужна, чтобы люди перестали спать и почивать на лаврах. Ведь себестоимость добычи у нас на континенте — 30-40 долларов, а газ продается по 300 – представить только, сколько они зарабатывают на разнице?! Соответственно, она должна идти на развитие, а не только на повышение зарплат работникам «Укргазвидобування».

Поэтому еще раз нужно уяснить то, что ключевой момент нынешних реформ — это приход серьезных инвесторов и насыщение рынка. Это второй этап, и он должен быть. А цены — конечно, если мы хотим рыночных реформ, надо повышать. Дело в том, что рыночные цены растут, и для промышленности в том числе, в связи с тем, что выросла мировая цена на нефть, а для населения цена не растет – как так?! Или же тогда надо уже отказываться от этих реформ и возвращаться к схеме, где есть рынок промышленности и есть регулируемый рынок для населения, на котором фиксируется цена и находится социальный ресурс. Между прочим, такая схема социального энергоресурса существует и в развитых странах.