По большому счету, после Собора ничего не поменялось. Единственным существенным изменением в политической, религиозной, социальной жизни украинцев можно назвать ликвидацию УПЦ КП и УПЦ и объединение их в одну структуру. Разговор об этом объединении шел с начала 90-х, и это не завершалось каким-либо успехом.

Это единственный успех, потому что создать объединенную церковь так и не удалось — УПЦ МП не присоединилась к этому процессу. Тоже самое касается и католиков: то есть это вопрос не только во взаимодействии с Онуфрием, но и с главой Украинской Грекокатолической церкви Святославом Шевчуком в том числе. Создать поместную церковь тоже не удалось, поскольку мы видим по тому проекту устава, который обнародован, что вся финальная юридическая, судебная, религиозная власть в этой новой церкви будет принадлежать Константинополю.

По большому счету, создана полуавтономная религиозная структура, которая будет подконтрольна Константинопольскому патриарху. Или расширенный захват, или ограниченная автокефалия — наверно, где-то здесь, на рубеже.

Верующие этих двух конфессий в какой-то мере вчера почувствовали себя лучше, поскольку они считают, что они теперь каноничные, признанные. Но вопрос каноничности не определяется грамотой Константинополя или Томосом, он определяется признанием другими церквями. Вчера этого признания со стороны других церквей не состоялось, то есть не было поздравлений. И борьба за это признание — еще длинная дорога. Не факт, что она завершится когда-либо успехом. Вчера новую структуру признал только Константинопольский патриархат, хотя и достаточно авторитетный, но один из самых маленьких в православном мире.

И Томос тоже ничего не поменяет. В какой-то мере президент выиграл политические баллы, потому что он пиарится, и «сериал» Томоса отвлекает внимание от роста цен на тарифы, что должно быть сейчас ключевой темой, от коррупции, от отчета президента. Выиграл, безусловно, Филарет, который смог протащить свою правую руку на должность руководитель новой церкви, несмотря на желание президента иметь Симеона и желание Константинополя иметь кого-то из иерархов не из КП. Выиграл Константинопольский патриархат, который, во-первых, вчера уже отрезал от Украины украинскую диаспору, а речь идет о миллионах человек — украинская диаспора за рубежом больше, чем вся нынешняя паства Константинопольского патриархата. Это очень богатые и влиятельные люди. И получил под контроль значительную часть религиозного поля Украины.

Проиграли вчера украинцы, потому что политический дискурс и политическое вмешательство в религиозные дела будет нам отдаваться эхом и, в лучшем случае, икотой еще многие десятилетия, если не столетия. Политический конфликт обострился, ожидается борьба за храмы и другие исторические объекты. Вмешательство государства в церковные дела станет прецедентом для всех следующих властей. Украина зафиксировала сегодня раскол православной общины на три условно каноничные — Константинопольскую, Московскую и Римскую (ветвь католиков), и мы все потеряли шанс создать независимую объединенную церковь.