Земельных Майданов не будет. В первую очередь потому, что люди, которые против земли, фермеры, не фермеры — условно те люди, которые против бестолкового рынка земли, потому что на самом деле никто не против рынка земли, речь идет о правильной его организации. Провести аудит земель, что у нас есть, создать земельный банк — то есть сделать по-нормальному — и все будут «за». Так вот эти люди, которые протестуют, сейчас они пытаются действовать с позиции здравого смысла объяснить депутатам, что они-то «за», но не так, как вы — рванули и побежали. И это не та база, в результате которой возникают протесты.

То есть попытка достучаться до мозгов депутатов не реализуется с помощью Майданов, и все это понимают. Но, естественно, к этим спокойным протестантам — обратите внимание, что Тимошенко, которая во главе этих протестов, она всячески подчеркивает мирный характер, она сама пытается утихомиривать полицию. Обаятельно к любым протестным событиям примыкают радикалы любого окраса, и какие-то столкновения — это у нас уже неотъемлемый атрибут. Но этих примыкающих не хватит для того, чтобы раскачать ситуацию по-полной. А вот если, не дай Бог, пойдет внедрение в Конституцию особого статуса, капитуляция в рамках Минского процесса, вот там может полыхнуть. А это вопрос значительно серьезнее.

Возле Рады много аграриев, но к ним примкнули и воспользовались моментом представители «Азова». Для них это определенная практика их национальных дружин по поводу столкновения с полицией. Происходит фул-контакт из двух достаточно родственных флангов одной большой шеренги. Они готовятся к достаточно серьезным столкновениям и противостоянию по поводу вопросов суверенитета, капитуляции, мирного процесса, интеграции Донбасса. Они воспользовались этим моментом, они не были главные. Они примыкают, они используют ситуацию, они обкатали свою молодежь из Национальных дружин в противостоянии с полицейской молодежью. Но они не движущая сила.

Что касается зимнего майданного времени — здесь нужно искать какой-то философский, исторический, ментально-национальный ответ. Неизвестно, почему, но у нас это все случается зимой, когда обычно холодно и тяжело находиться там. То есть мы настолько экстремальный народ, что не ищем легких путей, и если протестовать — то протестуем. Общество недовольно, как правило, итогами года, бюджетом, социальными программами. Опять же, власть пытается порешать какие-то важные проблемы в старом году, чтобы не перетаскивать их в новый год, и, соответственно, это вызывает напряжение и всевозможные протесы.