В недавнем интервью Венедиктова сказала о том, что в деле Стерненко есть определенные моменты, которые можно было обрабатывать в юридическом плане, но это может вызвать широкий резонанс, и люди даже могут выйти на улицы. И это сказал человек, который выполняет в государстве обязанности главного силовика, потому что генпрокурор является главой нашей правоохранительной системы.

Как человек, наблюдающий много лет за украинским политическим классом, выступаю категорически против такого органа, как Генеральная прокуратура. У ГПУ, по недавним законам, отобраны функции следствия. Это первое. Второе: это наблюдающий орган, который призван обеспечивать законность внутри самой правоохранительной системы. Дополнительных каких-то чиновничьих должностей там быть не должно. В государстве должен быть генеральный прокурор, которому поручается расследование дел среди особо важных персон: политиков, партийных деятелей, то есть тех людей, которые могут представлять общественный интерес и по поводу которых может вестись полицией, СБУ или кем-то еще политически заангажированное следствие. А ГПУ над всеми правовыми и правоохранительными структурами — как некое облако, где сидят небожители, и они могут в это облако либо опуститься и достать какое-то дело наверх, либо, наоборот, сверху дернуть какое-то дело и в это облако опустить. Но! Это не самый лучший способ исполнения закона.

А вот генеральный прокурор, если есть обвинение, есть доказательства — должен поступать по закону. Есть даже такой моральный императив, по которому если ты не знаешь, как поступать, то — поступай по закону. И поэтому если генеральный прокурор говорит, что «я не смогу, к сожалению, поступать по закону, потому что это может вызвать выход на улицу каких-то людей, которые будут протестовать» - этот подход неверный. То есть если прокурор действует по закону, если наблюдающий за соблюдением закона говорит, что вот здесь можно соблюдать закон, а здесь мы будем оглядываться на улицу, то это как у Жванецкого «что-то там в консерватории не то», примерно в этой сфере.

И пока что никому неизвестны обстоятельства по делу Гандзюк или Стерненко, хотя есть понимание сложности расследования, когда на тебя оказывается политическое давление. Не раскрываются такие преступления, как, например, убийство Шеремета, Гандзюк, убийства журналиста и писателя Бузины, да мы даже не можем утверждать, что расследованы дела Гонгадзе, Александрова. Больна вся правоохранительная система в Украине. И выдергивать какую-то отдельную структуру, что, допустим, ГПУ болеет этим больше, чем полиция, или СБУ, или военная прокуратура — гиблое дело. Ведь мы живем в обществе, которое по сути, что следует из следственной комиссии, которая сейчас работает в ВР по взрывам на военных складах, сталкивается с тем, что военный прокурор покрывал совершенно непонятное преступление и рождал невероятную версию о том, что прилетел какой-то дрон и что-то сбросил. Императивы моральные, императивы государственные в один голос говорят: нужно поступать по закону.