События в Москве только-только разворачиваются, и точка кипения еще, понятно, не достигнута. Уровень жизни не растет, доверие к власти падает, а это верные признаки того, что будет если не взрыв, то, по крайней мере, какое-то возмущение. И власть, судя по всему, пошла по силовому пути – вместо того, чтобы как-то выпускать клапаны возмущения, ведь в Мосгордуме фактически и персонал минимальный, там абсолютно детализованная власть. Но даже такие клапаны не позволяют удержать ситуацию, поэтому их, скорее всего, сорвет.

А вот такого Майдана, как в Украине, вряд ли будет, потому что если рванет таким образом, то у них центробежные силы намного сильнее, чем у нас. Россия – огромная страна, а большая её часть ненавидит Москву, где уровень жизни среднего европейского города, а вся остальная Россия живет на уровне африканских стран. То, что сейчас происходит в России, пожары, затопления, — все это говорит о том, что центральная власть абсолютно неэффективна, потому что решать, как тушить пожары, надо на месте, а не в Москве.

Поэтому Майдан в нашем понимании вряд ли произойдет, может быть что-то регионального плана. Произойдет то, что происходило в начале 90-х, когда все национальные республики начали рваться на свободу. Учитывая, что денег все равно до черта, потенциала закрывать проблему еще на год-два хватит – нельзя точно сказать, когда это произойдет. Прогнозировать бунты, восстания или революции невозможно, и по Майдану и его истории это ясно абсолютно. От падения монархии до создания советской власти в 1917 году прошло буквально полгода практически, и никто себе этого даже представить не мог. Тут то же самое. Если в августе в Москве выходят 60 тысяч человек после того, как показывают, как бьют и к чему это привело, это очень серьезный вызов власти. А дальше — это уже как сложится.

Была концепция где-то до Крыма о том, чтобы давать несистемной оппозиции какие-то места, которые ни на что не влияют абсолютно, но таким образом сбивать волну, что вот у нас демократия. В принципе, Россию же нельзя назвать классической автократией или электоральной автократией, где все-таки выборы не совсем формальны, это не какая-то азиатская страна, где 99% каждые 5 лет голосуют за одного президента. Это немного другая форма правления. А после Крыма началось такое, что даже эти одинокие примеры оппозиции — они поняли, что это губительно для системы. И, в принципе, они правы, просто проблема в том, что и тот вариант, который они выбрали, он тоже губительный, но он более понятный и он может какое-то время давать определенный результат. То есть они думали, что даже по социологии в Мосгордуму могли попасть 15-20 человек из 75, это максимум, и ни на что не влиять, но это свидетели. Свидетели того, как голосуются бюджеты, как огромное количество денег выкидывается просто в никуда или разворовывается. Им это абсолютно не нужно, потому что это создает ненужные проблемы, поэтому они и решили идти по такому пути.

Это говорит о том, что реально силовой блок полностью берет на себя управление страной, но это и для оппозиции знак, что та форма соучастия с властью, в которой они жили последние 20 лет, это уже вчерашний день. Она уже не действует, даже власть от нее отказалась.