...было бы проверить на вменяемость не только столичного градоначальника, но и его партнеров и покровителей – главных героев украинской политической сцены.

Неплохо было бы также – гулять так гулять – посадить их в общую палату соответствующего заведения. Зрелище наверняка получилось бы прелюбопытнейшее. Конечно, мы отдаем себе отчет в том, что такая ситуация у нас, к сожалению, невозможна в принципе (тут и одного Черновецкого в психушку не загонишь), но помечтать, согласитесь, всегда приятно.

В общем, мы немножко помечтали, и вот что у нас получилось.

Киевская городская клиническая психоневрологическая больница №1 (бывшая им. Павлова), VIP-палата на двенадцать персон. Стены помещения обиты поролоновыми пуфиками с кожаным покрытием цвета голубого ириса (дизайн Дианы Дорожкиной), на окнах фигурные решетки, вдоль стен – двухъярусные кровати с ортопедическими матрасами «Венето» (дизайн Михаила Бродского), посреди комнаты – привинченные к полу стол и лавочки, в углу – встроенная вакуумная параша, реставрированная после списания со «Столичного экспресса».

На верхнем ярусе около уборной лежит Владимир Литвин и читает книгу Дейла Карнеги «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей». Периодически он репетирует широкую дружескую улыбку, при виде которой у окружающих встают дыбом волосы.

Внизу на полу сидит, подобрав колени, Леонид Черновецкий. Время от времени он протягивает в пространство руку, будто здоровается, и тихо говорит: «Спасибо, Вася. Тебя тоже с праздником. Ну все, пока. Иди, слоник, иди, тут и без тебя тесно…».

В дальнем углу палаты, весело кряхтя, умело орудует гламурного вида лопатой Виктор Ющенко. Около него на полу в горшочке трипольской работы стоит готовый к пересадке куст калины. По правую руку от президента переминается с ноги на ногу Виктор Балога с лейкой. «Глубже копайте, Виктор Андреевич, – заботливо говорит он, – туда еще чернозему должно пару ящиков влезть…»

Около входных дверей стоит потертая и скрипучая на вид раскладушка. На ней живописно разметалась во сне Юлия Тимошенко в немножко помятом полурасстегнутом платье от «Луи Виттон». Из-под юбки с белой оборочкой выглядывают мощные икры премьер-министра, на которые постоянно бросают быстрые жадные взгляды все мужчины палаты. Время от времени Тимошенко вздрагивает, скрипит зубами и бессвязно бормочет во сне: «Жопой повернутся, говоришь? Да я тебя самого жопой в твой улей засуну, село неасфальтированное…»

Петр Симоненко изо всех сил прислушивается к репликам премьера и тщательно конспектирует их золотым карандашом в блокнот красной кожи. На его полных чувственных губах блуждает плотоядная улыбка пожилого фавна. Из внутреннего кармана коммунистического пиджака от Бриони подтекает какой-то гель.

За столом азартно играют в очко на раздевание Виктор Янукович, Анна Герман, Ирэна Кильчицкая и Юрий Луценко. Мужская половина изо всех сил пытается победить Кильчицкую, но та нагло жульничает и всякий раз выигрывает. Со своей стороны, Анна Герман всеми возможными способами поддается, но ей не везет. Таким образом, постоянно в проигрыше остается Луценко. Он играет из рук вон плохо и к тому же путается в картах, потому что уже выпил бутылку коньяка натощак и начал вторую. К этому времени из одежды на министре остались одни очки, что дает Януковичу повод для многочисленных каламбуров, вызывающих вульгарный смех Кильчицкой и краску на лице Герман.

ЯНУКОВИЧ (весело): Ну что, Юра, дожился ты, как говорят, до голого популизма, да? Ха-ха-ха!
ЛУЦЕНКО: Да, ха-ха… (Пьет из горлышка). Жарко тут у вас. А скажите, Виктор Федорович, простит меня Колесников?
ЯНУКОВИЧ: Не, Юра, не простит, даже не надейся. Боря очень мстительный. Вот недавно, помню, кто-то 8 лет получил… Ладно, не парься.
ЛУЦЕНКО (тревожно): Что? Что было-то?
ЯНУКОВИЧ: Я тебе не скажу. Как говорят, сегодня кент, а завтра – мент… Давай доиграем лучше.
ГЕРМАН: Вікторе Федоровичу, це не по-європейськи. Юрію Віталійовичу вже й грати ні на що.
ЯНУКОВИЧ: Как это ни на що?! А очки?! В конце концов, очко…
ГЕРМАН: Вікторе Федоровичу!!
ЯНУКОВИЧ (продолжает): ...очко – игра серьезная! Как говорят, нет денег – готовь вазелин, ха-ха!
КИЛЬЧИЦКАЯ (хрипло): Ха-ха-ха-ха-ха!
СИМОНЕНКО: Вазелин – это, товарищи, вчерашний день. Я вот в кулуарах недавно приобрел один гель...
ЧЕРНОВЕЦКИЙ (неожиданно громко поет):

Олесик, Олесик, Олесик!
Так птицы кричат! Так птицы кричат!
Так птицы кричат в поднебе-е-е-есье!
Олесик! Олесик! Олесик!
Останься со мною, Олесик!

ТИМОШЕНКО (сквозь сон): Я так и знала, что все мужики – п...
ЧЕРНОВЕЦКИЙ: … Как сказка, как чудо, как пе-е-е-есня-а-а!!!
ЛУЦЕНКО (озверело): Заткните этого шизофреника, иначе я за себя не отвечаю! Я ему это место, которым гордятся мужчины, оторву сейчас!
ЧЕРНОВЕЦКИЙ: Да ты свое лучше спрячь, алкоголик.
ЛУЦЕНКО (поспешно закидывая ногу за ногу): Ничего, ничего, вот доктор придет, он скажет, кто из нас алкоголик. (Пьет из горлышка).
ЧЕРНОВЕЦКИЙ: Конечно, скажет. Он мне еще вчера все сказал, когда три сотки на Печерске просил под гараж.
ЮЩЕНКО (продолжая копать): Друзі, не сваріться. Я на це акцепту не давав.
ЯНУКОВИЧ: Слушай, Витя, как ты уже, как говорят, задолбал своим акцептом! Ты можешь хоть раз объяснить, что оно такое, этот акцепт?
ЮЩЕНКО (отставляет лопату и задумывается): Ну, як тобі сказати... Це щось схоже на дорожню карту до унікальної амбіції української нації. І я глибоко переконаний, друзі...
ЛИТВИН (свешиваясь с кровати): Виктор Андреевич, вот только не надо разводить опять свою бодягу! А то вы пока наговоритесь, у вас калина засохнет…
БАЛОГА (угрожающе поднимая лейку): А ты лежи там где лежишь, понял? Или к дочке твоей в «Магазин роскоши» «Альфу» на выемку документов отправить?
ЛИТВИН (истерически): Люди добрі, шо ж ми робимо?!! Караул! Сталінські репресії повертаються!
ЧЕРНОВЕЦКИЙ (гнусаво):

У-те-ка-ай! В подворотне нас ждет маниак,
Хочет нас посадить на крючок!

ТИМОШЕНКО (сквозь сон): Загребется пыль глотать, морда закарпатская.

В палате повисает угрожающая тишина. Бледный от ярости Балога, нехорошо улыбаясь, неторопливо подходит к спящей Тимошенко и заносит над ее головой лейку.

ЮЩЕНКО: Вікторе Івановичу, не треба її будити, хай краще спить, трясця її матері. А воду залиште для калини.
БАЛОГА: Да я эту мегеру поливать и не собирался. Думал просто по башке лейкой трахнуть…
ЮЩЕНКО (задумчиво помахивая лопатой): А що, це ідея...
ЯНУКОВИЧ (достает из носка заточку): Ну, пацаны, если вы всерьез, то я тоже подписываюсь.
СИМОНЕНКО (подбегая к двери): Всем стоять! Еще шаг – и я вызываю милицию!
ЛУЦЕНКО: Я здесь! (Падает под стол и засыпает).
КИЛЬЧИЦКАЯ (хрипло): Ха-ха-ха-ха!
СИМОНЕНКО (колотя кулаком в дверь): Санитары! Санитары! Убива-а-ают!

Балога быстро оттаскивает его за шиворот к ближайшей кровати.

БАЛОГА: Тихо, тихо ты! Чего раскричался, глупый? Пошутили мы, ясно?
ЯНУКОВИЧ (в сторону): Да, блин, с этим Балогой даже тут каши не сваришь. И что Ринат с Борей в нем нашли? (Засовывает заточку в носок).
БАЛОГА (похлопывая Симоненко по плечу): Эх, Петр Николаевич, стукачок прожженный. За свою спонсоршу готовы всю палату санитарам продать, да?
СИМОНЕНКО (с вызовом): А что делать? У меня жена молодая, дочка растет. Ноутбук вот хотим поменять.
ЧЕРНОВЕЦКИЙ: А жена моя, грузинка, красивая?! ДА! А жена моя, грузинка, красивая?! ДА! А жена моя, грузинка, красивая?! ДА!
ЛИТВИН: Фу! (Затыкает уши и утыкается в книгу).
ТИМОШЕНКО (сквозь сон): Да, рожа еще та.
КИЛЬЧИЦКАЯ: А я вот третьего ребеночка хочу.
СИМОНЕНКО (игриво): Можем устроить! (Подсаживается к Кильчицкой и непринужденно кладет ей руку на бедро). Вы знаете, Ирочка, мы, фракция коммунистов, всегда боролись с кровавым режимом Ющенки…

Кильчицкая с визгливым воплем отскакивает на три метра и случайно задевает бедром копающего Ющенко. Ющенко падает в яму. Балога машинально поливает его из лейки.

КИЛЬЧИЦКАЯ: А ну пошел вон, старый хрыч! Голь перекатная, а туда же! Да я тебя, сука, под асфальт закатаю!
СИМОНЕНКО (с обидой): Да кому ты нужна, баба базарная. (Пятясь, садится на кровать, достает из-под подушки книжку Рут Диксон «Теперь, когда ты заполучил меня сюда, что мы будем делать?» и начинает читать ее вверх ногами).
ЧЕРНОВЕЦКИЙ (сипло):

Муси-муси, пуси-пуси, миленький мой,
Я горю, я весь во вкусе рядом с тобой.
Я как бабочка порхаю над всем, и всё без проблем,
А теперь я пришел, я пришел.

ТИМОШЕНКО (сквозь сон): Шел бы ты на хер.
ГЕРМАН: Фі, як це не по-європейски! А ще жінка…
ТИМОШЕНКО (сквозь сон): Да засунь себе свою Европу…
ЯНУКОВИЧ: А ну тихо, бабы! (Напрягается) Слышите, ведут кого-то?

В наступившей тишине действительно слышны шаги нескольких людей по коридору.

ЛИТВИН (ворчливо): Звукоизоляция ни к черту. А еще VIP-палата.

Щелкают дверные замки, и под зычный окрик санитара: «Пациенты, к вам новенький, встречайте!» – в палату заходит улыбающийся Арсений Яценюк.

ЯЦЕНЮК: Привет, бродяги! Кто в хате главный?
ЯНУКОВИЧ (ошалело): Ну, я…
ЯЦЕНЮК: Петухи есть на хате?
СИМОНЕНКО: Нет!!
ЯЦЕНЮК: А этот, возле параши?
ЛИТВИН: Арсений Петрович, попрошу тут не выражаться. Мы, в конце концов, не под куполом Рады находимся.
ЯНУКОВИЧ (презрительно): Ну, под чем ты находишься, и так все знают. Как говорят, под каблуком, ха-ха.
ТИМОШЕНКО (сквозь сон): Ага, только постоянно выскальзывает, миротворец хитровымудренный.
ЯНУКОВИЧ (уважительно глядя на Яценюка и подвигаясь на лавочке): Садись, бродяга. Слушай, а когда ты отсидеть успел-то?
ЯЦЕНЮК (краснея): Да не, не сидел я. Просто литературу немножко почитал на всякий случай. Надо ж в любой компании уметь приспособиться.
ТИМОШЕНКО (сквозь сон): Удавила бы собственными руками. Фирташевский выкормыш.
ЮЩЕНКО (вылезая из ямы): Юліє Володимирівно, а звідки ви взяли акцепт так говорити з майбутнім Президентом України? Його дорожна карта, на відміну від вашої унікальної амбіції, повністю прозора і конструктивна!

Тимошенко приподнимается и бросает на президента ласковый взгляд. Ющенко поспешно ныряет в яму.

ТИМОШЕНКО (вставая с раскладушки и одергивая юбку): Так, ну что, все собрались?
БАЛОГА (ехидно, но с легкой дрожью в голосе): А вы еще кого-то ждете, Юлия Владимировна? Может, ваш дружок Путин прийти обещался?
ТИМОШЕНКО: Молчи, несчастный. Ты мне еще за Тернополь ответишь. (Набирает номер на мобильном телефоне). Алло, Андрюша, мы готовы… Да. Ага, Нюсику тоже привет… Отлично, ждем!
ЯНУКОВИЧ: Юлия Владимировна, а что вы, как говорят, улыбаетесь? И что это за Нюсик такой?
ТИМОШЕНКО: Хи-хи-хи.

В коридоре слышится тяжелый грохот множества ног. Через несколько секунд дверь палаты с грохотом слетает с петель, и на пороге возникают оскаленные депутаты Андрей Портнов и Нестор Шуфрич. За их спинами видны страшные маски милицейского спецподразделения «Титан».

ПОРТНОВ: Всем стоять!
ЯНУКОВИЧ: Слышь, начальник, только давай не по беспределу, ладно?
ПОРТНОВ: Всем молчать! (Достает бумагу с черно-белой печатью и начинает зачитывать). «Постановлением межрайонного хозяйственно-апелляционного суда села Гороховатка Кобелякского района Волновахской области Киевская городская клиническая психоневрологическая больница №1 передается в собственность ЧП «Дюся и Нюся, LTD», Кипр, вместе со всем движимым и недвижимым имуществом. Подпись: судья Зварыч»
ЯНУКОВИЧ: Че-то я не понял. Какой-какой области?
ШУФРИЧ: А оно уже теперь без разницы. Давай, Виктор Федорович, канай на шконку.
ЯНУКОВИЧ (угрюмо): Да, блин, как говорят, дожили. Правильно мне Левочкин с Бойко говорили, что тебя Юлька ко мне подослала, а я, остолоп доверчивый, тебе еще и курсы панкратиона оплачивал…

Бойцы спецподразделения «Титан» натягивают на заключенных смирительные рубашки и с помощью прикладов заталкивают их на нары.

ЯЦЕНЮК: У меня депутатская неприкосновенность! Я требую прокурора!
ТИМОШЕНКО: Будет, будет тебе прокурор. (Поворачивается к Портнову). Андрюша, в какой палате у нас Прокурор сидит?
ПОРТНОВ: Не знаю, еще не проверял…
ТИМОШЕНКО: Ладно, я ему прокурора сама подберу, хи-хи-хи… Ну что, всех упаковали?..
ЛИТВИН (испуганно): Юлия Владимировна, а как же я? А меня?.. Мы ж с вами в одной коалиции…
ТИМОШЕНКО: В гробу я видала вашу коалицию. Я сама себе теперь и коалиция, и оппозиция буду. Чао, мальчики.

Тимошенко, Портнов и Шуфрич удаляются. Бойцы «Титана» сноровисто вешают на место дверь и запирают ее за собой, навесив дополнительно несколько собственных замков. В палате становится так тихо, что слышно, как в воздухе пролетает слон Вася.

ЯНУКОВИЧ (угрюмо): Что, доигрались, чистоплюи?.. То-то же. Ладно, назначаю главным по хате себя. Как говорят, теневым премьер-министром… Ну что, Петр Николаевич, ты там говорил, что купил в кулуарах какой-то классный гель?..

Гробовое молчание, воцарившееся в камере, нарушает лишь мирный храп ни о чем не подозревающего Луценко и тихая песня в исполнении Леонида Черновецкого. Но слов уже не разобрать…
Только экстренная и самая важная информация на нашем Telegram-канале