В четверг, 14 февраля, в гостях у Интернет-издания Новости Украины - From-UA побывал известный политический журналист, шеф-редактор издания «Ревизор» Александр Чаленко. Он рассказал нашим читателям о том, почему больше не поддерживает Партию регионов, как решить вечный конфликт между западом и востоком Украины, а также поделился прогнозом относительно будущего украинской государственности.



Алексей: - Здравствуйте, Александр. Как там дела у Вашего бывшего коллеги Анатолия Шария? Вы поддерживаете с ним отношения? Чем он сейчас занимается?

Александр Чаленко: - Хочу поздороваться со всеми, прежде всего. Хочу всех поздравить с праздником, с Днем Святого Валентина, и пожелать большой любви.

Шарий поживает не очень хорошо по нескольким причинам. Первая – он живет один в стране Литве, где у него нет ни родных, ни друзей, ни знакомых. Они остались в Украине. Естественно, он впадает в легкие депрессии, из которых я стараюсь его выводить. Он очень сильно хочет домой, в Украину.

Второй негативный момент в его жизни в Литве – это безденежье. У него, как у политического беженца, очень маленькое пособие. Живет он в каком-то провинциальном литовском городке. Друзья стараются дать ему какую-то работу и хоть небольшие, но гонорары.



Насколько я знаю, Анатолий хочет возвратиться в Украину. Увы, пока не закрыты его уголовные дела, этого произойти не может.

Мне не понятна позиция нашей так называемой национал-либеральной журналистики, которая не хочет оказать ни моральную, ни политическую, ни гражданскую поддержку Анатолию Шарию. И все потому, что он не принадлежит к их политическому лагерю, он не «оранжевый».

К тому же Анатолий очень талантливый человек. Он еще полгода назад написал документальный роман о своих злоключениях с милицией и о своем бегстве за границу, о пребывании в голландском и литовском центрах для беженцев. Это блестящий документальный роман. Однако мы никак не можем найти для него издателя. Я в сентябре прошлого года передал рукопись владельцу издания «Фолио» Александру Красовицкому, однако он, в силу того, что он трус и гешефтмахер, отказался его печатать. Я надеюсь, что мы найдем издателя. Может, ими будут братья Степурины.




Валентина: - Какая Ваша самая большая профессиональная ошибка? О чем Вы никогда не станете писать?

Александр Чаленко: - Я человек широких взглядов, с широким мировоззрением, без тормозов и комплексов, не ханжа. Я готов обсуждать все и писать обо всем, однако неправду я писать никогда не буду. То есть если человек чего-то такого не совершал, я ему приписывать ничего не буду.



У меня был смешной случай, когда я ходил на службу в интернет-издание «Обозреватель». Мой информатор из СБУ передал мне его информацию относительно собственности дома, в котором расположен офис «Батькивщины» на Туровской. Я взял эту записку (информация была в записке) и поехал к офису, пофотографировал его. Там был смешной случай с депутатом-бютовцем, забыл сейчас его фамилию. Я у него что-то спросил по поводу офиса, а он сказал: «Я не буду Вам отвечать на вопрос, ЧАленко». Ударение поставил на первый слог. Я у него спросил: «Почему Вы не будете отвечать?» Он ответил: «Потому что Вы негодяй, ЧАленко». Как-то так.

Я опубликовал эту аналитическую записку СБУшника, вставив комментарий и фотографии. А оказалось, что это статья Сергея Лещенко, журналиста «Украинской правды» годичной давности. СБУшник меня таким образом подставил. Я с ним больше дела не имел.

Как только я узнал о том, что совершил невольный плагиат, сразу снял статью и публично извинился перед Лещенко. У меня сейчас с Лещенко никаких отношений нет. Просто однажды в Фейсбуке он написал, что помог бы Януковичу снять Табачника с поста министра образования (Лещенко такой свидомит-лайт, в облегченной форме, хоть и либерал-западник). Я ему что-то нелицеприятное на это ответил, и с тех пор мы больше не поддерживаем отношений. Хотя я считаю, что он, безусловно, классик украинский журналистики, пожалуй, самый выдающийся журналист Украины на сегодняшний день. Мне нравится, что он мочит всех: власть, оппозицию, и очень нравится, что он не берет взяток.



Макс: - Чем для Вас является убийство Гонгадзе?

Александр Чаленко: - Это убийство, пожалуй, одно из самых постыдных явлений в жизни Украины. Я знал Гонгадзе до его смерти, естественно, поверхностно. Мы один раз говорили с ним на каких-то акциях, в которых он участвовал. Несколько раз мы общались по телефону, я даже должен был взять у него интервью о Грузии, и если бы не его смерть, то взял бы. Еще несколько раз они с Аленой Притулой приходили к нам в редакцию интернет-сайта Part.org.ua, он на меня произвел хорошее впечатление. Обычно кавказские народы эмоциональны и темпераментны, а он мне показался уравновешенным, спокойным и рационально мыслящим грузином.



Может быть, это несколько цинично звучит, но после смерти Гонгадзе, после кассетного скандала, когда Кучма был обвинен в том, что это по его указанию Георгий был устранен, после акции «Украина без Кучмы» любой киевский журналист, который пишет на политическую тематику (что бы он ни писал о политиках или правительстве), чувствует себя в безопасности. Во всяком случае, я так себя чувствую.

Почему? Потому что после этого дела любой политик, что бы о нем ни написали, боится связываться с журналистами. Во-первых, против него сразу будет общественное мнение, что негативно скажется на его карьере. А во-вторых, он считает, что если он скажет что-нибудь негативное об этом журналисте даже в узком кругу, то его негативный разговор может быть записан, а потом, если с журналистом, не дай Бог, что-то произойдет и этот разговор всплывет, то его могут обвинить в расправе. Поэтому, от греха подальше, он связываться с представителем нашей профессии не будет. Правда, такое положение вещей не касается журналистов, пишущих на социальную проблематику. Например, Анатолий Шарий писал о «крышевании» милицией киевской наркомафии – в итоге получил два уголовных дела, простреленную машину и судьбу политбеженца.

И в завершении о Гонгадзе. В 2000 году я принял участие в двух акциях. В первой акции, когда журналисты собрались на Майдане днем, а потом в факельном шествии под названием «Знайдіть журналиста Гонгадзе».



Факельный марш прошел от Майдана до Бессарабки. На него я прибыл с женой и сыном, он был в коляске. И вот журналисты с факелами, а мы с женой с коляской. Сыну год буквально исполнился. Помню, во время марша был комичный случай. Несколько в стороне шла с какой-то женщиной Мирослава Гонгадзе. Я у нее спросил: «Мирослава, а где Алена?» (я имел в виду Алену Притулу). Не забуду никогда, с какой злобой и негодованием ответила мне Мирослава: «А що, я знаю?!». Меня удивила такая повышенная эмоциональность и злобность ответа.

Виктория: - Вы поддерживаете Партию регионов, потому что нет альтернативы, или для Вас действительно приемлема ее идеология?

Александр Чаленко: - Партию регионов я не поддерживаю. Уже не поддерживаю. Увы, это уже не та Партия регионов, какой она была до мая 2007 года, когда Янукович второй раз сдался «оранжевым», согласившись на перевыборы. В первый раз он сдался в 2004 году, когда отказался от сопротивления Ющенко и «оранжевым», когда отказался дать в морду Оранжевой революции.



Да, я голосовал в 2010 году за Виктора Януковича, потому что хотел его победы. Для меня его победа – это было, во-первых, возмездие «оранжевым» за всю неправду и бесчестье того, что тогда творилось на Майдане в 2004 году. Во-вторых, его победа была моей личной победой, потому что я воспринимал события 2004 года как личное поражение и личную драму. Я тогда хотел реванша и победы. И вот в 2010 году победа Януковича стала и моей победой.

Однако я никогда не питал иллюзий насчет Виктора Федоровича. Его личность – это самый худший вариант вождя и лидера, какой мог получить юго-восток. Малообразованный, быковатый, полуграмотный, малокультурный и вообще недалекий человек, он занял не свое место. Я считаю, что юго-восток и вообще русская Украина интеллектуально выше и значительнее, чем сельская и реакционная западная и центральная Украина. Поэтому русская Украина заслуживала и заслуживает себе умного, боевого и интеллектуального лидера.



А что касается нынешнего положения вещей, то ПР и Янукович – это уже давно не пророссийская сила, а политическая сила, которая работает под контролем Вашингтона и Брюсселя. И мне очень странно, что нынешняя «свидомая» и либерально-западническая оппозиция борются с Януковичем и ПР. На самом деле они союзники. Я бы на месте «свидомитов» повесил бы портрет Януковича и партийный флаг ПР над своими постелями и каждое утро, вставая, спрашивал бы себя: что я сделал вчера и сделаю сегодня для укрепления власти Януковича и «донецких бандитов»? Украинские национал-либералы и «свидомиты» в силу своей интеллектуальной неразвитости не понимают одну простую штуку: что после падения Януковича контроль над русской Украиной получат не они, а Владимир Владимирович Путин. Вот его победить они никогда не смогут. Но Бог с ними, нам же, русским украинцам, еще и лучше.

Михаил Иосифович: - Уважаемый Александр! Я сторонник Вашей жизненной позиции, и у меня к Вам будет небольшая просьба. Наши нацики и дерьмократы постоянно заявляют о том, что у нас по Конституции государственным является только один язык – украинский. Но у нас Конституция принималась под давлением предателя Кучмы (обещавшего сделать русский язык также государственным) и его угрозой распустить парламент.

Конституция принималась всего за одну ночь и фактически без обсуждения. То есть наша Конституция принята незаконно. Вся страна является этому свидетелем. Поэтому у всех нас есть вполне законный повод обратиться в КС по отмене данной Конституции (политреформу ведь удалось отменить!).

Я понимаю, что наш «начальник гаража» не позволит нам ничего сделать. Но уж очень хочется посмотреть, как у наших нациков и дерьмократов нервно забегают глазки, начнутся истошные вопли и побежит пена изо рта. Будет великолепнейшая картина! Поставьте хотя бы этот вопрос в обществе. А сторонники у Вас обязательно найдутся. Уважьте старика. Желаю Смелости и Удачи!




Александр Чаленко: - Спасибо, Михаил Иосифович. Я с Вами согласен, что русский язык, на котором говорит подавляющее большинство украинских граждан и который является родным для подавляющего большинства украинских граждан, должен получить статус государственного. Я считаю, что это бред, что в русском городе Киеве (не российском, а русском), где большинство населения говорит по-русски, практически не осталось школ с русским языком обучения, где реклама на улицах на русском фактически запрещена, где названия улиц и станций метро не дублируются на русский язык. Такая ситуация ненормальна.




Однако я себе задаю вопрос: почему большинство русскоязычного населения Киева не делает ничего для того, чтобы их родной русский язык получил государственный статус? Я по этому поводу пишу сейчас книгу «Украина между Малороссией и Галичиной», где пытаюсь найти ответ на этот вопрос. Русский язык не имеет государственного статуса в силу того, что, как это ни парадоксально, большинство русскоговорящих людей и центральной Украины против этого статуса. Поэтому общественное давление на власть, чтобы русский получил государственный статус, отсутствует. Мало того, многие русские люди выступают категорически против закрепления государственного статуса русского языка. Почему? Для них русский язык – это не язык, на котором они общаются с властью, а власть с ними, а некий атрибут.

Например, украинский язык – это атрибут государственности. Раз есть независимое украинское государство, то языком должен быть украинский, а если признать за русским языком государственный статус, то это будет продолжением России. А как тогда можно говорить о независимости? Поэтому они и против.

Почему они за украинскую независимость? Это не потому, что не любят москалей, хотят носить вышиванки или говорить по-украински. На самом деле на все украинское они клали с прибором. Просто в их головах и ментальности слово «русский» ассоциируется с чем-то таким отсталым, реакционным: ГУЛАГом, крепостным правом, самодержавием, садизмом НКВД, сталинизмом, а они считают себя европейцами.

Украина и есть некий антитезис чему-то русскому, как и Европа. Поэтому Украина им представляется как некая европейская территория. Если согласиться придать чему-то русскому государственный статус, то это в их головах будет означать, что здесь таким образом фактически узаконена русская территория, а значит, ненавистная им азиатчина.



Европа же им представляется земным раем, где красивые игрушечные города, где асфальт настолько чист, что можно есть прямо с него, что Европа – это царство свободы и всеобщего благоденствия. Не удивлюсь, если кто-то из таких граждан заявит, что в Европе люди вообще не умирают. То есть понятие «Европа» стало для этих людей тем, чем понятие "коммунизм" (то есть мир всеобщего благоденствия) было для их дедов и отцов.

Русский язык и русская культура, которые являются господствующими в центральной и юго-восточной Украине, победят тут окончательно, когда в умах большинства украинских русскоязычных граждан понятие «русский» будет ассоциироваться с чем-то передовым, с раем.



Нет бандеро-нацизму: - Александр, прошу ответить:
а) Какое будущее у Партии трусов, предателей и барыг (в народе Партия Регионов)?
б) В случае начала глубокого политико-экономического кризиса на Украине, какое будущее ожидает Малороссию и Галицию?

Александр Чаленко: - Партию трусов ожидает бесславный закат, точно такой же закат, какой он был у «Нашей Украины», у Руха, у УНА-УНСО. Если ты кладешь с прибором на обещания, которые ты дал своим избирателям, то в какой-то момент и избиратель положит с прибором на тебя.

Думаю, что сейчас ПР уже все сделала для того, чтобы, если в Киеве будет очередной шухер, как это было в 2004 году, ее власти пришел конец.



У многих бизнесменов из ПР есть стойкое и небезосновательное в какой-то мере убеждение в том, что даже в случае проигрыша можно будет купить вождей своих оппонентов, как это произошло в 2005 году. Достаточно занести 15-20 млн. долл. в фонд жены будущего президента – и мама не горюй! Но есть у меня подозрение, что такого больше не будет. Отберут их собственность, а кое-кого и пересажают по тюрьмам. Лично я сожалеть об этом мне буду. Это нормальное возмездие для предателей.

Я не исключаю, что все может быть. Может, и Украина уже не будет в тех границах, в которых она сегодня существует. Напомню наш опыт 20-летней давности, когда ГКЧП и попытка отстранения Горбачева в итоге закончилась развалом СССР. Возможно, чтобы спасти свою собственность и личную свободу, олигархи юго-востока пойдут на раскол Украины и на создание на юго-востоке нового независимого государства. Напомню, что именно на юго-востоке находятся их заводы и вообще их собственность. Но это все предположения.

А галичанам я желаю выкинуть в мусорник все идеи украинской соборности и наконец-то понять, что киевляне, дончане, одесситы им никакие не братья «козацького роду», что они – отдельный народ, и наконец-то провозгласить «самостийну» и «незалежну» Галичину. То есть послать Украину на фиг.



Журналистка: - Есть ли у Вас в журналистике учителя, примеры для подражания людей, которых Вы цените?

Александр Чаленко: - Есть. Мне очень нравится американский журналист Хантер Томпсон. Я его обожаю. Мне очень нравятся его истории об «ангелах ада», его великолепные репортажи. Мне очень нравится Виктор Луи. У меня даже есть две книги о нем. Мне очень нравится его положение, которое он, как журналист, занимал в Советском Союзе. Такая прикольная и нестандартная личность. Я вообще считаю, что журналист должен быть разведчиком и немного авантюристом.




Алла: - На Вашей странице в Фейсбуке много фото с разными известными людьми. Зачем Вам это надо?

Александр Чаленко: - Алла, я сам не знаю, зачем это мне нужно. Я с ними фотографируюсь почти бессознательно. Объяснить я всего этого кайфа не могу, только испытываю сожаление, что не могу уже сфотографироваться с Джоном Кеннеди, товарищем Сталиным, Муссолини и Махатмой Ганди. Была бы такая возможность, я бы и с ними сфотографировался. Наверное, желание постоянно фотографироваться с известными людьми объясняется моей тягой к состоявшимся людям, которые что-то из себя представляют. Наверное, я хочу, чтобы я из себя что-то представлял в своих глазах и в глазах людей.

Второй момент – это память. Лет так через сорок, когда я окончательно превращусь в старого пердуна, я буду показывать своим внукам и правнукам эти фото и рассказывать о том, какую интересную жизнь прожил их дед. Мне было бы очень приятно, если бы у моих дедушек и бабушек были их фото, на которых они изображены вместе с Максимом Горьким, Троцким или кардиналом Войтилой. Это и меня самого возвышало бы в собственных глазах. Мне было бы несказанно приятно от того, с какими людьми встречались мои предки. Это бы подстегивало меня к знакомству и дружбе с людьми, которые делают историю. Мне очень нравится иметь дело не с «тварями дрожащими», а с людьми, которые делают историю.



Киев: - Уважаемый Александр, два вопроса и одно пожелание:
1. Когда будет создана действенная Партия русскокультурной Украины?
2. Сохранится ли Украина в сегодняшних границах в 2020 году?
Пожелание: пожалуйста, научитесь четко выступать (говорить) по телевизору, не повторяясь и тараторя.


Александр Чаленко: - Согласен с критикой. Я действительно косноязычен. Не дано мне ораторского мастерства. Я хорошо пишу, но, увы, плохо говорю, и тут ничего не поделаешь.

А партия появится тогда, когда появится движение снизу, когда появится самоорганизация. А этого у нас нет. Мы, бывшие советские люди, привыкли, что за нас все решают государство и партия, поэтому мы проявляем активность только в момент выборов, а в межэлекторальный сезон мы пассивны. Именно из-за нашей пассивности мы проиграли в 2004 году, хотя нас было большинство. Именно из-за нее мы не можем выиграть и сейчас.



А что касается границ, то Украина может развалиться и через 100 лет, и через неделю. Этого никто не знает. Если бы 18 августа 1991 года кому-то в Киеве сказали, что через неделю Украина будет независимым государством, то этот кто-то в лучшем случае рассмеялся бы, а в худшем – покрутил пальцем у виска. Но факт остается фактом: 24 августа 1991 года ВР большинством, которое составляли коммунисты, являясь сторонниками СССР, спокойно проголосовала за независимость. Намек, надеюсь, прозрачен.




Андрей Петрович: - Наслышаны о Ваших непростых отношениях с Анной Герман. Расскажите о них народу. Какая она? Какой Вы ее знаете?

Александр Чаленко: - В принципе, я не могу сказать, что сейчас мы с Анной Герман примирились, но если мы встречаемся, то здороваемся. И она, и я – достаточно циничные люди для того, чтобы ругаться при встречах. Я в любой момент могу набрать ее мобильный номер, чтобы что-нибудь у нее узнать или просто поболтать, даже если накануне я где-нибудь сказал или написал что-нибудь нелицеприятное о ней. Звезда Анны Герман уже закатилась. Осталась одна инерция.

Игорь: - Здравствуйте, Александр. Не считаете ли Вы, что мы уже 20 лет живем в каком-то суицидальном маразме и этот маразм всё крепчает и крепчает? Пожалуйста, дайте прогноз, долго ли, по-Вашему, ещё этот театр абсурда будет продолжаться?



Александр Чаленко: - Повторюсь, он может быть и двести лет, а может закончиться на следующей неделе. Украина настолько искусственное государство, что, как бы я ни хотел, я не смогу представить его будущее. И не нужно тешить себя иллюзиями, что его спасет федерализм. Двадцать лет независимости – это сплошное мучение для граждан Украины, проще и дешевле будет разойтись.

Галичанам надо прекратить верить в то, что Донбасс или Крым, мало того, «оранжевый» Киев, когда-либо будет украинским. Это невозможно. Также я советую разного рода «соборникам» из русской Украины, которые считают, что Галичина в силу того, что там были галицкие москвофилы, не потеряна для русского дела, что галичанам, «простому народу» можно объяснить прелести русского дела – и все они побегут в Русский мир. Это иллюзия. Надо прекратить навязывать друг другу свои идеологии, понять, что мы разные, и выбить у себя в мозгу строчки из Киплинга: «Запад есть запад, восток есть восток, и вместе им не сойтись».