…подавляющего большинства советских людей этот день был еще и напоминанием о многочисленных жертвах, принесенных в то время. Прошли десятилетия, сменилось несколько поколений, состоялись революции, подлинные и мнимые. В пост-«оранжевой» Украине отношение к Дню Победы неоднозначное. Это понятно, поскольку для молодежи этот праздник не совсем актуален и осязаем. Но кроме объективных причин такого отношения есть еще и субъективные.

Общественная дискуссия о пересмотре «украинских итогов» Второй мировой войны вызвана «политической целесообразностью», желанием части политбомонда дистанцироваться от России, по-прежнему считающей День Победы одним из самых главных своих праздников. Проявлением такого отношения стал, в том числе, и отказ от использования термина «Великая Отечественная война». Теперь украинские историки именуют ее не иначе как «советско-германская» или «Вторая мировая». Может быть, это по-научному и имеет смысл. Но если эта война не была отечественной, то какой же она тогда была для десятков миллионов жителей Украины?

Субъекты и объекты

9 апреля 2005 года группа из 10 видных украинских историков обратилась с открытым письмом в адрес Президента В. Ющенко, премьер-министра Ю. Тимошенко и главы Верховной Рады В.Литвина с просьбой содействовать «выработке украиноцентричной концепции Второй мировой войны». Это говорит о том, что, несмотря на проходящее время, тема «войны» остается актуальной для истеблишмента. Она становится своеобразным маяком, вектором геополитических симпатий и исторических культов.

ЦК КПУ, кстати, объявило, что 9 мая в день 60-летия Победы в Великой Отечественной войне будет препятствовать участию воинов ОУН-УПА в торжественном марше ветеранов и даже создало Штаб противодействия глумлению над героизмом и памятью дедов и отцов...

Понятно, что ревизия подходов 1950 – 70-х годов необходима, и учить детей по старым учебникам не стоит. Но здесь, как всегда, есть опасность, уйдя от одной мифологемы, создать другую. Имеется в виду распространенное среди части правых политиков мнение о том, что победа Советского Союза означала новую оккупацию Украины. Соответственно, праздновать День Победы нельзя, поскольку это не праздник для украинцев.

Как полагают такие политики, Украина не была объектом или субъектом этой войны, шедшей между двумя враждующими тоталитарными блоками, одинаково опасными для нашей страны. Что ж, может быть, субъектом этой войны Украина действительно не была, но вот объектом ее была именно она. Наша страна была одним из основных театров боевых действий, вся ее земля покрыта братскими могилами бойцов разных наций. Как считается, именно настойчивое желание Гитлера взять Киев, а уже затем идти на Москву привело к замедлению немецкого наступления летом 1941 года. А вскоре началась зима, к которой гитлеровцы не были готовы, и Москва устояла. Что в итоге предопределило результат советско-германского противоборства.

Война по-своему коснулась каждой украинской семьи – либо в сражениях на фронтах, либо пребыванием под оккупацией, либо эвакуацией в глубь страны. А шестьдесят лет спустя выяснилось, что это был всего лишь мираж, штамп советской пропаганды, «Великой Отечественной» войны не было, и Украина не была ее объектом…

Третья сила

Развивая мысль о том, что для Украины эта война была чужой, нам навязывается мнение, что правильным выходом было бороться и против Гитлера и против Сталина одновременно. Так сказать, совмещать полезное с приятным. Но было ли это возможно в условиях Второй мировой войны?

Да, участниками антигитлеровской коалиции были те самые западные демократии, от упоминания которых повергаются в трепет все сегодняшние сторонники «евроатлантического выбора». Но Франция в 1941 году была поставлена на колени, Америка до Перл-Харбора вступать в европейские разборки даже не думала, а Британия отсиживалась у себя на островах. Рядовой Райан высадился в Нормандии, когда война уже заканчивалась, хотя по известному фильму С.Спилберга этого не скажешь. Но Голливуд плохой источник для понимания истории.

Летом 1941 года за Украину боролись две силы, и места для третьей не было. Появление третьей силы в этой ситуации можно было бы сравнить с выходом кошки на арену, где выясняют отношения волкодавы.

Каждая из этих двух сил была далека от святости. У каждой были свои взгляды на будущее Украины, ее жителей, национальных меньшинств и оппозиционных политиков. И хотя Сталина многие упрекают в том, что он был своеобразным демоном зла и искренне ненавидел своих подданных, в одном вопросе он оказал серьезную услугу украинским националистам. Даже если они сами не хотят этого признавать, это, к сожалению или к счастью, имело место. И в этом один из парадоксов нашей непонятной истории.

Такие разные карты

Для сегодняшнего поколения украинцев карта Украины – вещь сложившаяся и понятная. Редко кто задумывается, что в таком виде она возникла сравнительно недавно, а говоря точнее, в 1939 – 1954 годах. Оставим пока в покое Крым, включенный в состав УССР по хозяйственным соображениям после войны. Есть более любопытные регионы, о которых стоит поговорить в этой статье.

Восточная Галичина стала украинской для всего остального мира во многом благодаря усилиям И. Сталина и известного пакта Риббентропа – Молотова, который США сегодня предлагают осудить. До 1944 года выражение «Львув – то е польске място» было не пустым звуком. Поляков в Галичине было довольно много, история у этих земель была очень запутанной, а то, что украинцы составляли в крае большинство, Варшаву не волновало. Как не волновало это и западные демократии, спокойно «проглотившие» оккупацию польскими войсками Западно-Украинской Народной Республики в 1918 – 1919 годах. Польша, контролирующая Западную Украину, была тогда не казусом, а частью версальско-вашингтонской договорной системы. А это было все равно как мнение ОБСЕ сейчас. Признавать не признавали, но прислушиваться приходилось.

Итак, нынешние Волынская, Львовская, Ровенская, Ивано-Франковская и Тернопольская области были образованы в конце 1939 года после успешного для СССР окончания очередной советско-польской войны. В 1940 году в состав УССР вошли Черновицкая и Измаильская области (исторически известные как Северная Буковина и Южная Бессарабия), бывшие до этого под властью Румынии. В том же году из УССР была выведена и передана новообразованной Молдавской ССР территория Приднестровья (Иосиф Виссарионович любил укрупнять новые союзные республики, сделав нечто подобное и в Белоруссии, когда он передал Литве Виленский край). Как мы уже писали, Крым был в составе РСФСР, а Закарпатье принадлежало вначале Чехословакии, а затем – Венгрии.

С Закарпатьем ситуация еще сложнее, чем с Галичиной. Карпатская Русь была подконтрольна Киеву во времена Владимира Крестителя и Ярослава Мудрого. Затем с 11-го века и вплоть до 1944 года этот регион был оторван от большей части украинских земель, пребывая под контролем Венгрии и Австрии. Когда в 1945 году чехословацкие власти согласились на включение края в состав СССР, их можно было понять. Попробовали бы они сопротивляться…

Даже историки украинской диаспоры, традиционно настроенные в антисоветском духе, дали этому процессу красивое название – «соборность в неволе». Понятно, что включение этих земель в состав СССР не могло быть полностью положительным явлением, учитывая размах массовых репрессий в стране. Как пишет заместитель директора Института истории НАНУ С. Кульчицкий, в ходе ускоренной советизации Западной Украины и Западной Белоруссии было репрессировано 473 тысячи человек, десятки тысяч из них были расстреляны.

Однако нельзя не заметить, что без стальной воли руководства СССР было бы трудно доказать, что Львов – это не польский город, а в Закарпатье живут не какие-то мифические русины, а украинцы, отличающиеся от своих собратьев разве что большим количеством диалектизмов. Да и с принадлежностью Черновцов могли возникнуть проблемы. Румыны ведь тоже люди, в конце концов…

Создание мощной УССР было одной из исторических предпосылок более поздней легитимации ее элиты как элиты независимого государства. Мы уже молчим о том, что УССР именно по воле Сталина стала одним из учредителей ООН, что тоже объяснялось как награда за участие нашей республики в разгроме фашизма и компенсация за жертвы, принесенные в этой борьбе.

Но, может быть, в случае победы гитлеровцев эти проблемы были бы решены просто по-другому, но с тем же или еще лучшим результатом? И не понадобились бы НКВД, сталинская Конституция и КП(б)У?

Продолжение следует
Только экстренная и самая важная информация на нашем Telegram-канале