...будет выполнять свое предвыборное обещание предоставить русскому языку статус государственного – об этом и многом другом в интервью From-UA рассказала руководитель политических программ Украинского независимого центра политических исследований Светлана Конончук.

From-UA: – Результаты социологического исследования, проведенного компанией «Research & Branding Group», показали, что 40 % населения Украины уверены в повторении североафриканского сценария в Украине. Как Вы считаете, действительно ли среди украинцев начинают расти революционные настроения, или эти настроения подогреты СМИ, как считают некоторые эксперты?

С. Конончук: – Настроения недовольства деятельностью властей в обществе действительно явлены, причем демонстрируют динамику роста. Нарекания вызывает не только рост цен, дефицит или дороговизна некоторых товаров, но, прежде всего, усиление репрессивной подоплеки государственной политики, проявляющейся в разных сферах в разной степени и выражающейся, в частности, в принятии решений без учета интересов широких слоев общества. Но само по себе недовольство не может являться поводом к акциям уличного протеста. Выход людей на улицу означает не «фу!» по поводу уровня жизни, а исключительно протест против наступления властями на гражданские права и свободы – свободу выражения мнения, голосования, как это было в 2004-м, свободу предпринимательства, как это было в 2010-м. Но параллели с ближневосточными событиями не совсем уместны, учитывая прежде всего различие каждого из страновых сценариев самих по себе и различие отдельно каждого из них с украинской ситуацией. Базу протестов в Ливии – стране с достаточно высоким материальным уровнем жизни, например, составляет проблема многолетней закрытости власти от других претендующих на нее элит и невозможности решить проблему передачи власти вне семьи Каддафи. В Украине такая проблема на сегодняшний день неактуальна. Но сохранение и усиление построения властной команды по принципу родства, землячества, личной преданности в будущем вполне может ее актуализировать. В то же время следует отметить, что в политической среде присутствует и другая составляющая – все нынешние элиты так или иначе присутствуют в политической жизни, а мотивация, приведшая их в политику, часто далека от интересов общественного развития, а концентрируется на задачах личного (партикулярного) утверждения в существующих, данных рамках. С этим они и при нынешней власти справляются, поэтому не склонны революционизировать. Даже если бы кто-либо из существующих политических сил и выразил свою претензию на такую роль, он вряд ли бы был в ней адекватно воспринят, потому что предыдущая его роль не вписывается в заданный призыв.

В целом говоря, на мой взгляд, основная отличительная особенность украинского положения заключается в том, что нужно найти исторически новый путь от сложившейся олигархии – с присущими ей социальными разрывами, конкуренцией политических групп за модерирование и обслуживание ее интересов, культивируемыми и пропагандируемыми ею ценностями и нормами – к демократической республике. Возможность пройти такой путь от советской системы безвозвратно утрачена. Какие движущие силы могут стать в будущем лидерами такого процесса – вопрос открытый.

From-UA: – Многие склонны полагать, что у нас в стране нет той движущей силы, которая способна возглавить революционное движение. Скажем, в Египте это была молодежь. Что Вы думаете по этому поводу?

С. Конончук: – Молодежь всегда была и всегда будет активным участником политических перемен, начиная с «революции на граните» в 1990 году, когда именно студенчество вытащило на своих плечах требования перемен. Если говорить о сегодняшнем дне, то хотя у нас молодежи меньше количественно по сравнению со старшим поколением, чем в Египте, она вполне могла бы осилить промоутерство политического движения. Но в Египте была политическая сила – «Братья мусульмане», в партнерстве с которой молодежь смогла осилить власть. В Украине молодежь должна родить политическую организацию из своей среды. Подносить патроны «старым» обанкротившимся политическим проектам она не станет – слишком высокий уровень растраты доверия те продемонстрировали в последние пять лет после Майдана и, впрочем, продолжают демонстрировать свою нежизнеспособность как потенциальных политических двигателей.

From-UA: – Власть постоянно отсрочивает обещанное повышение пенсионного возраста для женщин, мотивируя это якобы попыткой отработать все нюансы. Не считаете ли Вы, что здесь присутствует некий фактор страха, ведь политологи уже заявляли, что власть теряет кредит доверия народа? Может, правительство боится массовых акций протеста, как это было, например, во Франции?

С. Конончук: – Нет никаких сомнений, что правительство боится массовых акций, что бы ни было их предметом, ведь Януковичу не будет позволено демонстрировать силу по отношению к их участникам, на чем он настаивал в ноябре 2004 года во время совещания в Конча-Заспе. Да, собственно, применение силы привело бы к концу и политической команды Януковича, и политической силы Партии регионов как целостных проектов, хотя по одному ее представители вполне могли бы осесть в других проектах. Но если говорить о Пенсионной реформе, то правительство, скорее, опасается не просто акций, а полного невосприятия предложенных им мероприятий. Ведь решаемая правительством задача текущего момента – быстрое наполнение Пенсионного фонда, а не создание новой Пенсионной системы. Тигипко и Азарову прекрасно известно, что шаги, представляемые ими как полноценная Пенсионная реформа, на самом деле такими не являются и отстоят от целей создания гарантированной системы пенсионного обеспечения на мили.

From-UA: – Как Вы оцениваете инициируемые властью реформы? В частности, Налоговый кодекс, Трудовой кодекс, Пенсионную реформу, на которые обрушился шквал критики. Действительно ли «жить станет лучше и веселее», как обещают в Кабмине?

С. Конончук: – Разработка новых законодательных решений для новых отношений в сфере трудового обмена, налогового обеспечения государственных нужд, пенсионных условий – безусловно, являются вызовом времени. Но доминирование в проектах решений этих документов интересов органов власти, интересов властных групп и игнорирование интересов других участников приводит к неприятию потребности самих изменений. А спешка в принятии чревата непродуманностью, несогласованностью ряда аспектов, что даст неработающее пустое формальное законодательство. И уже дает, как это можно видеть на примере Налогового кодекса. Даже автор этого произведения – правительство – не может с уверенностью сказать, к каким последствиям на рынке труда приведет включение норм кодекса.

From-UA: – Есть мнение, что на фоне снижения рейтинга правящей партии и Президента, оппозиция сможет вернуть себе былую мощь и доверие. Согласны ли Вы с этим?

С. Конончук: – Скорее нет, чем да. Оппозиция из числа бывшей власти не находится на подъеме. Более того – она растеряла кредит доверия, а это гораздо хуже, чем простое его отсутствие. Это, конечно, не означает полное вытеснение ее из политического процесса, но говорить о «былой мощи и влиянии» не приходится.

From-UA: – У кого из нынешних представителей оппозиционного лагеря Вы видите политические перспективы?

С. Конончук: – Самостоятельных перспектив при данной системе доминирования политических интересов – ни у кого. Слишком долго парламентские оппозиционные партии трудились над возделыванием своих узеньких электоральных наделов. Актуальная задача для них на сегодня – диалог ради самосохранения. Как он у них пойдет, как начнет выстраиваться пирамида приоритетов – вопрос к ним. Но очень общественно важной является проблема непредсказуемого рассеивания электоральных предпочтений.

From-UA: – По Вашему мнению, возможно ли в Украине, пусть и в ближайшей перспективе, появление совершенно новой, незапятнанной политическая силы? Чьи электоральные интересы она может представлять?

С. Конончук: – Следует понимать, что новые политические силы не падают на Украину с Марса. Они являются продуктом социальной и политической динамики. В идеале политическая сила является политическим оформлением изменившихся социальных связей и потребностей, публичным политическим выразителем и формализатором интересов таких новых связей. В условиях олигархического политического потребления и политического легализма такой силе потребуется очень много ресурсов для преодоления сопротивления господствующего доминирования. Возможно ли это?

From-UA: – Чем закончится череда уголовных дел против представителей оппозиции – Луценко, Тимошенко, Данилишин...? Неужели «сядут»?

С. Конончук: – Видение будущего представителей ближайшего окружения бывшего премьер-министра Юлии Тимошенко никак не связано с правом. Их гражданское положение есть целиком и полностью забота политической воли. Связаны ли они с незаконными распоряжениями и решениями или не связаны, в стране, где судебные решения являются производным от пожеланий власти, это имеет второстепенное значение.

From-UA: – Как Вы считаете, чего боится Президент Янукович, не выполняя одно из своих основных предвыборных обещаний – сделать русский язык вторым государственным? Что это – боязнь потерять козырную карту на будущих выборах, страх лишиться поддержки голосов западных областей Украины, а может, изначально никто и не думал это делать?

С. Конончук: – Янукович и его команда стали заложниками собственной электоральной тактики. Представив широкой публике в свое время вопрос о языке как отличительную «голубую фишку», они понимают, что разрушение статус-кво по украинскому языку как государственному нанесет электоральный ущерб больше, чем сдача, например, территории Украины под базу ЧФ. Потому что этот вопрос имеет символическое, а не предметное значение. Разрушение же символа государственности не пройдет незамеченным. Кроме того, как ни странно, само требование придать русскому языку статус второго государственного на самом деле не заботит не только большинство населения страны, но и даже большинство 8-миллионного электората персонально Януковича. Многие из тех, кто называет русский родным, материнским языком, не склонны думать, что он должен иметь статус языка пользования государством, не говоря уже о том, что двуязычие государства создаст дополнительные сложности для самих госслужащих и потребует больших расходов. Обратим внимание, что даже ястребы идеологии «русского мира» сегодня в публичном дискурсе отказались от именно такой нормативно-декларативной постановки вопроса на уровне Конституции и склонны к поиску других правовых конструкций. Я думаю, что сценарий реализации этого обещания Януковича будет заключаться в плавном проведении роли русского языка через развитие законодательства в разные сферы по принципу: украинскому языку статус, русскому – сферу употребления. Хотя на данный момент вырисовывается тенденция демпфирования языковой проблемы, ведь после избрания команда Януковича стоит перед лицом необходимости расширять свое влияние, а не сужать его. Не исключено, что вопрос о статусе и роли языков как один из тех, что помогают очертить и «завести», мобилизовать электоральные группы, будет вновь поднят на избирательные щиты, но уже другими политическими силами.
Только экстренная и самая важная информация на нашем Telegram-канале