...он следовал «непреложным традициям русской литературы». Спецоперация ЦРУ под условным названием «Архипелаг ГУЛАГ» вошла в решающую стадию.

Сначала запретив публикацию «опыта художественного исследования» в Советском Союзе, а затем со скандалом выдворив из страны автора «Архипелага», власти тем самым сделали всё возможное, чтобы творение «литературного власовца» сделалось запретным плодом. А что может быть притягательнее его? И через 20 лет поколение, выросшее на самиздатовских брошюрах, уверовав в «Архипелаг» как в новое святое писание, без сожаления прикончило свою великую Родину.

«Лагерная летопись» наряду с другими черными мифами оказалась ледоколом, который снес сначала мозги у обывателя, жаждавшего не космоса, а колбасы во всех углах жилища, а затем и саму страну.

Через некоторое время пришло горькое похмелье, но поезд истории уже мчал на всех парах в смутные дали бандитского капитализма, а автор пасквиля был назначен классиком русской литературы, ровней Толстому, Гоголю, Достоевскому.

«Архипелаг ГУЛАГ» вспомнился в связи с непрекращающимся шельмованием властной тусовкой – как в России, так и на окраинных территориях империи, выделившихся в самостийные банДустаны своего недалекого прошлого. Вся мощь средств массовой дезинформации брошена на то, чтобы сделать отцов и дедов в глазах молодых людей поколениями, жившими неправильной, глупой и никчемной жизнью.

Но – о, чудо! – ветер истории начинает понемногу разметать мусор с могилы Советского Союза. Приходит понимание того, что не колбасой единой жив человек. Что ему для счастья, кроме прочего, необходимо ощущение славного Отечества – то, чего его лишили либеральные фундаменталисты – новые кочевники.

Коллективная туфта

Александр Исаевич (точнее будет Исаакович, ибо отец его был записан в паспорте как Исаак Семенович) творил главный свой труд не в гордом одиночестве «телёнка, бодавшегося с дубом». Были у него помощники, большей частью из бывших власовцев, поставлявших трудоголику в избытке лагерные байки, а работу курировало непосредственно ЦРУ. Вспоминает Дж. Бим, американский посол в Москве в конце 60-х годов: «Солженицын создавал трудности для всех имевших с ним дело.... Первые варианты его рукописей были объемистой, многоречивой сырой массой, которую нужно было организовать в понятное целое... Их нужно было редактировать».

Леонид Саутин, один из активных соавторов «Архипелага», в своих воспоминаниях «Не сотвори кумира» откровенно излагал кредо творческого коллектива на пике с главным борцом с «заглотными коммунистами»: «Так и надо!.. Пусть опровергают!.. Комочки грязи всё равно присохнут! Клевета, ну и пусть!»

Иногда совесть теребила душу, а здравый смысл противился участию в беспределе:

«...Быстро пришло похмелье. С начало я подумал о многочисленных «достоверных данных», которых так много в этой книге. Боже, как они мне знакомы! Ещё с тех времен, когда я занимался пропагандой во власовской армии и нас усиленно питали материалами из геббельсовского министерства пропаганды.... Великолепные «свидетельства жертв», которые поначалу показались мне горючим материалом, способным кое-что запалить в этой стране, теперь приводили меня в бешенство. Кто поверит в эту туфту?»

Однако поверили. А некоторая часть электората продолжает верить в «новый завет» от Исааковича.

Героические мифы ГУЛАГа

Лагерная жизнь обросла высокохудожественными вымыслами, которые пытаются зажить самостоятельной героической жизнью. Например, в 2005 году по телевидению был с размахом показан сериал «Последний бой майора Пугачева» о якобы не за что осужденном судьями-держимордами офицере Красной Армии и его боевых товарищей. Свободолюбивые зэки – жертвы сталинизма – устроили побег и в перестрелке с вохрой отдали жизни за свободу личности. Эта псевдогероическая история описана известным писателем-сидельцем Варламом Шаламовым. Его динамичный рассказ, легший в основу фильма с одноименным названием, я читал ещё будучи советским студентом, и у меня он вызвал чувство негодования по отношению к гулаговским порядкам и уважение к беглому майору. Кинематографисты изрядно дополнили рассказ своими фантазиями на тему сталинского беспредела. Но каково было моё удивление, когда в прессе прочитал возмущения магаданского журналиста, знакомого по архивам с делом майора Пугачева.

Цитирую: «О том, как выглядел «подвиг майора Пугачёва» на самом деле, рассказал Александр Бирюков в телепередаче «Шаги победы», показанной по магаданскому телевидению 5 сентября 1995 года. Оказывается, такой факт действительно имел место. Бежали, предварительно задушив вахтенного караульного. В перестрелках с преследующими их солдатами убили ещё несколько человек. И действительно, из 12 «героев» 10 являлись бывшими военными: 7 человек – власовцы (Андрей Власов – советский генерал-лейтенант, в ходе войны был пленён и пошёл на сотрудничество с нацистами против СССР, став руководителем военной организации коллаборационистов из советских военнопленных; по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР повешен 1 августа 1946 года. – Ред.), избежавшие высшей меры только потому, что после войны в СССР была отменена смертная казнь. Двое – полицаи, добровольно перешедшие на службу к немцам (один из них дослужился до чина начальника сельской полиции), расстрела или петли избежали по той же причине. И только один – бывший морской офицер, имевший до войны две судимости по уголовным статьям и попавший в лагерь за убийство милиционера при отягчающих обстоятельствах... В ходе погони 9 бандитов были убиты, трое же уцелевших возвращены в лагерь, откуда, спустя годы, но ещё до окончания полученного ими срока, вышли на волю. После чего, вполне возможно, рассказывали внукам о том, как безвинно страдали в годы «культа личности». Остаётся лишь в очередной раз посетовать на излишнюю мягкость и гуманность сталинского правосудия».

Миф о ГУЛАГе – зоне смерти

Вспоминает В. Ковалев, заслуженный врач России, начинавший свою профессиональную карьеру в медпункте лагеря спецстрогого режима Перша Пермской области, до того как Хрущёв стал «мужественно» пинать мертвого льва:

«...я, кое-что слышавший и читавший о «тюремной баланде», при первом же снятии проб на кухне был удивлён довольно наваристыми щами, борщами и супами, весьма неплохими порциями вымоченной жареной трески, которая в солёном виде большими бочками доставлялась в весеннюю пору «северного завоза». (Поищите сегодня треску в любом виде и по приемлемой цене – увы, не каждый день найдёте!) Вверенный мне медпункт состоял из амбулатории и стационара на 25 коек. Причём хочу особо подчеркнуть: в обеспечении медицинским инструментарием, аппаратурой и медикаментами практически никаких ощутимых перебоев и проблем не было, дефицитные тогда в системе лечебных учреждений Минздрава антибиотики (пенициллин, стрептомицин, левомицетин), противотуберкулёзные средства (тубазид, фтивазид, ПАСК, тибон и др.), препараты сальварсанового ряда (для лечения сифилиса) были в наличии всегда. В целях оздоровления и профилактики авитаминоза на протяжении многих лет в тот «догуманизационный» период ежемесячно мы с коллегами – каждый на свой медпункт – получали по 5-6 10-литровых банок (бутылей) рыбьего жира – трескового либо витаминизированного китового, который потом открыто стоял в процедурном кабинете (с мензуркой на проволочном кольце), и каждый пациент или просто желающий без специального назначения мог принять дозу этого полезнейшего природного лекарственно-оздоровительного препарата. И это – из месяца в месяц, из года в год! (Попробуйте, «демократы-реформаторы», сегодня «угоститься» подобным образом даже в элитарном лечебном учреждении...).

Кроме того, в весенние месяцы мы получали в 2-килограммовых банках дражированные поливитамины и витамин С, и медбрат – из числа заключённых, поскольку вольнонаёмных медсестёр не было – во время развода (на лесоповал и другие виды работ) выдавал по 2-3 драже заключённым во всей колонне.

Таким же образом производились прививка вакциной НИИСИ (против 7 инфекционных заболеваний).

Результат: за 3 года моей работы на этом тяжелейшем – в режимном и медико-санитарном отношении – лагпункте не допущено ни одного летального исхода от болезней (даже трех травмированных на производстве, т.е. лесоповале, лесорубов удалось спасти и вывезти в центральную больницу) и, кроме гриппа, не было ни одной эпидемической вспышки инфекционных заболеваний».

Неплохое качество медобслуживания заключенных подтверждает и тот факт, что «гусляру» лагерной жизни Солженицыну в одном из таких медпунктов в начале 1952 года своевременно и качественно сделали операцию – вырезали опухоль (сам пероскреб настаивал на том, что удалили раковую опухоль на желудке). И после операции осужденный Солженицын, естественно, бесплатно проходил курс реабилитации в медучреждениях Казахстана».

ГУЛАГ не был зоной смерти, как это живописует живший не по лжи Солженицын. Например, на 1 января 1951 года по Особым лагерям, в которых концентрировались «лица, представляющие опасность по своим антисоветским связям», в IV квартале 1950 года умерло 487 (0,29 %) заключенных. В пересчете на год получается 1,15 %. Заметим, заключенные Особлагерей использовались почти исключительно на тяжелых физических работах. Для сравнения: в 2009 году в Украине из 45,9 млн. населения умерло 706700 человек – 1,54 %. Бывало, в годы «незалежности» умирало под 800 тысяч граждан.

То, что по слухам и по собственным воспоминаниям (отнюдь не зубодробительным) описывает Солженицын, не идет ни в какое сравнение с порядками, творившимися в местах заключения при богобоязненных царях-батюшках. Почитайте автобиографичную повесть Федора Михайловича Достоевского «Записки мертвого дома» и сравните с «Архипелагом», написанным в стиле рассказывал «один парень», «один зэк», «полуграмотный печник», «глухонемой плотник», «молодой узбек», «один очевидец», «одна баба» и прочие достоверные источники. «Архипелаг» покажется профилакторием с упором на трудотерапию.

Места заключения – это не то место, где люди пребывают в неге безделья. Зона она и есть зона. И каждый, кто побывал в ней, имеет свой собственный горький опыт. Само по себе нахождение в местах лишения свободы – это личная драма человека. И потому он под воздействием ушибленного состояния может многое воспринимать очень трагично.

В этой связи вспоминается повесть Леонида Габышева «Одлян, или Воздух свободы», где автор кошмарит читателей историями из жизни малолеток в колониях 70-х годов. Повесть эта имела шумный успех в перестроечные годы. Автор настаивал на том, что нравы и порядки в них были куда более жестокосердными, чем описанные в «Архипелаге».

Спросите у бывших зэков, «чаливших» срок в тюрьмах современной Украины и России, и они порасскажут вам таких ужастиков, что Солженицын от зависти будет ворочаться в гробу.

ГУЛАГ – не оригинальное явление

Главное управление лагерей в свое время не было выдающимся событием. Америка в 30-е годы имела более мощную лагерную систему. Легко можно было бы строгать рОманы про беспредел во времена Великой депрессии. Но известно только одно толковое произведение – изрядно приукрашенная эпопея «Гроздья гнева» нобелевца Джона Стейнбека. В нем, к слову, глухо сообщается, что в первой половине 30-х годов в изобильной ресурсами и теплой Америке умерло от голода 500 тыс. человек (на самом деле в несколько раз больше) – вследствие того, что в 120-миллионной Америке 5 млн. американских фермеров (вместе с членами семей) были согнаны банками за долги со своих наделов.

«Гроздья гнева» были опубликованы только с высочайшего разрешения президента Рузвельта, чем тот, по сути, спас романисту жизнь. Появись пламенный летописец американской трагедии 30-х, вроде Солженицына, то его закатали бы в асфальт по всем правилам свободы слова.

Однако, эмоции в сторону. Пожалуйте цифирь. В 30-е годы в США в среднем было 647 з/к на 100 тыс. населения против 583 з/к в СССР. Сейчас в свободной России томятся по изоляторам, колониям и прочим местам лишения свободы 618 человек на 100 тыс. населения, и никто не гундит про ГУЛАГ и не таскает камни с Соловков на Лубянку. А в Америке сейчас на 100 тыс. населения более 700 заключенных. И не один либераст не тявкает про американский ГУЛАГ.

Миф о чекистах-костоломах

Во множестве читал воспоминания сталинских сидельцев и отметил характерную деталь – никто из них не упоминает, что в процессе дознания к нему лично применялось физическое воздействие. О других (по слухам) охотно трындят, а о себе молчок.

И Саня Солженицын службу осведомителем взвалил на себя, считай, добровольно. По крайней мере, никто его смертным боем не мордовал, сна не лишал, иголки под ногти не загонял. «Кум» предложил, и струхнувший капитан-расстрига Советской армии (смело костеривший в письмах с фронта своего Верховного командира, за что законно угодил за решетку) стал плодовитым стукачом:

«Я, Солженицын Александр Исаевич, даю обязательство сообщать оперуполномоченному лагучастка о готовящихся побегах заключённых...

Я вздыхаю и ставлю подпись о продаже души».

И пока ровесники великовозрастного обалдуя штурмовали Берлин, Саня Солженицын трудился на непыльной работенке сексота в Марфинской шараге под Москвой.

Глупо утверждать, что чекисты были стойкими последователями праведника Иоанна Кронштадтского и совсем не воздействовали «физикой» на подследственных. Во все времена, во всех странах в следственных изоляторах используют запрещенные методы дознания. Били и в сталинских узилищах. За что, к слову, после прихода Берии в руководство НКВД в конце ноября 1938 года 1364 чекистов огребли чувствительные сроки. А наиболее активных «фабрикантов» уголовных дел расстреляли.

А в целях профилактики из рядов «чрезвычайки» уволили 45 % оперативных работников. На смену уволенным и арестованным призвали комсомольцев числом 14506 человек. Вот это была настоящая реформа правоохранительных органов. Обошлись без переименований.

Однако как мордуют в подвалах современной милиции-полиции, это уже опера «Глухарь и Ко». Хотя бы только отбитыми почками ограничивались, но нет – майоры Евсюковы уже слоняются по маркетам и в пьяном угаре ведут отстрел зазевавшихся граждан. Милицейская преступность достигла такого размаха, что с перепугу президент России решил переименовать ментов в полицаев и «лучше выдумать не мог».

Россия (без Украины) за 20 лет либерального развития от разгула уголовщины потеряла убитыми около 1,2 млн. человек. Цифры отнюдь не с потолка, откуда любят добывать информацию общечеловеки, а из 800-страничного тома с названием «Теоретические основы исследования и анализа латентной преступности» – результат 10-летнего исследования ученых НИИ Академии Генеральной прокуратуры РФ.

Сталинские репрессии меркнут в огне идущей сейчас гражданской войны. В 2009 году количество неопознанных трупов – 77,9 тыс., одновременно при этом число лиц, пропавших без вести, так и не найденных – 48,5 тыс., убийств – 46,2 тыс.

Так что лучше либерастам помалкивать по поводу энкаведешных костоломов. Теперь свободный от пут тоталитаризма народ ходит по улицам и оглядывается, как бы не нарваться на скучающего отморозка или не угодить под кровавую раздачу тех, кто призван беречь покой граждан. Озирается и потихоньку доходит до состояния голосующей скотины.

Спасибо общечеловекам – «Архипелаг ГУЛАГ» включили в школьную программу. Теперь можно быть спокойным – этой дурью уже никто не будет ширяться.
Только экстренная и самая важная информация на нашем Telegram-канале